Легенда о Льюке - Джейкс Брайан - Страница 57

57

— Да уж, наверно, это ужасно больно: когда тебя выпорют, а потом обрызгают соленой водичкой! — заметил заяц, не отрываясь от своего занятия. — Думаю, в последний раз они по-настоящему мылись в далеком детстве, когда мамаши драили их мочалкой в тазу. Представляешь себе этакого славненького лепечущего младенчика-пирата, купающегося в тазу? Да, думаю, их матушки и тетушки ужаснулись бы, услыхав, как они сейчас выражаются!

В ту ночь подвергшиеся наказанию зализывали раны. Некоторые слонялись по судну, выставив напоказ свои драгоценности, которые они уже считали пропавшими. Остальные толпились вокруг стола, играя в старую крысиную игру косточками фруктов и ракушками. Когда дверь распахнулась, все в испуге отскочили от стола. В каюту ввалился Паруг. Он держал в трясущихся, как желе, лапах длинный кусок парусины.

Крыса Виллаг помог ему добраться до стола и сесть:

— В чем дело, боцман? У тебя такой вид, будто ты увидел привидение.

Кто-то передал Паругу кружку грога. Он выпил огненную жидкость одним большим глотком. Струйка грога стекла с его подбородка. Паруг дико озирался вокруг:

— Это было Морское Привидение! Я видел его собственными глазами. Прямо перед собой!

В каюте воцарилась леденящая кровь тишина. Паруг был здравомыслящей крысой, за ним не водилось никаких глупых фантазий. Кружку наполнили снова, и Паруг отхлебнул из нее, прежде чем продолжить:

— Выхожу я осмотреть палубу на предмет, значит, воров. Я и моргнуть не успел, как оно схватило меня за горло. У него длиннющие сильные лапы, как будто стальные. Я даже пошевелиться не мог! Честное слово, ребята, я уже никогда не стану прежним, после того как увидел его! У него огромные рога, три глаза, а рожа вся так и светится! Должно быть, намазана соком каких-нибудь водорослей со дна морского. И вообще, оно было все мокрое. Уф-ф! Даже рассказывать страшно!

Виллаг отхлебнул из кружки, которую Паруг поставил на стол:

— Почему ты сразу не пошел и не рассказал капитану?

Паруг бросил на Виллага затравленный взгляд и растерянно прошептал:

— Капитан не станет слушать… Он не верит в привидения… Я не могу ему рассказать, он убьет меня!

Вонючка даже на время забыл о своей спине:

— А привидение говорило с тобой, Паруг? Что оно сказало?

Боцман поднял кусок парусины и потряс им:

— Ничего оно не сказало. Оно только рычало, а потом так ужасно завопило! Было похоже на крик бутылконосого дельфина. Потом оно сунуло мне в лапу вот этот кусок парусины и отпустило мое горло.

Озадаченный Вонючка спросил:

— Ну и что ты сделал?

— Что я сделал? Убежал… Что еще мне было делать?

— Как ты думаешь: оно все еще там, на палубе?

— Откуда я знаю! Пойди сам да посмотри!

— Что? Знаешь, приятель, я из этой каюты и шагу не сделаю, пока не рассветет и солнце ярко не засияет… Вот так-то!

Вся команда энергично закивала в знак согласия. Виллаг взял кусок парусины из трясущихся лап Паруга:

— Смотрите: здесь что-то написано! О чем тут, Паруг?

— Не знаю. Я читать не умею.

