Саламандастрон - Джейкс Брайан - Страница 51

51

— Я, кажется, понимаю, что ты имеешь в виду. Мара сорвала листик и растерла его в ладони, продолжая вглядываться в чащу леса:

— Деревья, Пиккль, я в жизни не видела столько деревьев. Они стоят так величественно и торжественно, будто часовые, и здесь не слишком жарко и совсем не холодно. И песок совсем как у нас около Саламандастрона. Я чувствую, что скоро полюблю эти места.

— А я чувствую, что полюблю любое место, где меня толком накормят, старушка. После ужина прошла уже целая вечность, я проголодался.

В тот же рассветный час, когда коляска выехала за ворота аббатства, путники вышли из леса на опушку. Идти здесь было значительно легче, но за плечами у них была уже целая ночь пути. Неунывающий Пиккль решил подбодрить спутников, слагая на ходу немудреную песенку:

— Я хвостика кончик на свеженький пончикГотов поменять хоть сейчас,А также без риску за пудинга мискуВозьмите скорей правый глаз!За левое ухо несчастное брюхоСалатом напичкаю впрок,И лапу берите, какую хотите,За торт и черничный пирог!И, блюдо учуя, какое хочу я,Я требую целый поднос, -Без всякого спора, великий обжора,Готов променять я свой нос!Махаться мне мило, хоть шило на мыло,Но рот свой не стану махать,Поскольку тогда не знаю кудаВсе это я буду пихать!

Солнышко согрело всех, путешественники зашагали веселей, а высоко в небе парил золотой орел. Все громко закричали:

— Ура! Рэдво-о-олл! Логалогалогалог! Аббатиса Долина потерла глаза и подозрительно огляделась вокруг. Солнце уже поднялось высоко, и теперь колеса повозки стучали по твердой земле.

— Труг! — окликнула она. — Ты куда завез нас? Я не была в этих местах целую вечность, но узнать их я все равно могу. Мы давно уже миновали церковь Святого Ниниана.

Труг пробормотал что-то неразборчивое себе в усы и ускорил шаг. Вера Иголка внезапно проснулась:

— Что случилось, дорогая? Что такое «Лог-а-Лог»?

— Что еще за Лог-а-Лог? Ничего я не говорила ни о каком Лог-а-Логе.

Ежиха призвала аббатису к молчанию:

— Остановись, пожалуйста, Труг. Послушайте! Труг убавил шаг. Все трое внимательно прислушались. До них докатился далекий звук:

— Рэдво-о-олл! Логалогалог! Рэдво-о-олл! Логало-галог!

Вера Иголка недоуменно покачала головой:

— Кто это там шумит?

Широкая улыбка появилась на лице аббатисы. Она наклонилась вперед и легонько потрепала Труга по спине:

— Это Арула и Самким! Вперед, Труг!

Тропа повернула, Самким тут же увидел приближающееся к ним облачко пыли и услышал скрип колес.

Бдительный, как всегда, Лог-а-Лог крикнул землеройкам:

— Луки и стрелы готовь! К нам кто-то приближается!

Но Самким и Арула уже узнали Труга и его спутниц, которые теперь стояли в повозке, размахивая платками.

— Да это же аббатиса и Вера Иголка! И старина Труг! Бежим к ним, Арула!

Вдвоем они рванулись к повозке и вскоре услышали радостный крик ежихи:

— Это мои милые Самким и Арула! Ох, негодники! Посмотри на них, Долина, только посмотри! И наш Самким с мечом! Это меч Мартина!

Все приветственно закричали, и непрошеные слезы побежали из глаз аббатисы.

Труг затормозил, громко крича:

— Я знал, что это вы, сорванцы!

Наконец аббатиса взяла себя в руки. Она обняла Самкима и Арулу:

— Еще будет время послушать рассказы. Сейчас, пожалуй, лучше поприветствовать гостей и пригласить их в наше аббатство!

Мара старалась держаться позади толпы. Чувствуя себя смущенной, она внимательно слушала аббатису и ежиху.

— Мы рады встретиться с вами, Лог-а-Лог и Алфох! Сердечно благодарю вас за то, что доставили наших друзей домой. Но вот незадача, вас так много, а мы не приготовили ничего особенного сегодня к обеду.

