За Веру, Царя и Отечество - Шамбаров Валерий Евгеньевич - Страница 53

Мосты так и не взорвали, и немцы вслед за уходящими полевыми войсками просочились в Льеж. Причем ошибка, едва не стоившая Людендорфу жизни, упрочила его славу. Он поехал к центральной цитадели, считая, что она уже занята. Но там был бельгийский гарнизон. Мгновенно сориентировавшись, он взял нахрапом - забарабанил кулаком в ворота и потребовал сдачи. И цитадель капитулировала. В Берлин доложили о взятии Льежа, хотя форты еще держались, и под огнем их пушек пользоваться переправами через Маас было нельзя. Однако Людендорф, уже вовсю распоряжавшийся вместо Эммиха, штурмовать их и не собирался. И затребовал осадную артиллерию. А Альберту немцы направили ноту - дескать, бельгийская армия уже поддержала свою честь, поэтому можно и договориться. Король отказался и слал к союзникам просьбы о помощи.

Да только Жоффр упрямо не желал считаться с действительностью и менять свои планы. Многочисленные предупреждения об опасности на левом фланге он отвергал или игнорировал, а команданта Мобежа Фурнье, преуменьшавшего силы врага втрое и доносившего о 5 - 6 корпусах, обвинил в панике и отстранил от должности. Да и французский Генштаб в эти дни выразил "убеждение в том, что главного наступления через Бельгию не будет". Главное устремление Жоффра было - на Рейн! Сосредоточение его армий еще не завершилось, но по французским доктринам главное было - захватить инициативу, и началась частная операция в Эльзасе. Занять проходы в Вогезах и, как надеялись, вызвать восстание франкоязычного населения. 5.8 7-й корпус ген. Бонне смял германские погранзаставы и повели штыковую атаку на г.Альткирк. Взяли его после 6-часового боя, потом заняли г. Мюлуз. И устроили праздник "освобождения". Торжественно валили пограничные столбы, часть населения действительно встречала как освободителей, закидывала цветами. Но немцы подтянули свои части, атаковали и выкинули войска Бонне назад. А тех, кто восторженно встречал французов, другая часть населения, немецкая, позаботилась переписать. И их целыми семьями расстреливали и вешали на площадях.

Британские дивизии с 6 по 9.8 только еще перевозились в Руан, Булонь и Гавр. И, как вспоминал ген. Колуэлл, Френч после высадки "впервые узнал много нового о германской армии" из доклада начальника разведки. "Он называл свежие резервные и сверхрезервные дивизии, как фокусник достает вазы с золотыми рыбками из своего кармана. Казалось, что он делает это нарочно. Невозможно было не злиться на него". И пошли споры с французами, которые требовали от союзников выдвижения на линию Мобеж - Ле-Като к началу общего наступления, намечавшегося на 14 - 20.8, а Френч заявлял, что его войска не смогут занять позицию раньше 24.8.

В Бельгию Жоффр послал кавалерийский корпус Сорде - больше для "моральной" поддержки и разведки. И бравый командир совершил один из "наполеоновских" бросков, к которым готовились французы. Преодолел за 3 дня 180 км, но вышел к Льежу в весьма плачевном состоянии. Ведь темпы рассчитывались на учениях по скорости свежих коней. Чтобы выдержать их, пришлось сокращать привалы, ночевки, лошадей даже не поили. И половина их пала в пути. А когда остатки корпуса столкнулись с немцами и попробовали на измученных животных атаковать, винтовки егерей, велосипедистов и установленные на машинах пулеметы легко их побили. И части Сорде откатились прочь, к Мобежу. Впрочем, в это время и германский кавкорпус Марвица наткнулся на позиции бельгийцев по р. Жет, тоже ринулся в лихую конную атаку - и с тем же результатом. И снова в Бельгии царило ликование. Газеты писали, что произошла "решающая битва войны", и делали вывод - "отступление германской кавалерии следует считать окончательным". А насчет Льежа уверялось, что "форты будут держаться вечно".

Но 12.8 туда прибыла осадная артиллерия. Настоящие монстры, один вид которых приводил в ужас. Гигантские орудия марки "Шкода" калибром 350 мм и Круппа калибром 420 мм. Перевозили их несколькими секциями, имеющими собственные двигатели или упряжками по 36 лошадей. Перемещались они по рельсам или на гусеницах, а на месте собирались. Снаряд весил 520 кг, обслуживающий персонал орудия состоял из 200 чел. А выстрел производился с помощью электрозапала - прислуга отходила от пушки на 300 м, ложилась на землю и закрывала глаза, уши и рты специальными повязками. Эти махины называли "Большими Бертами" или "Толстыми Бертами" - их под Льеж доставили 4 штуки. Кроме того, было привезено 16 мортир калибром 210 мм, столько же дальнобойных пушек и тяжелые минометы. Начался обстрел. Снаряды рушили любые перекрытия. Уже 13 - 14.8 пали северные и восточные форты - и только тогда через Льеж хлынули основные потоки германских войск. 1-я армия фон Клюка двинулась на Брюссель. Слева от нее пошла к французской границе 2-я армия фон Бюлова, еще левее - 3-я фон Хаузена. А орудия перенацелили на западные форты. И через 2 дня пали все. Последним держался Лонсэн, где командовал ген. Леман. Но 16.8 там от очередного попадания взорвался склад боеприпасов. Лемана в бессознательном состоянии извлекли из-под руин и взяли в плен.

А французская армия начинала свое главное наступление в Лотарингии. 1-я армия Дюбая наносила удар на Саребур и вспомогательный в Эльзасе на Мюльгаузен. 2-я армия Кастельно наступала на Моранж, Дьер и Шато-Сален. С 20.8 намечалось и другое наступление - в Арденнах, силами 3-й армии Рюффе и 5-й Ларензака. Но Ларензак слал донесения, что если армия втянется в Арденны, то обратно уже не выйдет, ее обойдут и окружат. Жоффр в ответ сыпал угрозы и оскорбления. Но по мере поступления все новых сигналов о накоплении немцев в Бельгии, игнорировать эти сигналы было уже невозможно. И Жоффр приказал Ларензаку перевести армию на 80 км западнее. Туда же, на левый фланг перебрасывались три территориальных (ополченских) дивизии д`Амада. Эти силы должны были прикрыть удар в Арденнах, а для участия в нем вместо 5-й выдвигалась из второй линии 4-я армия де Карре.

А между тем германская кавалерия взяла Динан на французско-бельгийской границе и пыталась углубиться дальше, но была встречена и отброшена передвигаемым сюда 1-м корпусом 5-й армии. Одним из тех, кто был ранен в этом бою, стал лейтенант Шарль де Голль - будущий президент Франции. Но французское командование начало выполнение прежних планов. Жоффр самоуверенно заявил: "У нас сложилось впечатление, что у немцев там ничего не готово". И действительно, при атаках французов враг начал отступать. Потому что германские 6-я армия баварского принца Руппрехта и 7-я фон Хеерингена имели приказ отступать, завлекая противника в "мешок", который захлопнут армии другого фланга. И выполняли приказ очень неохотно, расстроенные, что им не дают проявить себя. И отыгрывались налетами тяжелой артиллерии: французы двигались колоннами, и крупнокалиберные снаряды производили в их рядах жуткие опустошения. Но наступление развивалось вроде успешно - 17.8 20-й корпус генерала Фоша занял Шато-Сален и вышел к Моранжу, 18.8 части 1-й армии захватили Саребур. Что вызвало во Франции ликование - и уже говорили о победе!