Пересекающий время - Крапп Раиса - Страница 79

Чуткое сердце Адони не могло не откликнуться на искреннюю любовь, с которой ее тут встретили, на трогательную заботу, которой окружили. Каждый старался найти для ее с Андреем самые теплые слова, самые особенные.

Адоню пьянило сознание, что он, Андрей, отныне ее муж. Все случилось молниеносно, она не готова была даже к мысли об этом. Адоня не могла поверить в реальность, в которой удивительным образом осуществились ее робкие мечты. И вот - случилось, отныне он всегда будет с ней и ничто, ничто на свете уже не разлучит ее с любимым.

Адоне хотелось смотреть и смотреть на своего мужа, любоваться им открыто и безоглядно... Ничто не напоминало ей о нескольких днях, когда она тонула в отчаянии и горе, и даже сегодняшний сход казался ей далеким кошмаром. Все ее настоящее было здесь - любящие глаза Андрея, радость друзей, теплота и забота дома, отныне - ее дома.

Глеб увел Адоню танцевать, и к Андрею подсела Линда.

- Андрей, я всем сердцем желаю вам быть счастливыми, у вас все будет хорошо.

- Спасибо, Линда.

- Ты всегда можешь рассчитывать на меня, я помогу Адоне, - она отыскала ее в полумраке, трепетном от живого огня свечей. - Скажи, что-то случилось, да? Адоня, - как после болезни.

- Да, там было плохо.

- Господи, неужели за эти несколько дней!? Когда у вас программа в разнос пошла, у меня ни на что не осталось времени.

- Линда, ты что, оправдываешься? Мне-то не надо рассказывать, как это бывает.

- Что там случилось?

- Совет велел Лиенте взять жену, его выбор пал на Адоню. Об их законе покорности ты знаешь.

- О, Боже!

- Да уж, - невесело усмехнулся Андрей. - Но теперь все в порядке.

- Ты уверен? И с Лиентой порядок?

- Не надо сейчас об этом.

- Знаешь, я тебе подарок приготовила, свадебный.

- Когда же успела?

- Лучше спроси какой?

- Какой?

Линда улыбнулась.

- Ты за будущее не беспокойся, у вас все будет отлично.

- Разумеется, я знаю.

- Нет, это я знаю.

- ?..

- Да.

- Когда? Почему раньше мне не сказала?

- Граф, - укоризненно проговорила Линда, - ты катастрофически глупеешь, говорят, это клинические проявления влюбленности.

- Ага, - счастливо улыбаясь во весь рот, подтвердил Андрей. - Чш-ш, мы никому не скажем.

- Да уж, пожалуйста. Это тебе, как с гуся вода, а мне такое с рук не сойдет.

- Я люблю тебя, Линда.

- Это выясняется очень кстати. Но я тоже тебя люблю, - улыбнулась она.

Андрей подхватил ее на руку, другой подхватил Адоню и закружил их по комнате.

* * *

Андрей понимал, каково сейчас Лиенте, и ни на минуту не забывал о нем. Необходимо было встретиться, поговорить, снять тяжесть с его сердца. Но весь следующий день принадлежал Адоне, и даже ради Лиенты Андрей не хотел оставить свою маленькую женушку.

Несколько раз он входил с Лиентой в ТП-контакт, не столько ради разговора - на сей раз говорить надо было глаза в глаза, - а чтобы узнать его состояние. Андрей никогда не говорил Лиенте, что умеет блокировать то, чего не хочет раскрыть. Лиента этого не знал, не умел и научить его этому пока было невозможно. Андрей сам ставил "фильтр", и с обоих сторон обмен информацией шел в чисто диалоговой форме. Но на этот раз фильтра не было. Андрея не интересовало, что он скажет Лиенте, и что тот ответит, ему важно было состояние лугарина - что он чувствует в этот момент, о чем думает, чем живет.

- "Как дела у вас, Лиента?"

- "Все в порядке", - чуть поспешнее, чем следовало, ответил лугарин.

- "Что говорят люди?"

- "Сожалеют, что не могут отпраздновать вашу свадьбу".

- "Это, пожалуй, ни к чему".

- "Да, они понимают. Они решили, что возьмут свое в день, когда родится ваш первенец".

- "Неплохо придумано".

- "Люди искренне рады за вас. Со вчерашнего дня в поселке бьют боданги. Их язык три дня будет рассказывать всем, что у нас большая радость".

- "Я скажу об этом Адоне. Она обрадуется".

- "Как она?"

- "Прекрасно".

- "Она умеет забывать плохое. Вы непременно должны быть счастливы".

- "Лиента..."

- "Извини, Дар, мы поговорим позже", - он прервал связь.

Ничего настораживающего Андрей не почувствовал. Да, было смятение и стыд, и раскаяние, не приносящее облегчения. Была какая-то, не свойственная Лиенте суетливость. Андрей чувствовал его напряжение и желание как можно скорее прервать сеанс, но любое из этих чувств было естественным в их ситуации.

Когда после полудня он снова вызвал Лиенту, его поразило, что самым первым чувством того был испуг. Лиента тяготился разговором, он моментально напрягся, мысли его стали тяжеловесными и неуклюжими.

- "Я слышу тебя, Дар".

- "Я тоже. К сожалению, не то, что хотел бы. Лиента, брат мой, нельзя бередить раны, надо уметь их заживлять".

- "Ты прав, Дар".

- "Послушай, ни я, ни Адоня не держим на тебя зла. Ты мне веришь?"

- "Конечно".

- "Так что же тогда?"

- " А сам себя я когда-нибудь прощу, а, Дар?"

- "Этим надо переболеть, Лиента. Я помогу тебе".

- "Поможешь? Ты?"

- "Лиента, завтра мы встретимся и обо всем поговорим. Все не так плохо, как тебе кажется".

- "Я не сомневаюсь, что души ты исцеляешь так же искусно, как тела. Прости, Дар. Встретимся завтра".

И снова тяжелый осадок лег на сердце.

Сеансы связи оставляли тягостное чувство, но большей тревоги, чем раньше, у Андрея не возникало.

* * *

Поздним вечером Адоня ушла в ванную комнату. Из-за двери доносился плеск воды и Адонин смех - душ-коктейль еще долго будет казаться ей забавной игрушкой.

Андрей впервые остался один с того часа, как забрал Адоню из поселка. Он остался наедине со своими мыслями, и пришло ощущение гнетущей тяжести. Откуда-то исподволь подкрадывалось чувство опасности.

"Да нет же, - расслабленно гнал от себя Андрей тревожные мысли, - все не так плохо. Лиента сильный, он сумеет справиться". Андрей думал о том, что скажет завтра, какие слова найдет, чтобы помочь Лиенте посмотреть на случившееся другими глазами.

Он полулежал на постели, слушал тихий смех Адони сквозь плеск воды и как-то дремотно гнал от себя желание не завтра, а вот сейчас, немедленно встретиться с Лиентой.