Крыса Григг подозвал Виллага:

— Ну-ка дай сюда. Я умею читать. Посмотрим, что там пишут…

И Григг стал громко выкрикивать слова. Читал он, правда, плохо, еле-еле. Его пронзительный голос отдавался эхом в жуткой тишине:

Из темных ледяных глубин,Где Богл ужасный спит,Однажды встанет исполин,И вас он навестит. Несет он тихий ужас вамИ смерти жуткий запах.И хрустнут кости, как дрова,В его могучих лапах. О, берегитесь! И горе вам, пиратский сброд!Всей шайке вашей горе!Кого он жертвой изберет?Кого утащит в море? Он ночью действовать привык.Спасется кто едва ли.Услышите вы жуткий крик —И поминай как звали! О, берегитесь! Несите же ему еду.Ему все будет мало.Богл говорит: «Поем — уйду,А нет — пиши пропало!»О, трепещите же! Клянусь:Давно уже он жаждетУзнать, какие вы на вкус,И вас сожрет однажды. О, берегитесь! Проломит глупые башкиИ оторвет вам лапы,Он всем вам выпустит кишки,И доедят их крабы. А ваши жалкие сердца,Больная ваша печень —Ему вкусны, что колбаса,Раз поживиться нечем. Так запирайте двери,Пропащие вы звери! О, берегитесь!

Дочитывая, Григг так дрожал, что, едва закончив, уронил лоскут парусины. Виллаг опомнился первым. Он бросился к двери и запер ее изнутри. Потом обвел взглядом всех разбойников, собравшихся в длинном кубрике с закопченными стенами:

— Задраить люки! Все закрыть наглухо! Зажгите лампы, да не забудьте протереть их перед этим. Нам нужен яркий свет.

Блохастый и хорек Заплата в ту ночь несли вахту в Яме Смерти. Рабы спали, привалившись к своим веслам. Заплата, который обычно нес вахту на верхней палубе трехпалубного судна, обвел вверенную ему территорию быстрым взглядом:

— Слушай, Блохастый, за этих беспокоиться нечего. Пошли, приятель, на верхнюю палубу, а то уж больно здесь воняет. А на верхней палубе наверняка Здоровяк и Чинг, да и мой дружок Фланжер тоже. Там, на верхней палубе, не то что в этой гнилой яме! У нас там и печка есть. Бьюсь об заклад, они сварганили пудинг с изюмом и запивают его грогом.

Блохастый закинул кнут на узкое хилое плечо:

— Пудинг с изюмом! Что ж ты сразу не сказал? Веди меня, я иду с тобой. Что может быть лучше миски пудинга с изюмом!

Как только они ушли, Льюк и Рангувар сели. Выпрямились на своих скамьях и другие рабы-гребцы. Приказания Льюка передавали шепотом по цепочке:

— Кто сидит ближе к ступенькам, будьте настороже. Если услышите, что кто-то идет, дайте знак.

— Дьюлам, Денно, не пропустите Вурга. Он скоро принесет еду.

— Рангувар, как там твой крюк? Ты ведь его почти вытащила?

Черная белка на секунду оторвалась от своего занятия:

— Он здоровенный, глубоко сидит и изрядно заржавел, но уже поддается.

— Хорошо, только смотри, чтобы дерево не растрескалось слишком сильно. Живодер часто стоит около этого места, будет худо, если он заподозрит что-нибудь.

Выдра Норгл что-то бросил белке Рангувар через проход:

— Все продумано! Я смешиваю жир с грязью. Этим можно замаскировать что угодно.

Льюк одобрительно кивнул:

— Отличная замазка, приятель! Надо бы постараться достать побольше жира. Он нам еще понадобится для цепей…

Льюк говорил и одновременно занимался своими кандалами. Он уже проделал глубокую бороздку в ближайшем к его лапе звене цепи.

— Грикка, в надежном ли месте оружие? Пожилая ежиха, прикованная на несколько рядов дальше Льюка, ответила:

— Да, Льюк, все в надежном месте. Я спрятала оружие в щели, с обратной стороны скамьи. Вот, посмотри-ка, какую игрушку нашел Бью. Пригнись, приятель, сейчас ты ее получишь.

Льюк нагнулся, что-то просвистело мимо него и воткнулось в поднятую ручку весла. Это оказался тонкой работы серебряный кинжал с костяной ручкой. Льюк выдернул его из весла: