Свободное владение Фарнхэма - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 29

– Так мне сказал Джо.

– А я и не заметила, – Карен выглядела озадаченной. – Впрочем, если подумать, так я действительно уже давно не брала его на руки. Только несколько раз гладила его, да удерживала от опрометчивых поступков. А то он буквально не давал ничего сделать. Стоило открыть какой-нибудь ящик, как он уже оказывался там. Теперь я понимаю – это он выбирал место для котят. Мне следовало бы быть повнимательнее.

– Карен, а почему ты продолжаешь говорить "он", "его"?

– Почему? Но ведь Джо тебе все объяснил. Док СЧИТАЕТ себя котом – а почему я собственно должна разубеждать его? Он всегда так считал, и он был самым своеобразным из всех наших котят. Хмм… Кстати, Барбара, как-то раз, когда Док достиг зрелости, мы устроили ему встречу с котом-джентльменом самого что ни на есть аристократического происхождения. Но он чем-то не понравился Доку и Док изрядно потрепал его. Поэтому мы потеряли всякую надежду и с тех пор никогда больше не пытались сводить его с кем бы то ни было. Ммм – Летописец ты наш, скажи-ка, сколько дней мы уже здесь?

– Ровно шестьдесят два дня. Я уже справлялась: нормальный для кошек срок – от шестидесяти до семидесяти дней.

– Следовательно, теперь это может случиться в любой момент. Готова побиться об заклад, что сегодня ночью мы не сомкнем глаз. Кошки никогда не рожают в нормальное время суток. – Тут Карен резко сменила тему разговора. – Барби, чего тебе больше всего не хватает? Сигарет?

– Я уже и думать о них забыла. Скорее всего, яиц. Яиц к завтраку.

– Отец подумал об этом. Оплодотворенные яйца и инкубатор. Но он не построил его, да и все равно, яйца разбились бы. Да, мне их тоже пожалуй не хватает. Но лучше всего, если бы коровы несли яйца, а отец бы придумал, как запасти их, чтобы они были в целости и сохранности. Представляешь?! Мороженное! Холодное молоко!

– Масло, – добавила Барбара. – Мелко нарезанные бананы со взбитыми сливками. Горячий шоколад.

– Перестань! Барби, я кажется, сейчас скончаюсь от голода прямо у тебя на глазах.

– Про тебя не скажешь, что ты похудела, – поддела ее Барбара, – ты вроде даже немного пополнела.

– Возможно, – Карен замолчала и принялась мыть посуду. Наконец, она тихо произнесла: – Барби, то что собирается сделать Док и вполовину не удивит всех наших, как тот сюрприз, который преподнесу им я.

– Что за сюрприз, милая?

– Я беременна.

– Ч Т О?

– То, что слышала. Беременна. Жду ребенка, если тебе так понятнее!

– А ты уверена, дорогая?

– КОНЕЧНО ЖЕ УВЕРЕНА! Я сдала анализы, и очкарик, который занимался мной, получив результат, только вылупил глаза. Прошло уже четыре месяца, – Карен бросилась в объятия подруги, – и я очень боюсь!

Барбара принялась утешать ее.

– Ну, ну, дорогая. Все будет хорошо.

– Черта с два! – воскликнула Карен. – Мать устроит тут такое… и больниц здесь нет… и врачей. Господи, и почему Дьюк не пошел в медицинский? Барби, я, наверное, умру. Я знаю.

– Карен, не болтай чепуху. Детей, родившихся без помощи докторов и больниц гораздо больше, чем детей, привозимых на кормление в тележке. Тебя не так страшит возможность смерти, как объяснение с родителями.

– Да, и это тоже, – Карен вытерла глаза и шмыгнула носом. – Барби, ты только не обижайся… но я именно поэтому пригласила тебя к себе на тот уикэнд.

– Вот как?

– Я подумала, что мать не станет устраивать большого шума при постороннем человеке. Большинство девиц в нашем заведении или мещанки или потаскушки, да к тому же еще и абсолютные дуры. А ты ни то и ни другое, и я знала, что ты заступишься за меня.

– Ну, спасибо!

– Это мне-то спасибо! Да ведь я просто собиралась использовать тебя.

– Мне никто никогда еще не желал лучшего комплимента, – Барбара вытерла Карен слезы и потрепала ее по щеке. Так ты, значит, пока еще ничего не сказала родителям?

