Живое божество - Дункан Дэйв - Страница 98

– Это будет славная битва.

Гэт почувствовал скрытое беспокойство:

– Мы сможем победить?

Джаург повернулся на голос и снова улыбнулся.

– Нет, господин мой ателинг. Мы не сможем победить. Но битва будет славная!

По четыре противника на каждого! Что он нашел в этом славного?

– Мы должны согласовать наши действия, – сказал Рэп, внезапно подумав, что управлять етунами, пожалуй, полегче, чем компанией обидчивых архонтов, хитроумных эльфов и смертоносных каннибалов, да еще с полубогиней в придачу…

Над Поляной пронесся исполненный муки крик. Все разговоры оборвались. В той части Поляны, где собрались пиксы, старый архонт Ним упал на траву, корчась от боли. Присутствующие попятились. В магическом пространстве было видно, что Нима охватило черное пламя. Мгновением позже пламя вспыхнуло и вокруг архонта Пуика, стоявшего в нескольких шагах от Нима.

Каждый архонт был неразрывно связан с тем участком границы, который он охранял.

И тут крик Хранительницы возвестил о том, о чем присутствующие уже и сами начали догадываться.

– Войско! – крикнула Тхайла. – Сражение началось!

3

В этот роковой день Тхайла не смела заглядывать в будущее, но она предполагала, что их положение безнадежно. Будь у них хоть малейшая возможность победить, ее предшественница Лейн не отказалась бы так легко от борьбы. Только твердая уверенность в поражении могла повергнуть Лейн в такое отчаяние. То, что сказал сапожник Джаург, служило лишь еще одним подтверждением. Услышав слова Джаурга, Тхайла заглянула в его душу, чтобы посмотреть, не таится ли там предательство, но увидела только миролюбие, честность, почтение к Богам и искреннюю тягу к Добру. Это был довольно необычный етун.

Жизненный опыт подсказывал, что бедствие неизбежно. Стоило лишь спокойно сопоставить силы сторон, чтобы понять, какой огромный перевес на стороне Сговора, объединенного волей Всемогущего. У разношерстной компании, собравшейся на Поляне Свиданий, не было ни дисциплины, ни единого взгляда на вещи. Они не привыкли к совместным действиям. Сама Тхайла, при всей ее сверхчеловеческой силе, была всего лишь наивная юная девушка, совершенно не умеющая командовать людьми. Рэп – волшебник средней руки, и к тому же слишком порядочный человек, чтобы стать хорошим командующим. Он смотрел на вещи как государственный деятель, но ему не хватало заносчивости, необходимой для того, чтобы навязывать свою волю другим. А два чародея настолько мало доверяли друг другу, что не смели пускать в ход свои силы, чтобы не спровоцировать разрыв.

По команде Тхайлы разрозненные группы попытались объединиться, но из этого ничего не вышло. Представители каждой из двенадцати рас предпочитали слушаться своего предводителя. Импы немедленно сцепились с етунами, гномы – с джиннами, тритоны – с антропофагами, ну а эльфы конечно же – с дварфами. Фавны пытались что-то доказывать. Тролли оцепенели от ужаса. Пиксы тряслись, как осиновые листья.

Сговор обрушил удар на барьер над горами Квобль, в том месте, где соприкасались участки Нима и Пуика. Стычка вышла не более утонченной, чем драка двух горных баранов за звание вожака. Обычно схватки волшебников оставались незаметными для материального мира, но на этот раз в ход были пущены такие огромные силы, что земля содрогнулась и с гор начали сходить лавины. Потом леса на горных склонах вспыхнули факелами, а ручьи закипели.

Но настоящее сражение разворачивалось в магическом пространстве. Главные силы сталкивались именно здесь. Тхайла могла видеть происходящее таким, каким оно было, но большинство волшебников воспринимали эту схватку посредством неких образов – каждый по-своему, и Тхайла была поражена тем, насколько разнилось их восприятие. Многие видели пламя – белое, красное и черное. Етунам представлялось надвигающееся на них огромное войско, дварфам – обрушивающийся на их головы молот, а тритонам – гигантская волна. Хранительнице приходилось бороться со всеобщим смятением и поддерживать одновременно и древний защитный барьер, и своих союзников.

