Каятан - Довыдовский Кирилл - Страница 92

92

– Поверь, я удивлен не меньше тебя.

Он еще насколько секунд разглядывал меч, потом произнес:

– Ладно… Молодой человек, – обратился он к темноволосому, который с момента окончания боя оставался странно неподвижным, как будто боясь пошевелиться. Его меч уже был в ножнах, он смотрел перед собой, держась рукой за грудь, его глаз под волосами не было видно.

– Молодой человек, – повторил отец спустя несколько секунд, так как парень не откликнулся. – Думаю, мы должны вас отблагодарить…

Он не договорил. Внезапно темноволосый чуть покачнулся… и опрокинулся на спину, даже не сделав попытки подставить руки.

– Так я и думал, – сказал отец, быстро подбегая к парню. Кира последовала а ним. Парень держался рукой за грудь, неестественно часто дышал.

– Что с ним? – спросил она.

– В него выстрелили «шершнем». Болт он как-то умудрился отбить, но «шершень» для того и предназначен, чтобы срабатывать от удара. – Он стал ослаблять парню воротник.

– «Шершень»? – переспросила Кира, – Что это?

– Насадка для стрелы или болта. Там специальный яд, он распрыскивается от удара и убивает… в течение двадцати секунд, причем последние секунд… восемнадцать ты просто корчишься от боли, и спасти может только очень сильный маг, если тебе досталась маленькая порция. Очень дорогая штука. Добыть для нее яд может только маг, но сами они такими не пользуются, в их распоряжении есть намного более удобные инструменты. Хотя Хасат мог снабдить своих псов чем-нибудь подобным…

– Но он не корчился, – заметила Кира, – скорее даже наоборот.

– В том-то и дело, – согласился он, – я сначала тоже подумал, что ошибся. Но потом, когда увидел, что он тут вытворял, подумал, что он вполне мог бы перетерпеть какое-то время… хотя я о таком никогда не слышал.

В этот момент дыхание парня немного выровнялось… и он чуть приподнял веки.

– Если… – это заговорил темноволосый, слова давались ему с трудом и были едва слышны, – если теперь выяснится… что вы тут все преступники и вообще… – он закашлялся, – безжалостные убийцы… будет довольно-таки забавно…

Кира поняла, что это агония. Перед смертью ему неожиданно стало немного лучше, и он решил… пошутить, что ли. А ведь он совсем молодой и решил помочь совершенно незнакомым людям: по какой-то причине…

– Ты продержишься еще пару часов? – спросил парня отец. – В Туалоне мне для тебя мага теперь не найти, но если бы ты смог продержаться, возможно, я нашел бы кого-нибудь. Кстати, как тебя зовут?

– Не знаю… продержусь я или нет, но чувствую я себя не очень… – ответил темноволосый, – а зовут меня… – он внезапно замолчал. Несколько секунд он не двигался, кажется, даже не дышал и вдруг… захрипел, Кира увидела вытекшую у него изо рта струйку крови, он перевернулся на живот, оперся руками и встал на ноги. Кира была поражена. Ничего себе последнее издыхание! Да на такой агонии сотню лет можно продержаться!

– Мне… надо… идти, – раздельно проговорил он, но с места сдвинулся не сразу.

Разведя руки в сторону, резко ударил себя в грудь. Вскрикнул от боли, согнулся… но через мгновение он уже более-менее твердо стоял на ногах.

– Вы бы присматривали за своими дочерьми, граф, – повернув голову к отцу, неожиданно произнес он вполне осмысленным голосом, Кира опять не увидела глаз, – особенно за той, что на людей кидается…

Он бросил быстрый взгляд на Киру – лицо, залепленное волосами и залитое кровью, оставалось закрытым – и, с трудом перебирая ногами, дошел до открытых ворот и, обойдя створку, скрылся из виду.

Кира взглянула на отца. Она бы, наверное, засмеялась, какой удивленный у него был вид, но ее взгляд наткнулся на один из лежащих на камне трупов, потом еще на один… Она вновь почувствовала тошноту.

– Пап, нам ведь нужно торопиться, – послабевшим голосом произнесла она.

Едва глянув на нее, он тут же скомандовал забираться в карету.

– Мой чемодан…

– Нет времени.

Кира забралась в карету.

Глава 9

1115 г. Термилион. Туалон. «Свежевыпотрошенный кролик»13 день 2-го месяца.Астерон

– Два парня и девушка. Остановились здесь несколько дней назад.

Астерон ждал ответа, но до трактирщика никак не могло дойти, чего от него хотят. Кто они такие и кто их сюда послал, он догадался правильно. Вопрос об отказе в оказании всей возможной помощи с его стороны даже не стоял. Астерон успел привыкнуть, что окружающие реагируют на него именно так. Поведение того дерзкого мальчишки в этом отношении было большим сюрпризом. Успела пройти неделя, а наглец так и не ответил за свою дерзость. Это раздражало.

Хорошо хоть, что трактирщик вел себя так, как и должен был вести в такой ситуации любой здравомыслящий житель термилионской столицы. К сожалению, похоже, от страха хозяин гостиницы решил потерять способность внятно выражаться.

– Я… э-э… господин… все, что пожелаете…

Дело усугублялось тем, что этот потный баран явно был новичком на своем месте и прежде с «блатными» дела не имел, хотя и знал, что любое недовольство с их стороны ничего хорошего ему не предвещает. Притихнувший в испуге зал уверенности ему не добавлял. В результате… эта крыса их задерживала.

– Просто скажи: в какой они комнате.

– Второй этаж, вторая дверь с левой стороны, – сумел выдавить из себя трактирщик. Кажется, с тех пор, как они вошли, он еще ни разу не вдохнул. Астерону было плевать – лишь бы перед тем, как задохнется, он успел рассказать все, что нужно.

– Куда выходят окна?

Трактирщик указал на дверь.

– Отдыхай, – Астерон потерял к нему интерес. – Хват, – Астерон повернулся к коротышке, – возьмешь двоих и прикроешь окна.

– А че я-то, че – как дождь, сразу я-то…

– Заткнись и делай, что говорят, – посоветовал ему Астерон. Двигаясь в сторону выхода, Хват все еще что-то бурчал себе под нос. – За мной, – скомандовал он остальным.

Когда они поднялись на лестницу, Астерон остановился. Предчувствие неприятностей не покидало его, нужно было использовать любую возможность избежать неожиданностей, пусть даже со стороны своих напарников.

– Так, вы двое, – Астерон обратился к двум арбалетчикам, – остаетесь в коридоре и держите середину комнаты, встанете чуть с боков, чтоб угол был побольше. Если не уверены, лучше не дергайтесь. Стокт, выбиваешь дверь, но в комнату не заходишь, страхуешь выход. Я захожу первый и влево, Шинц – второй и вправо. Все ясно? Тогда без шума.

Вскоре каждый занял оговоренное место. Из щели между косяком и дверью струился лучик света. Астерон прислушался… – тихо. Противоречие настораживало, но комнату нужно было проверить в любом случае. Он кивнул Стокту. Кочевник размахнулся и выбил ногой дверь.

Алиса

– Кай уже ушел? – спросила Алиса.

Вопрос был не очень умным, поскольку она и сама видела, что он ушел: его ведь не было в комнате, – но ей хотелось что-нибудь сказать. Мысли надоели.

Сказать о графе Варибе что-то хорошее или что-то плохое она не могла, поскольку никогда с ним не встречалась, но сомнения, самые разные, независимо от ее желания, возникали. За последнюю пару дней она успела порядком измучить себя этим.

– Минут пять уж, – преувеличенно беззаботным голосом ответил Мик.

– Можешь не делать вида, что не беспокоишься за него, – сказала Алиса, – все равно не поверю.

– Ну… может быть, повод для беспокойства действительно есть, – проговорил Мик. – Но гораздо меньший, чем тебе может показаться. Мы с ним успели побывать в парочке мест. Ничего, с чем бы он не мог справиться, так и не случилось, хотя пытались многие, причем некоторые из них значительно превосходили в весе и меня, и Кая, и любого другого нашего знакомого.

– А что это был за мужчина, с которым Кай вчера разговаривал? – Алиса уже поняла, что вытянуть что-либо из Мика намного легче, чем из его друга.