Искусство ловли стрел - Дэдмен Стивен - Страница 45

– Предположить? Никто. Копам для этого потребуется основание, и даже если Таменага не откупается взятками, он слишком умен, чтобы делать грязные дела собственными руками. Изредка какой-нибудь храбрый репортер пытается к нему пробраться, вломиться или даже пролететь над его домом, но в качестве награды за риск обычно получает лишь несколько шрамов.

– Что ж, если он не выходит, – сказал Маг, – видимо, мне придется самому навестить его.

Маски сняты

Мимо особняка они проехали медленно, но не слишком. У ворот никого не видно, за улицей наблюдала единственная видеокамера, надежно укрытая пуленепробиваемым стеклом. За решеткой ворот дорога начинала петлять между огромными деревьями, лишавшими случайных прохожих всякой возможности увидеть сам дом.

– Я уже говорил, что идти туда в одиночку – чистейшей воды безумие? – прошептал Такумо, когда они отъехали от ворот на достаточное расстояние.

– Да. Но один я всегда смогу выбраться... а если мне удастся сделать фотографию – то и проникнуть обратно. Я взял бы вас с собой, если бы смог, но не могу. – «А если я погибну, – подумал он, – потеря невелика: Таменага получит свой талисман обратно и, надо надеяться, оставит вас в покое». – Но мне обязательно понадобится ваша помощь.

Келли раздобыла схему планировки дома. Она относилась ко времени его постройки, но ни ей, ни Данте не удалось откопать более свежих материалов. Лишь однажды журналиста пустили внутрь, угостили бурбоном, и он разразился статьей об огромных, как айсберги, «садовниках» и мастифах размером со скаковых лошадей.

– Да, знаю, – горько ответил Такумо. – Я должен буду убить собак.

– Не думай о них как о собаках, – предложила Келли. – Они созданные генной инженерией машины-убийцы.

Такумо угрюмо покачал головой.

– Четвероногие ниндзя, так, что ли? Дело не в том, что я люблю собак, я их терпеть не могу, после гибели динозавров они величайшая ошибка эволюции, но я не люблю убивать.

– Значит, надо придумать способ обойти их.

– Прекрати мыслить логично, логика здесь совершенно ни при чем, – скривился он. – Да, их обучают не брать еду из чужих рук, и мы не достанем ружье-транквилизатор, не заполнив тонны бумажек, и все равно эти усыпляющие средства действуют слишком медленно, а парализующие – почти бесполезны, да, я пытался придумать обходной путь! Этот Таменага превратил своих животных в убийц! Он и из меня сделал убийцу!

Такумо закрыл глаза и попытался успокоиться. Маг и Келли ждали молча.

– Если получится, – прошептал наконец Такумо, – скажи ему, что он сделал. Если ты не вернешься, я пойду к нему сам.

Одетые в черное, они вернулись в одиннадцать, никто из них не произносил ни слова, за исключением Такумо, без умолку болтавшего об отравленных тэцубиси, растяжках, волчьих ямах, проводах под напряжением, минах, натертых маслом полах...

– Чарли?

– Да?

– Прекрати. Если я начну искать ловушки, они появятся.

Чарли заткнулся, и до границы владений Таменаги дошли молча. Келли припарковалась в пятидесяти ярдах от входа, выключила фары и протянула Магу ружье.

– Не надо. Вдруг я его уроню, а они установят владельца?

– Это мой муж, – пожала она плечами.

Такумо ухмыльнулся, радуясь, что лицо его спрятано под маской. Маг собрался произнести какой-нибудь комментарий, но передумал и молча взял оружие.

Они подкрались к воротам. Маг подсадил Такумо на тринадцатифутовую стену, а Келли, проскользнув вне поля зрения видеокамеры, заглянула за частую решетку. Такумо, осторожно избегая обе видимые камеры наблюдения и всех тех, что должны были существовать, спустился, предварительно зацепив кётэцу-сёгэ за вершину ограды.

