Замок Ругна - Пирс Энтони - Страница 47

Дор ясно представил, что его ждет. Вот бы сейчас завизжать, затопать ногами, авось и полегчало бы. Милли, во всяком случае, помогает. Но ведь он носит маску мужчины. Надо вести себя по-мужски.

— Я знал, на что иду, — ответил Дор.

— Смотри-ка, он не просит пощады, не пытается угрожать, — удивился дракон. — Мне это нравится. В самом деле, неразумно поджаривать волшебников. И особенно не хочется ссориться с повелителем зомби. Тут его птица летает... тела собирает. Я эту великаншу и видеть не хочу... из эстетических соображений. Значит, и тебя не обижу... разве что ты попытаешься провести меня.

— Я не сомневался в твоем благородстве, повелитель, — сказал Дор.

В облаке пыли примчалась назад курчатка, неся письмо.

Дор прочел вслух:

— «РАЗРЕШЕНИЕ ПОДТВЕРЖДАЮ. ПРИСТУПАЙТЕ. КОРОЛЬ». Дор протянул письмо дракону.

— Все вроде бы в порядке, — удовлетворенно пыхнул король драконов. — Курчатка! Лети к моему воинству и передай, что велено собираться. Повеселимся! И пусть поторапливаются, не то задам жару. Надо будет еще им все растолковать.

А с тобой просто любо-дорого беседовать, — обратился дракон к Дору.

Но похвала не размягчила посла. Дор был настороже. Ведь он хорошо помнил зловещее проклятие волшебника Мэрфи, наложенное на замок Ругна: все плохое, что может случиться, случится непременно. Курчатка справилась с заданием легко. Слишком легко! Неужели проклятие утратило силу? Вряд ли.

— Тебе лучше не встречаться с моими ребятками, — предупредил дракон. — Они же не знают о договоре. Еще примут тебя и паука за добычу.

— Повелитель, разреши мне провести опыт, — попросил вдруг Дор, которого осенила одна мысль. — Ничего особенного... просто... Ты было в руках у короля? — спросил Дор у письма.

— Было, — ответило письмо.

— И ответ в самом деле дал король?

— Король, — подтвердило письмо.

— Все в порядке. Твой талант подтверждает, что подвоха нет, — сказал дракон. — А зачем ты переспросил?

— Так, из предосторожности, — ответил Дор.

— Да, в здешней глуши разное встречается — тайные заговоры, бюрократические хитросплетения. Тебе все это в новинку. Ну, спроси еще, какому королю доставлено письмо.

— Какому королю? — послушно повторил Дор.

— Королю гоблинов, — ответил листок.

— Гоблинов? — огорченно воскликнул Дор. — Не Ругну?

— Нет, — ответил листок.

— Дурацкая птица! — взревел дракон, чуть не подпалив Дора своим пламенным выдохом. — Ты послал ее к королю, но не уточнил к какому. И она выбрала самого ближнего. Я и то подумал, что птица уж слишком быстро справилась.

— И король гоблинов попытался нас запутать. Это естественно, — продолжил Дор. Проклятие Мэрфи продолжает действовать. Недоразумение могло случиться — и случилось!

— Значит ли это, что сделка не состоится? — зловеще спросил дракон, выпуская кольцо дыма.

— Это значит только, что сделка не подтверждена королем Ругном, — ответил Дор. — Я уверен, что он согласился бы, но раз нельзя передать послание...

— А зачем королю гоблинов понадобилось соглашаться? Я знаю гоблинов. Противные существа. Даже на вкус никуда не годятся. Они должны стараться поссорить нас, драконов, с людьми, расстроить сделку, а не помогать. Ведь гоблины не любят ни людей, ни драконов.

— В самом деле странно, — согласился Дор. — Король гоблинов должен был прислать отказ и тем самым помешать нашему договору. Или вообще ничего не прислать, чтобы мы сидели и ломали головы...

— А вместо этого приходит ответ, которого мы и ждали от короля Ругна, — продолжил дракон, пуская дым. — Что будет, если чудовища начнут уничтожать людей без разрешения?

— Большие неприятности, — сказал Дор, чуть подумав. — Тут вопрос принципа. Король не простит резню, на которую не давал разрешения. Он против анархии. В результате самовольных действий может начаться война между чудовищами и королевскими силами.