– Ну… я собиралась. А потом началась эта война… а потом матери стало плохо… а отец все время обременен заботами и мне никак не выбрать подходящего момента.

– Карен, а ведь ты не боишься признаться во всем отцу, ты боишься признаться только матери.

– Да… в основном матери. Но и отцу тоже. Мало того, что он будет потрясен и шокирован… он подумает, что с моей стороны было просто глупо попасться.

– Согласна, что он будет удивлен, и не согласна со всем остальным, – Барбара заколебалась. – Карен, ты не должна носить это в себе. Я постараюсь разделить все твои тревоги.

– Я так и думала. Потому-то я и попросила тебя поехать со мной. Я ведь уже сказала тебе.

– Я имею в виду не это. Я тоже беременна.

– Ч Т О?

– Да-да. Так что мы можем сказать об этом вместе.

– Боже мой! Барбара! Но как же это так?

Барбара пожала плечами.

– Неосторожность. А как это произошло с тобой?

Карен вдруг улыбнулась.

– Как? А просто меня опылила пчелка, как же еще? Ты наверное, хотела спросить: "кто"?

– "Кто" меня совершенно не интересует. Это твое личное дело. Ну так как, может, пойдем и скажем им? Я готова говорить за нас обеих.

– Погоди минутку. Ты сама-то собиралась говорить кому-нибудь? Или не собиралась?

– В общем-то нет, – честно ответила Барабара. – Я собиралась подождать до тех пор, пока это не станет заметно.

Карен взглянула на талию Барбары.

– Ничего не заметно. А ты уверена?

– У меня уже два раза ничего не было. Я беременна. Или больна, но это было бы гораздо хуже. Давай соберем белье, пойдем и все им расскажем.

– Но ведь если специально не приглядываться, то по тебе ничего не видно, да и по мне пока тоже – в последнее время я стараюсь не попадаться матери на глаза раздетой – может нам пока ничего не говорить, а приберечь эти новости на крайний случай?

– Карен, но почему бы тебе не сказать сначала отцу? А уж он пускай сообщит матери.

Карен выглядела обрадованной.

– А ты думаешь: так можно сделать?

– Я просто уверена, что Хью предпочтет услышать об этом не в присутствии твоей матери. Так что иди найди его, и все ему расскажи. А я развешу белье.

– Уже бегу!

– И ни о чем не беспокойся. Мы спокойно родим наших детей и ничего плохого с нами не случится, а потом будем вместе их воспитывать. Знаешь, как нам будет весело! Мы будем просто счастливы.

Глаза Карен засияли.

– Да и у тебя будет девочка, а у меня – мальчик, и потом мы их поженим и обе станем бабушками!

– Вот теперь ты снова настоящая Карен, – Барбара поцеловала ее. – Беги и расскажи обо всем отцу.

***

Карен застала Хью за выкладыванием печи. Когда она сказала ему, что хотела бы поговорить с ним наедине, он согласился.

– Хорошо, – сказал он. – Я только скажу Джо, чтобы он закончил кладку. А я пойду посмотрю, как там канал. Пойдем вместе, заодно и поговорим.

Он дал ей лопату, а сам взял ружье.

– Ну, так что у тебя на уме, девочка моя?

– Давай отойдем немного подальше.

Они отошли уже довольно далеко. Хью остановился, взял у нее из рук лопату и стал подравнивать край.

– Папа! Ты, может быть, заметил, что у нас не хватает мужчин?

– Нет. Трое мужчин и три женщины. Совершенно нормальное соотношение.

– Я имела в виду не это. Наверное, мне следовало сказать "возможных избранников".

– Тогда так и говори.

– Хорошо. Я уже поправилась. Мне нужен совет. Что хуже? Кровосмешение, или межрасовый брак? Или мне придется остаться старой девой?

Он еще раз копнул и остановился.

– Я не собираюсь заставлять тебя оставаться старой девой.

– Я так и думала. А как насчет двух других возможностей?

– Кровосмешение, – медленно проговорил он, – обычно ни к чему хорошему не приводит.

– Следовательно, у меня остается только один выход.

– Подожди. Я сказал "обычно". – Он уставился на лопату. – В принципе, я никогда не задумывался над этим… у нас и так проблем по горло. Браки между братьями и сестрами – в истории не такая уж редкость. И результаты не обязательно плохие. – Он нахмурился. – Но ведь есть еще Барбара. Может быть, вам придется примириться с полигамией.