Пересекающий время - Крапп Раиса - Страница 74

- Так она свободна?

- Говорю же тебе - всем просителям отказала. Я и на игрищах смотрела, хотела приметить, который ей по сердцу. Нет, не углядела. Со всеми она ровно приветлива. Не пробудилась еще для любви. А хороша - и ласковая, и умница, и руки умелые, и нрав легкий...

Неле еще что-то говорила, Лиента уже не слышал, он знал - эта девушка с глазами и смехом Ратаны займет ее место. Это о ней говорил тогда Дар, просил отыскать в джайве, да-да... А потом отбил в городе у пьяных скотов, и седая прядка в косе - след того времени.

* * *

По берегу реки Лиента отошел от поселка, сел, обхватив колени руками. Хотелось лечь ничком, закрыть

глаза, чтобы сразу стало темно и пусто, и не думать ни о чем, не помнить.

"Дар, брат, как не хватает мне тебя. Только тебе я мог бы все рассказать, и только ты понял бы". Лиента встал. Он знал, что сейчас сделает. Неле принесла в его хижину большие сосуды с медом-као, это замечательное лекарство от тяжких дум. Никто не увидит и не узнает о его слабости, просто придет спасительный сон, и мысли не будут терзать его всю ночь напролет, как накануне.

Но желанное забытье не приходило. Вместо него был тяжкий, изнурительный бред, в котором переплелись судьбы Ратаны и Адони, и боль рвала сердце... Лиента ворочался с боку на бок, тряс головой, чтобы избавиться от наваждений. В том беспамятном полубреду он молил Ратану отпустить его, и счастливый смех Адони звал его. Лиента открывал глаза - все исчезало, мрак ночи наваливался тяжело: так же беспросветно темно было в его душе и не оставалось сил терпеть это дольше.

Лиента вышел наружу - ночная прохлада ласково обняла его пылающую голову, осушила потную грудь. Покачиваясь, побрел по поселку. Было тихо-тихо, нигде ни огня, сон витал над жилищами. Из темноты выбежал мохнатый зверь, узнал Лиенту, приветливо махнул хвостом. Ночные посты давно уже не выставляли, а от непрошенных гостей из джайвы оберегали мохнатые сторожа.

- Не спишь, пес? - пробормотал Лиента. - А душа у тебя болит? Э-э... он пьяно махнул рукой. - Иди счастливый пес, спи. Ямы какие-то...

Лиента повел глазами вокруг - куда его занесло? Здесь стояли новые домики горожан, а ямы - от новой постройки для молодой семьи. Где-то в одном из них живет Адоня, девушка с глазами Ратаны, сумевшая забыть все страшное и стать счастливой.

"Адоня..." - он ухватился за это имя и стал выплывать из пьяного сумбура. Голова ходила кругом, мысли рассыпались, и Лиента старательно собирал их снова. Наконец, ему удалось сосредоточиться на ясной и четкой мысли - он хотел увидеть ту девушку сейчас, сию минуту. Он шел к ней с самого начала, с тех пор, как увидел рядом с Неле. Надо было увидеть ее прежде, чем называть имя Совету, увидеть ее ясные глаза, услышать ласковое слово привета, прижать ее к себе и в этом будет спасение - уйдут все наваждения, и затеплится во мраке его души крохотная искорка радости.

Над домиком кузнеца Иона, как и над другими, стояла сонная тишина. Он толкнул дверь и вошел в теплый сумрак. Светилась горка тлеющих угольков. Лиента шагнул к ним, зацепил что-то плечом, и оно с грохотом свалилось на пол. Тотчас сонный голос из темноты спросил:

- Кто здесь?

На угли упал пучок сухой травы, вспыхнул, высветил внутренность жилья.

- Вождь? - удивилась Адоня. - Отца нет дома, они с Веско на реке.

Лиенте с трудом припомнилось, - часть мужчин ушла сегодня на реку, на ночной промысел, как же забылось... "Нехорошо... Уйти надо..." заворочались мысли. Но как тяжело было повернуться и уйти назад в бредовую, душную темноту своей хижины.

- Я к тебе пришел, - хрипло проговорил Лиента.

Адоня удивленно взглянула на него, встала, зажгла светильник.

- Проходи, вождь. Какая забота привела тебя ночью?

Лиента подошел близко, приподнял ее подбородок.

- Темно... Глаз не вижу...

- Ты пьян!? - растерялась Адоня. - Скажи, зачем ты пришел ко мне таким?

- Совет потребовал, чтобы я взял жену. Завтра я назову им твое имя.

- Нет! - отшатнулась Адоня.

- Почему ты говоришь мне - нет? Разве сердце твое не свободно?

- Нет! Нет! - замотала головой Адоня.

- Если ты назовешь мне имя желанного тебе, через два дня станешь его женой, не моей.

- Зачем я тебе, вождь!? Ты ведь никогда не любил и не хотел меня! Выбери себе другую девушку, оставь меня!

- Почему? Я не хочу другую. Я выбрал тебя, и ты станешь моей женой.

- Я не хочу! - с отчаянием вскрикнула Адоня.

- Меня не спросили - хочу ли я. Мне сказали - ты должен. И я говорю тебе - ты станешь моей женой, первой женщиной племени. Разве не научила тебя мать законам покорности?

Адоня упала на колени, прижалась к ногам Лиенты.

- Умоляю, вождь, откажись от меня!

Лиента поднял ее и близко увидел запрокинутое лицо, две полоски на щеке от подушки, мелькнула маленькая грудь за распущенной шнуровкой платья... И от ее уюта, сонного тепла, от хрупкости, неожиданно накатила горячая волна желания, оглушила его. Последней его женщиной была Ратана, других он не замечал, храня верность жене, которую не довелось положить на погребальное ложе. И вдруг эта невинная девочка пробудила в нем жажду любви! И он уже знал, что не уйдет отсюда, и знал, что совершит ужасное, если не уйдет немедленно... Но слишком добро был настоян мед. Размягченная хмелем воля плавилась в мучительном желании. Оно захлестнуло Лиенту, как горный поток ослабевшего пловца, потащило безжалостно, и не было уже ни сил, ни возможности выплыть из него.

- Через два дня ты разожжешь наш очаг, - хрипло сказал он. - А перед Всевидящим ты станешь моей женой сейчас.

- Не-е-ет!!! - отчаянно закричала Адоня, но большая жесткая ладонь опередила крик, заглушила, не дав родиться.

- Не надо, не кричи... - Ладонь Лиенты ослабла, ласкающим движением скользнула с губ Адони, обожгла ее шею...

И, стиснув губы, Адоня поняла с отчаянием, что не издаст больше ни звука - она не может выставить вождя на показ в качестве насильника...

* * *

Сломанная, смятая, она еще не верила в то, что произошло, не хотела верить, широко открытыми сухими

глазами смотрела в темноту. Лиента протянул руку, положил ей на плечо. Она вздрогнула от его прикосновения.

- Ты моя жена, - глухо проговорил он.