Блондинка на час - Дженсен Триш - Страница 64

Харви повернулся к племяннику:

– Это правда?

– Да она сама напрашивалась!

Стив медленно начал подниматься со стула. Марк шагнул вперед. Кулаки мужчин сжались, и Кейт поспешно сказала:

– Не стоит, право же, пачкаться. Оставьте его правосудию.

Стив сел и уставился на Харви.

– Вы подпишете письменное признание, – сказал он. – Кроме того, я хочу, чтобы вы четко указали, что работали один. Ведь у вас не было сообщников в «Яблоневом цвете»?

– Нет. Мы работали вдвоем: я и Джимми.

– Вы можете присягнуть в том, что ни от кого в компании не получали поощрений своей противоправной деятельности?

– Да.

– А от президента вашей компании?

– Мисс Блум ничего не знала. – Харви виновато взглянул на Кейт. – Она бы никогда не допустила...

– Я знаю, – кивнул Стив, и Кейт улыбнулась ему.

Стиву хотелось выгнать всех из кабинета и остаться с ней вдвоем, только вдвоем. Но начатое дело нужно довести до конца, и он обратился к молодому человеку:

– Что ж, Джимми, ты уволен, и мне жаль, что так случилось, потому что ты умный парень и подавал большие надежды. Но... мне сегодня выпал второй шанс, и я тоже хочу подарить тебе еще одну попытку. Я не стану настаивать на обвинении в воровстве, но не могу оставить безнаказанной попытку причинить зло... Кэнди. Меру наказания за это определит суд. А теперь, – он повернулся к Марку, – убери это отсюда.

– С удовольствием. – И Колсон увел обвиняемых.

Стив и Кейт остались наконец одни. Она улыбалась, и следы печали уже почти исчезли с ее прекрасного лица.

– Знаешь, мне кажется, я тебя люблю, – сказала Кейт.

Как ни странно, не только сотрудники «Спелого персика» с пониманием отнеслись к своему начальнику и не стали расстраиваться из-за исчезновения Стефани (которую большинство не слишком жаловало). Пресса сделала из этой истории новость дня и умудрилась подать авантюру Стива как историю самопожертвования и успеха. Компания принадлежала частным лицам, а потому никаких законов он не нарушил. В целом можно сказать, что все легко отделались.

«Слава Богу, это дело можно считать закрытым», – сказал себе Марк Колсон.

Он переступил порог родного дома, уронил на пол портфель и направился прямиком в кухню, к холодильнику. Извлек бутылку холодного пива, открыл ее и, вернувшись в гостиную, плюхнулся на диван. Чувствовал Марк себя измотанным до крайности – и физически, и морально. И совершенно не представлял, что же он будет делать дальше. А делать что-то придется, ибо жить так дальше – вернее, существовать – нельзя. Он не мог спать: ему снилась Ли. Он пытался усилием воли заставить себя забыть о ней, но это не очень-то получалось, так как он начинал думать, что не должен переживать из-за этой женщины, и в какой-то момент осознал, что вся эта сумятица в голове не прибавляет ему душевного здоровья и равновесия. Тогда Колсон с головой ушел в работу. Даже в период становления бизнеса он не вкладывал в работу столько сил и времени.

Открылась входная дверь, и Марк вздрогнул – он успел погрузиться в свои мрачные мысли и позабыл, где находится. Первым его движением было вскочить и схватиться за пистолет. Но пистолета на привычном месте не оказалось, и Колсон опомнился. В дверях стояла Шелли.

– Привет, – удивленно сказал он. – Я думал, ты у себя в комнате. Где это ты, интересно, была?

– Сегодня же среда, чучело. Я была там, куда езжу каждую среду. Дошло?

Марк поморщился. Шелли с недавнего времени стала частым и желанным гостем в доме Смитов. А он оказался персоной нон грата.

Повздыхав, он забрал у сестры пакеты и пошел на кухню. Принюхавшись, спросил:

– Что там внутри? Пахнет вкусно.

– Мой неподражаемый цыпленок марсала, ну и кое-что из дедулиной стряпни. Вынуждена признать – весьма неплохо получилось. Будешь пробовать?

– Нет, спасибо. Что-то я устал, и есть не хочется.

– Ты кошмарно выглядишь последнее время.

– Спасибо, дорогая, ты всегда умеешь подбодрить, – пробормотал брат, нимало не удивившись тому, что незрячая Шелли так точно оценивает его состояние.