Через четыре удара сердца показались три огромных пса, галопом скачущих к решетке. Каскадер ухватился за цепь и подтянулся, оказавшись вне досягаемости. Один мастиф прыгнул и поймал в грудь дротик арбалета. Второй обнюхал труп и начал слизывать кровь, пока Келли лихорадочно перезаряжалась. Такумо слегка спустился, как паук на паутинке, и, когда следующий пес вцепился зубами в стальной нарукавник, всадил нож в глаз зверя. Последний пес никак не мог выбрать: нападать или удирать, и, так и не определившись, пал жертвой второго выстрела из арбалета.

Выждав несколько секунд, Такумо сбросил Магу веревку с узелками. Келли сунула ему ружье через решетку и метнула фотоаппарат Такумо, который, к немалому облегчению Мага, без труда его поймал и спустил владельцу.

– Спасибо, – прошептал фотограф, – а теперь проваливайте.

Такумо кивнул и подтянул веревку. Маг повесил фотоаппарат на шею и, не дожидаясь, пока друзья уйдут, с ружьем в руке направился в сторону дома.

Дверь немедленно открылась, и за ней показался сумотори, огромный, но, впрочем, меньше футбольной команды в полном составе. Его лицо напоминало первый рисунок очень маленького ребенка. Он не произнес ни слова, и Маг не поручился бы за то, что он вообще умеет разговаривать.

– Я пришел к мистеру Таменаге.

Ямада Казафуми не ответил, осмотрел пришедшего с головы до ног, а затем, невыразительно поглядев на ружье, покачал головой.

Проклятие, подумал Маг, знал же, что не надо брать его с собой.

– Таменага захочет меня увидеть, – начал он, выговаривая тщательно подобранные слова как можно четче, – и еще более он захочет увидеть вот это. – Маг продемонстрировал зажатый в правой руке ключ на плетеном из волос шнурке. – Так что передай ему, что я здесь, пока он не заставил тебя залезть на «Эмпайр стэйт билдинг» сбивать самолеты руками. Ну, что?

Борец отступил на шаг, преградив путь огромной рукой. Судя по всему, чтобы задержать его, пока не прибудет подкрепление, а затем отвести к Таменаге или куда куромаку вздумается. За спиной у сумотори виднелись несколько дверей и лестница. Маг, вообразив себя там, не стал оглядываться на взревевшего дворецкого, и опомнился только на площадке второго этажа.

Ямада бежал вверх по лестнице слишком быстро для человека своих габаритов. Маг, посмотрев на полированные ступеньки, вспомнил предупреждение Такумо о масле, и борец, поскользнувшись, покатился вниз. Сумотори ухватился за перила, которые замедлили его падение, но сломались, как только он попробовал подтянуться. Маг позволил себе усмехнуться, обернулся осмотреть коридор...

...и увидел Аманду Шэрмон в дорогом шелковом платье, выходящую из ближайшей двери.

Почти минуту они просто смотрели друг на друга. Затем она улыбнулась:

– Что тебя задержало?

Маг пытался прийти в себя, однако ему никак не удавалось.

– Сколько ты здесь пробыла?

– Уже десять дней.

Необычно точный ответ, но Аманда ведь была математиком.

– Ты работаешь на Таменагу?

– Когда мы с тобой встретились, еще не работала, но потом согласилась на его предложение. Я погибла бы, если бы отказалась, и... Я боюсь смерти. Потому я и украла талисман, – мягко призналась она. – Если подумать, сделка оказалась очень выгодной. Он у тебя с собой?

– Что?

– Талисман.

– Какой талисман?

– Ключ.

– А, конечно.

Маг бросил его ей и прошептал:

– Думаю, он твой. – Она была слишком напряжена, чтобы поймать его, и ключ, отскочив от ее груди, упал на пол. – Теперь я могу идти?

– Да, если ты действительно этого хочешь, хотя Таменага-сан собирался поговорить с тобой. – Она присела, не сводя глаз с его бледного лица, и подняла шнурок. – Тебе нужна работа?

Настал черед Мага улыбаться. Улыбка превратилась в смех, а смех в хохот.

– Маг?

– После всех этих бандитов и монстров он думает, что я стану на него работать?

– Он хорошо платит, – улыбнулась она в ответ.

– Деньги меня не волнуют.

– Ты будешь работать со мной.

Улыбка Мага превратилась в нечто куда менее приятное.

– Это предложение?

Она пожала плечами, соблазнительно шевельнув грудью под облегающим шелком.

– Он даст тебе все, что ты захочешь.