Саван для соловья (Тайна «Найтингейла») - Джеймс Филлис Дороти - Страница 6

— Студентки… вы не могли бы за ними присмотреть? Рядом с нами пустая комната. Отведите их туда, пожалуйста.

Она пыталась сохранять спокойствие, но тревога заставила ее говорить резко и быстро.

— Поскорее, пожалуйста.

Мисс Бил кивнула. Заведующая снова наклонилась над извивающейся девушкой. Теперь невыносимый визг смолк. Он сменился жалобным стоном и ужасающим стаккато, которое выбивали пятки несчастной по полу. Мистер Куртни-Бригс снял пиджак, отбросил его в сторону и начал закатывать рукава рубашки.

4

Тихо бормоча несвязные слова ободрения, мисс Бил погнала маленькую группу студенток через коридор. Одна из девушек, мисс Бил не видела, кто именно, спрашивала визгливо:

— Да что же с ней случилось? Что случилось? Что сделали не так?

Но никто ей не отвечал. В полном оцепенении они перебрались в соседнюю комнату. Маленькая, странных очертаний комната, которая, вероятно, была отделена от первоначальной гостиной с высоким потолком и теперь служила кабинетом старшей преподавательницы, окнами выходила на противоположную стену здания. Взгляд мисс Бил обежал строгий письменный стол, ряды стальных зеленых шкафчиков с выдвижными ящиками для хранения досье, исписанную доску для заметок и сообщений, небольшую дощечку, на крючках которой болтались ключи, и схему во всю стену, изображающую учебную программу и успехи каждой студентки. Перегородка делила окно пополам, так что в кабинете, и так неприятном своими пропорциями, было еще неуютно и сумрачно. Кто-то щелкнул выключателем, и одна из трубок дневного света начала судорожно мигать и наконец зажглась мертвенным сиянием. Действительно, подумала мисс Бил, чей разум инстинктивно цеплялся за привычные предметы, удивительно неподходящая комната для старшего преподавателя, да и вообще для любого учителя.

Это короткое воспоминание о цели своего визита слегка успокоило ее, но сознание происшедшего страшного события тут же снова ее растревожило. Студентки — кучка испуганных и растерянных девушек — бестолково сгрудились в центре комнаты. Быстро оглядевшись, мисс Бил обнаружила в кабинете только три стула. На какой-то момент она испытала растерянность и замешательство, как хозяйка, не знающая, как ей рассадить своих гостей. Это беспокойство было не совсем неуместным. Ей следовало разместить девушек как можно более удобно и спокойно, чтобы по возможности как-то отвлечь их от происходящего в соседней комнате; может быть, им придется провести здесь неопределенно долгое время.

— Ну-ка, молодые леди, — бодро сказала она, — помогите мне. Давайте придвинем стол сестры к стене, и тогда на него смогут сесть четверо из вас. Я сяду за стол, а вы обе садитесь в кресла.

Во всяком случае, это была хоть какая-то деятельность. Мисс Бил видела, что тоненькая красивая девушка вся дрожит. Она помогла ей опуститься в кресло, и смуглая угрюмая девушка тут же завладела вторым креслом. Нужно поручить ей следить за подругой, подумала мисс Бил. Она стала помогать другим студенткам очищать стол и придвигать его к стене. Если бы она могла послать кого-нибудь за чаем! Несмотря на уважение к более современным методам борьбы с шоком, в глубине души мисс Бил сохранила свою истовую веру в действие чашки крепкого, горячего и сладкого чая. Но сейчас это было недоступно. Она не могла обратиться на кухню с этой просьбой, чтобы не встревожить там кухарок.

— А теперь давайте представимся друг другу, — подбадривающе сказала она. — Меня зовут мисс Мюриэл Бил. Наверное, вам можно и не говорить, что я инспектор Комитета по образованию медсестер. Я знаю почти все ваши имена, но не очень уверена, кто есть кто.

Пять пар глаз испуганно и непонимающе уставились на нее. Но студентка-отличница — как мисс Бил продолжала ее называть про себя — спокойно представила всех:

— Двойняшки — это Морин и Ширли Бэрт. Морин старше сестры минуты на две, и у нее больше веснушек, иначе мы не смогли бы отличать их друг от друга. Рядом с Морин сидит Джулия Пардоу. В одном кресле — Кристина Дейкерс, а во втором — Диана Харпер. А я — Мадлен Гудейл.