Она всегда знала, как он себя чувствует и как выглядит.

– Тяжелые выдались деньки?

– Точно.

Взглянув на ее озабоченное личико, Марк шагнул к сестре, обнял ее и спросил:

– Ты хоть без меня скучала?

– Не особенно. Марк, ты похудел. Тебе надо как следует питаться.

– Я по-прежнему могу уложить тебя на обе лопатки, мелочь.

Теперь пальчики девушки скользили по его лицу.

– Ты словно постарел.

– Это потому, что я чувствую себя старым и уставшим ворчуном. Скажи лучше, весело было с дедулей?

– Должна признать, что вечер выдался скорее напряженным. И даже немного нервным.

– А что, у Смитов бывает тихо и мирно?

– Не в этом дело. Сегодня все было по-другому. Ну, то есть все делали вид, что ничего особенного не происходит, но чувства-то не скроешь.

Марк встрепенулся:

– А что случилось?

– Ли завтра уезжает.

– Что? – Холод проник внутрь.

– Ничего не знаю, и вообще я устала и иду спать.

– Черта с два ты пойдешь спать!

Не слушая протестующие вопли, он подхватил сестру на руки и отнес на диван. Кинул на подушки и сказал:

– Теперь можешь одновременно отдыхать и рассказывать. Куда она уезжает?

– Она нашла работу...

– Что?

– О Господи! Ей предложили работу в Джорджии. Завтра утром она вылетает туда, чтобы подписать контракт. Поэтому все были в расстроенных чувствах. Прощальный ужин, так сказать. Но с точки зрения кулинарии все было безупречно. Мой цыпленок...

– Я тебя сейчас убью! Почему ты не рассказала мне, что Ли собирается уезжать? Что она ищет работу?

– Ты сам сказал, что не желаешь о ней слышать.

– В какой компании она собирается работать?

– Бюро исследований и разработок штата Джорджия.

Он сел на диван и обхватил голову руками. Муки одиночества, тоска, все, что он пережил с момента предательства Хитер, все отступило перед тем, что Ли может завтра же исчезнуть из его жизни.

– Она уезжает. – Он даже не заметил, что проговорил это вслух.

Но Шелли все прекрасно слышала и не упустила случая высказаться по полной программе.

– А что ей оставалось делать, если ты вел себя как последний идиот? Она решила устроиться на работу, и вот ей предложили место... Вообще-то предложений поступило штук шесть, не меньше, но она выбрала именно это.

Колсон молчал. Грудь словно сдавили стальные обручи, и воздух не проходил в легкие. Сестра нашла его руку, и ее горячая ладошка сжала ледяные пальцы.

– А чего ты хотел, скажи на милость? Чтобы она сидела дома и ждала, пока у тебя прибавится мозгов?

И Марк вынужден был признаться себе, что именно этого он и хотел. Более того, его измученное сердце грела мысль о том, что, куда бы он ни уехал, Ли по-прежнему находится там же, где он оставил ее – в небольшом городке округа Колумбия.

– Эй, ты хоть дышишь? – поинтересовалась сестра. – Смотри не забывай! Вдох-выдох. Именно такие простые упражнения позволяют биться сердцу. Лично я уверена, что твой мозг погиб довольно давно, но все же прошу тебя поддерживать циркуляцию крови в организме. Вдруг немного кислорода просочится в твою черепушку и случится чудо?

– Это они тебе велели сказать мне об отъезде?

Некоторое время Шелли молчала. Потом, тщательно подбирая слова, начала:

– Ты мой брат, и поэтому мне положено любить тебя во всех проявлениях. Кровные узы и все такое... Но сейчас ты мне просто противен! – Последние слова сорвались почти криком.

Девушка встала и решительно сказала: – Я иду спать.

– Подожди!

– И не подумаю. Если проголодаешься – еда в холодильнике.

– Шелли, пожалуйста.

Рядом с ним она не села, но и в спальню не ушла.

– Знаешь, братец, уже некоторое время я довольно тесно общаюсь с этой семьей. И они мне нравятся. Мне очень комфортно и тепло с этими людьми. Они нежно любят друг друга. И помогают друг другу. Собираясь вместе, стараются поддерживать огонь в очаге и сохранять разум и чувство юмора в нашем идиотском мире. Более того – они пытаются делать что-то хорошее. Можешь идти и судить их, большой брат. Но я не подпишусь под твоим приговором. У меня есть свое мнение, и я уверена в том, что именно я ближе к истине.