Однако мы от всей души приглашаем вас в аббатство Рэдволл. Самким, Арула, проводите всех к нам домой. Я уверена, что вы извините нас, если мы отправимся впереди вас, чтобы организовать нечто вроде завтрака. Труг, разворачивай повозку и скорей в аббатство. Вера, не стой столбом, садись в тележку — и поехали!

Вскоре после полудня гости уже приближались к воротам аббатства. Их встретили очень смущенные аббатиса и ежиха, так и продолжавшие сидеть в тележке. Аббатиса в отчаянии заломила руки навстречу подошедшим:

— Нас не пускают, Самким! Мы кричали, кричали, но никто не отворяет. Труг побежал к задней стене, чтобы посмотреть, нельзя ли там взобраться наверх.

Вера Иголка смущенно теребила передник:

— Просто позор на мои колючки! Не пускают в родное аббатство, и вас никто не встречает, вы так и останетесь голодными!

— Извините, может, я могу чем-нибудь помочь? Аббатиса подняла грустные карие глаза и увидела перед собой очаровательную молодую барсучиху. Долина в изумлении откинулась на подушки:

— О Самким! Почему ты не сказал мне сразу? Барсучиха робко погладила лапу аббатисы:

— Меня зовут Мара.

— Мара. Какое хорошее имя. — Аббатиса крепко пожала обе лапы барсучихе. — Помоги нам, Мара.

Размеренным шагом подойдя к воротам, Мара сильно стукнула по ним лапой и громко произнесла:

— Именем аббатисы, откройте!

И в ту же секунду обе створки распахнулись.

Потом был веселый переполох. Все жители аббатства столпились на лужайке перед главным входом, приветствуя пришедших. Ежиха и аббатиса были изумлены происшедшим, пока не подошел наконец Труг и не обратился к ним:

— Простите наш дерзкий сюрприз. Меня впустили через северный вход. Король Макстрах выслеживал прибытие Самкима в течение последних трех дней. А теперь не беспокойтесь, все будет в порядке!

Все обступили Самкима и Арулу, бельчонок весело размахивал мечом и кричал не хуже остальных. Крепко взявшись под лапы, аббатиса и Мара возглавили процессию.

В центре сада был накрыт великолепный стол.

Пиккль с открытым ртом смотрел на представшее его глазам зрелище:

— Клянусь ушами! Я слышал о хорошей жратве, но никогда не думал, что бывает такое!

Думбл появился из-под стола:

— Вот и День Названия, мамушка Долина! Как же мы назовем эту осень?

Аббатиса влюбленно оглянулась на Мару с Пикклем, стоявших рядом с Самкимом и Арулой:

— Осень Возвращения Домой!

43

Осенний праздник в честь Возвращения Домой оказался событием, надолго оставшимся в памяти жителей Рэдволла. В первый раз за много-много лет большое барсучье кресло оказалось занятым: в нем сидела Мара, нынешняя Защитница аббатства.

Брат Ревунчик, в новом белом переднике и поварском колпаке, стоял с поварешкой в лапе на самом верху бочонка с элем, чтобы каждый мог видеть его. Прежде чем начать речь, толстяк многозначительно кашлянул:

— Гм, прошу внимания! Поскольку большинство из вас наши гости, аббатиса попросила меня произнести приветственное слово. Или два.

Аббатиса кашлянула и тихо прошептала Алфоху:

— И не думала просить его о чем-нибудь таком! Брат Ревунчик тем временем продолжал:

— Весьма необычно видеть так много гостей за нашим столом. Никогда не видел сидящими рядом золотого орла, четырех соколов, барсучиху и целую армию землероек, не говоря уж о зайце. Добро пожаловать в Рэдволл! Оставайтесь с нами в такой счастливый день. Не знаю, придется ли вам по вкусу наша еда, она такая простая, но мы с помощниками стремились накормить вас как можно вкуснее.

Друни нырнул головой под скатерть и крикнул:

— Дай-ка лучше им самим попробовать твою простую еду!

Раздался взрыв смеха. Среди общего веселья Мара поднялась с места и обратилась к покрасневшему Ревунчику: