Щит судьбы - Дрейк Дэвид Аллен - Страница 60

Он показал на Кунгаса.

— На твоем месте я назначил бы именно этого человека вести кушанов во время штурма. И никого другого.

Шакунтала качала головой. Гармат поднял руку, ладонью к императрице, жестом попросив ее помолчать.

— Нет, императрица, ты не можешь ждать до окончания сражения, чтобы уже тогда отослать Кунгаса. Времени терять нельзя, если ты хочешь получить римскую помощь. Я сам должен покинуть вас завтра, чтобы отчитаться перед негусой нагастом. Твой посол — кем бы он ни был — должен поехать на моем корабле.

Шакунтала склонила голову в задумчивости. Как и всегда, молодая императрица быстро приняла решение.

— Согласна. Нас поджимает время. — Она подняла глаза.

— Другие причины?

Гармат загнул указательный палец.

— Во-вторых. Я думаю, что посылать Кунгаса вообще бессмысленно. Как он найдет Велисария? В том хаосе в Персии?

Аксумит сухо рассмеялся.

— Там любого трудно найти, не говоря уже о Велисарий. Одежды полководец сказал мне, что считает хаос войны одним из своих лучших друзей. Всегда можно найти преимущество, говорил он мне, если ты с готовностью принимаешь хаос. Вы понимаете, что он имел в виду?

Офицеры маратхи нахмурились, как и сама императрица. Было ясно, что они находят странным то, как высоко полководец ценит неразбериху на войне.

Но Кунгас понял и кивнул.

— Велисарий будет перемещаться, как ураган, — сказал он, — и сделает все возможное для создания хаоса, а затем этим хаосом воспользуется.

Кушан потрепал хвост, в который были стянуты волосы.

— Он не только может оказаться где угодно, он сделает все возможное, чтобы другим казалось, будто он в одном месте в то время, как направляется совсем в другое. — Он хмыкнул, частично от восхищения, частично от досады. — Конечно, его цель — запутать врага. Но эффект для друзей, пытающихся его найти, будет тот же самый. Это будет трудно. Очень трудно.

— Это будет невозможно, — сказал Гармат. — И, наконец, в этом нет необходимости.

Он подождал, пока все не поняли, что он сказал, перед тем как загнуть третий палец.

— Третья причина, императрица, очень проста. Нет необходимости отправлять Кунгаса послом в Рим по той простой причине, что я уверен: Рим и Велисарий уже снарядили посла к вам. И этот посол, я уверен, принесет как раз то, что вам нужно.

Все уставились на Гармата. На всех лицах явно читалось удивление, кроме лиц других аксумитов.

— Вам что-то известно, — сказал Холкар.

— Ничего особенного, — заметил Эзана. — Только… — Гармат откашлялся.

— Аксумское царство имеет свою небольшую, но достаточно эффективно функционирующую шпионскую сеть в Римской империи. Уже более ста лет. — Он улыбнулся, словно извиняясь. — Учтите, между нами и Римом никогда не возникало конфликтов. С тех пор как римский император Диоклетиан установил южную границу Римской империи в Африке, по Элефантине, граница оставалась вполне спокойной. Тем не менее…

Он пожал плечами.

— Рим — это великая империя, мы гораздо меньше. Менее могущественному государству всегда следует быть в курсе того, чем занято более могущественное соседнее. Несмотря на их намерения и отношение к нам в настоящее время. Никогда нельзя предугадать заранее. Все может измениться.

Индусы в каюте кивнули. Это было просто разумно. Они сами прекрасно помнили долгую и бурную историю Индии.

— Естественно, что больше всего внимания мы уделяем их провинции Египет. Там у нас есть преимущество, так как большинство населения — монофизиты. Наше вероисповедание довольно похоже и многие египетские монофизиты смотрят на нас, как на своих религиозных братьев. Несколько религиозных лидеров монофизитов на протяжении многих лет спасались у нас в стране после начала гонений в Римской империи…

Он замолчал, увидев непонимание на лицах индусов. Догадался, что все им сказанное понимает только Дададжи Холкар.

Гармату потребовалось приложить усилия, чтобы не пробормотать: «Чертовы надменные индусы!»

— Неважно, — вздохнул он.

Несмотря на то что он испытывал искреннюю симпатию и восхищался многими индусами, Гармата опять поразила их странная ограниченность и предубежденность. Даже индусы самых широких взглядов — с несколькими исключениями типа Холкара — имели склонность смотреть на весь огромный мир за пределами их собственной культуры, как на единую, неразличимую массу полуварваров. Ветви христианства для них были непонятны и неинтересны.

— Дело в том, что какое-то время тому назад мы обнаружили, что римская императрица отправляет в Египет военно-политическую экспедицию, — продолжал он. — Официальной целью экспедиции является подавление восстания и восстановление твердого императорского контроля над их богатейшей провинцией. Но кого они послали командовать экспедицией? Жену Велисария Антонину!

Он пожал плечами.

— Конечно, мы только строим догадки. Но, зная Велисария, я думаю: наши предположения вполне обоснованны. Конечно, экспедиция Антонины в самом деле имеет названную мной цель. Римлянам на самом деле требуется твердый контроль над Египтом. Но мы уверены: за публично названной целью скрывается и другая. Мы думаем, Велисарий отправил жену, чтобы открыть второй фронт против малва. Мы очень удивимся, если эта стратегия не будет включать обеспечение поддержки Андхры.

Он бросил быстрый знающий взгляд на Шакунталу и Холкара. Молодая императрица и пешва тут же поняли Гармата и кивнули в ответ. Чтобы поддержать престиж, Шакунтала никогда публично не объясняла, откуда она взяла средства, используемые ею на военные расходы. Офицеры из народности маратхи, присоединившими к ней после ее побега от малва, никогда о них не спрашивали. Они об этом не задумывались. Императрицы вообще богатые. Все это знают. Закон природы.

На самом деле молодой девушке, за которой шла охота, средства передал сам Велисарий, как раз перед ее побегом. Этим богатством император Шандагупта попытался подкупить Велисария и склонить его к предательству. А римский полководец передал их Шакунтале, Чтобы профинансировать восстание в арьергарде малва.

— Неужели этот человек забудет о тебе? — тихо спросил Гармат. — Неужели этот человек откажется от своих планов?

Глаза Шакунталы слегка округлились.

— Ты прав, — прошептала она. — Он послал кого-то к нам. Велисарий уже об этом подумал.

Ее плечи опустились, совсем чуть-чуть. Было очевидно, что от облегчения.

Внезапно все поняли, насколько ей было тяжело принять решение отослать от себя Кунгаса.

— Ты останешься, Кунгас, — объявила она. — Со мной. — Командир кушанов кивнул. Затем на его губах промелькнула улыбка.

— Как быстро уходит счастье, — пробормотал он. Шакунтала сильно нахмурилась.

— Чушь! Я не отнимала у тебя твои титулы — кроме, конечно посла в Рим. Ты все еще махаданданаяка. И все еще мой бхатас-вапати.

Ее взгляд стал мягче, когда она смотрела на человека, который когда-то взял ее в плен и уже давно был ее защитником.

— Как ты был, начиная с Амаварати, — прошептала она. — Когда ты спас меня от зверей йетайцев.

Позднее, когда они выходили из каюты, командир маратхи Шахджи обратился к Гармату.

— Интересно, а кого римляне отправили к нам? Несомненно, какого-то известного полководца.

Гармат с трудом боролся с улыбкой и не ответил. Бросил взгляд на Эзану и Вахси и понял, что два других аксумита ведут ту же борьбу.

Шахджи пошел дальше.

— Бедняга, — пробормотал Вахси.

— Какой получит удар, когда узнает правду, — согласился Эзана. Теперь Гармат с трудом сдерживал хохот. Эзана и Вахси три года назад сопровождали его в Рим. Они прекрасно знали реальности римского двора. И пунктики императрицы Феодоры.

Но он ничего не сказал. По крайней мере, пока все трое аксумитов не сели в небольшое суденышко, которое доставит их на их собственный корабль. Только тогда он расхохотался. Эзана и Вахси присоединились к нему.

— Это определенно будет женщина, — давился Эзана.