Казалось, каждый из этих пяти сотен волшебников взывал к ней – умолял, спорил, кричал, советовал, а тем временем Ним и Пуик корчились от боли. Поляна Свиданий бурлила от страха и ярости. Сократить периметр, нанести ответный удар по Хабу, разделить армию на несколько частей… Пятьсот волшебников выдвигали пятьсот разных планов.

И только один звонкий голос звучал иначе. Только один ручеек эмоций отличался от всех остальных. Озадаченная этим, Тхайла ухитрилась направить на него часть внимания и увидела перепуганные зеленые глаза Кейди.

– Тхайла, с тобой все в порядке?

Сочувствие? Кто-то заботился о самой Тхайле!

– Да, я в порядке! – произнесла она вслух, благодарно улыбнулась и снова перенесла свое внимание на границу с Квоблем.

Но было уже поздно. Тысячелетнее чародейство рухнуло. Ним и Пуик бесследно растаяли. Ничем больше не сдерживаемый гнев Сговора обрушился на Тхам.

И на мгновение столкнулся с неведомым препятствием. Холодный взгляд Всемогущего зашарил по сторонам, разыскивая врагов. Он не обнаружил ни выстроившейся для боя армии, ни городов, которые предстояло разрушить, ни крепостей, которые следовало осаждать. Перед Зиниксо предстала сонная патриархальная местность, населенная крестьянами, пастухами и рыбаками. Но это лишь подстегнуло его злобу.

Пиксы начали умирать. Они падали под ударами темных сил, словно срезанные колосья. Мужчин настигали за работой, женщин – за домашними хлопотами, детей – за игрой. По Проклятой стране прокатилась волна смерти. Языки пламени слизывали дома, мельницы и пасеки. Замертво валились домашние животные. Никакая из бесчисленных войн, даже Война Пяти Колдунов, не могла по жестокости сравниться с этим хладнокровным уничтожением.

Все стоявшие на Поляне Свиданий оцепенели от ужаса.

Первым пришел в себя король Рэп.

– Хранительница! – отчаянно закричал он. – Они нашли Ворота! Скорее! Прочь из Колледжа!

Прочь из Колледжа?.. И тут Тхайла поняла, что имел в виду фавн. Сговор обнаружил, что существуют два Тхама. Резня прокатилась по настоящему Тхаму, в котором, собственно, и жили пиксы. Но над всем Тханом раскинулась мерцающая магическая паутина – это была Тропа, соединявшая Часовню с Поляной Свиданий, Библиотечным комплексом и Воротами. А кроме того, были заметны магические приспособления, использовавшиеся в Колледже. Бесчисленные нити волшебной паутины тянулись к скромным домам, в которых жили волшебники или волшебницы со своими смертными супругами.

Как же они ужасающе беззащитны! Как только Всемогущий поймет, где скрываются его враги, он сможет отделить эту паутину от реального мира. Ему потребуется пожертвовать большей частью сил Сговора, но зато после этого он сможет править Пандемией безраздельно, ибо Колледж и все, кто в нем находятся, исчезнут навсегда.

«Все в Часовню! – скомандовала Тхайла. – Архонты, заберите мирян и перенесите их! Немедленно!»

Над залитой солнцем Поляной Свиданий раскатился гром. Волшебники исчезли, оставив после себя лишь примятую траву, беседки, половину из которых теперь нужно было чинить, и совершенно неуместную здесь нордлендскую галеру. Еще на Поляне остались шестеро из уцелевших архонтов, а с ними император, королева Иносолан, Кейди и Гэт.

– Эй! – воскликнул Гэт. – А куда это все подевались?

4

Рэп всегда знал, что битва будет короткой, как и любая битва, в которой замешана магия, но такого молниеносного разгрома он не ожидал. От внезапности перемещения у него перехватило дыхание.

Наконец он сумел собраться с мыслями. Пятеро пиксов все еще не опомнились от потрясения. Рэп бросил им на помощь все те невеликие силы, которые смог собрать.

– Иди сюда! – окликнул он Тума. – Помоги. Да, вот так вот… Ты держи запад… Соберите всех мирян! – Рэп распределил архонтов по четырем главным направлениям и повернулся к Рейму: – Следи за Тропой!