Мисс Бил, которая никогда легко не запоминала имена, сделала привычное резюме. Двойняшки Бэрт. Крепкие и здоровые. Запомнить их имена будет довольно просто, хотя трудно будет сразу определить, кто из них кто. Джулия Пардоу. Эффектное имя для эффектной девушки. Очень эффектной, если кому-то нравится этот тип мягкой, вкрадчивой красоты, в которой есть что-то от кошки. Улыбнувшись в безответные темно-голубые глаза, мисс Бил решила, что некоторым — и необязательно только мужчинам — должен нравиться такой тип женщин. Дальше — Мадлен Гудейл. Хорошее разумное имя для славной здравомыслящей девушки. Она легко запомнит ее имя. Кристина Дейкерс. Здесь что-то не так. Девушка казалась больной во все короткое время демонстрации и сейчас, похоже, близка к обмороку. У нее скверная кожа, что так необычно для медсестры. Сейчас ее лицо резко побледнело, так что пятна прыщей вокруг рта и на лбу ярко выделялись. Она глубоко забилась в кресло, и ее тонкие руки то поглаживали, то подергивали передник. Кристина Дейкерс определенно была самой расстроенной из всей группы. Возможно, она особенно дружна с Пирс. Мисс Бил мысленно поменяла время глагола. Возможно, она была ее особенной подругой. Ах, если бы только она могла дать девушке свежего оживляющего чаю!

Диана Харпер, чьи яркая помада и тени на веках выглядели кричащими па сильно побледневшем лице, вдруг сказала:

— Значит, что-то такое было в пище. Двойняшки Бэрт одновременно обернулись к ней. Морин сказала:

— Конечно, было! Это молоко.

— Я хочу сказать, что-то кроме молока. — Харпер помедлила. — Яд.

— Но этого не могло быть! Прежде всего, сегодня утром мы с Ширли взяли из холодильника на кухне бутылку свежего молока. Мисс Коллинз была там и видела нас. Мы оставили бутылку в демонстрационной комнате и налили молоко в кувшин только перед самой процедурой, верно, Ширли?

— Конечно. Это была новая бутылка, мы взяли ее из кухни около семи часов утра.

— И вы ничего не добавили туда по ошибке?

— Скажешь тоже! Конечно нет!

Двойняшки говорили хором, абсолютно уверенно, практически не волнуясь. Они точно знали, что делали и когда, и мисс Бил поняла, что их не собьешь с толку. Они не принадлежали к тем натурам, которые незаслуженно изводят себя сознанием вины или терзаются теми иррациональными сомнениями, которые причиняют страдания менее стойким и более подверженным игре воображения личностям. Мисс Бил решила, что прекрасно понимает их. Джулия Пардоу сказала:

— Может, кто-нибудь еще слонялся вокруг этой пищи.

Она лукаво осмотрела лица подруг из-под приспущенных век.

Мадлен Гудейл спокойно произнесла:

— А зачем это кому-то нужно?

Джулия Пардоу пожала плечами, и ее губы дрогнули в таинственной улыбке, когда она сказала:

— Ну, случайно. Или кто-то подстроил грубую шутку. Или это было сделано намеренно.

— Но это означало бы попытку убийства! Это говорила Диана Харпер, ее голос звучал недоверчиво. Морин Бэрт засмеялась:

— Не сходи с ума, Джулия. Кому нужно убивать Пирс?

Все молчали. Видимо, в заявлении Морин была неотразимая логика. Они не могли себе представить, что кто-то хотел убить Пирс. Мисс Бил поняла, что Пирс была совершенно безобидной или слишком неприметной личностью, чтобы вызвать мучительную ненависть, которая могла привести к убийству. Затем Мадлен Гудейл сухо сказала:

— Пирс вовсе не всем нравилась.

Мисс Бил удивленно взглянула на нее. Странно было услышать от этой девушки замечание, настолько бесчувственное в данных обстоятельствах, это не согласовалось с ее характером. Она также заметила употребление прошедшего времени. Итак, одна студентка уже не ожидает увидеть Пирс живой.

Диана Харпер решительно повторила:

— Это просто безумие — говорить об убийстве! Никому не нужно было убивать Пирс.

Джулия Пардоу пожала плечами:

— А может, яд предназначался вовсе не для Пирс. Ведь сегодня в роли пациентки должна была быть Джо Фоллон, верно? Следующая по списку была Фоллон. Если бы Джо не заболела вчера вечером, то сегодня на этой кровати лежала бы она.