— То есть междуусобная война, от которой гоблины только выиграют, потому что останутся единственными хозяевами этой земли, — заключил дракон. — Они уже сейчас очень сильны. Злобные подземные недомерки! Вам, людям, пришлось бы туго. Не зря гарпии их треплют. Только размножаться умеют. Сейчас их уже видимо-невидимо.

— Зато одному человеку вполне под силу одолеть сразу пятерых гоблинов, — заметил Дор.

— А одному дракону и с пятнадцатью справиться что чихнуть. Но ведь гоблинов как блох! На каждого человека, на каждого дракона не пять и пятнадцать, а куда больше придется.

— В самом деле, — печально согласился Дор.

— Если бы ты у письма не спросил, я бы так ничего и не узнал, — пробурчал дракон. — Не люблю, когда обманывают. — На сей раз дракон пыхнул не дымом, а настоящим огнем, который зажегся во мраке зловещим глазом.

— И я не люблю, — ответил Дор и пожалел, что не умеет дышать огнем.

— А будет ли король гневаться, если пара-другая гоблинов исчезнет во время потехи?

— Думаю, что не будет. Но давай пошлем еще одно письмо. На всякий случай.

— А гоблины пусть думают, что втянули нас в войну!

— У тебя найдется другой скоролет... более надежный? — спросил Дор.

— Найдется, — ответил дракон. — Но давай используем на этот раз и твой талант. Вместе с письмом пошлем и драгоценный камень из моей пещеры. Этот камень должен вернуться, когда придет ответ. Ни один коротышка не откажется от такого камня, и никто, кроме тебя, не сможет потом расспросить обо всем камень.

— Потрясающе! — воскликнул Дор. — Ни одному гоблину не удастся подделать такое послание! Ты настоящий гений!

— От твоей лести просто уши вянут, — пробурчал дракон.

Уже почти рассвело, когда Прыгун и Дор встретились вновь. Они быстро отправились в замок. Новостей было много!

Когда они вернулись, Милли и повелитель зомби облегченно вздохнули.

— Вам первым я хочу сообщить нашу новость, — сказал повелитель. — Барышня Милли оказала мне честь, согласившись стать моей женой.

— Значит, свершилось, — прострекотал паук.

— Поздравляю, — произнес Дор, хотя в душе очень растерялся. Конечно, стоит порадоваться за повелителя, могучего волшебника и достойного человека, но ему самому что теперь делать?

Милли приготовила для всех зеленые ленты. Не забыла и паука. Прыгун сразу обвязался вокруг брюшка. Позавтракали кукурузой, которая, как обнаружила Милли, тоже росла во дворе. Повелитель всю ночь глаз не сомкнул — трудился и сделал множество зомби из тел, принесенных птицей рок. Теперь будет кому защищать замок!

Повелитель зомби светился сдержанной радостью. Он знал, что дни Милли сочтены, но был счастлив и малым.

Милли особо не ликовала, но не так уж и печалилась. Очевидно, ей по душе пришлись и повелитель зомби, и предложенная им жизнь, но рядом находился Дор — тот, кому она призналась в любви; тот, кто отверг ее любовь. Все в замке догадывались о предстоящем, но кое-что еще скрывалось в тумане. Милли, к примеру, не знала, когда наступит час ее гибели. Дор и повелитель не знали, как погибнет девушка, ведь Милли раньше об этом не рассказывала. И никто не знал, как обернутся военные дела. Может, сил зомби и не хватит, чтобы король Ругн одержал победу. Дор все же чувствовал, что лучше, чем сейчас, в этих обстоятельствах и быть не может. На Милли он старался не смотреть, потому что тело сразу же устремлялось к ней. Это было мучительно!

«Ну почему я не взрослый мужчина!» — с горечью думал он. Чем он сейчас отличается от зомби? Это тело, большое и неподвижное, оживлено его мозгом. Тела зомби оживляет волшебная сила повелителя зомби. Но настоящим зомби безразличны женские прелести. Зомби бесполы.

А как же Джонатан, зомби, которого он оставил там, в своем времени? С какой стати этот Джонатан привязался к Милли, вместо того чтобы тихо спать в могилке? Если не магическая женственность Милли разбудила его, то что? Может, некоторым зомби все-таки дано чувствовать одиночество?

«Если вернусь и оживлю Джонатана, обязательно расспрошу его обо всем», — решил Дор. Раз когда-то Милли не побоялась с ним подружиться, значит, это какой-то необычный зомби.