Древний свет - Джентл Мэри - Страница 96

— Она сумасшедшая?

Он вздрогнул от такого прямого вопроса. Провел одной рукой с похожими на когти ногтями по лицу каким-то странным бессильным жестом.

— Вы не можете судить о ней, шан'тай . Она всегда видела… больше. Она заставляла меня путешествовать с ней, мы добирались до самых Городов Радуги, и всякий, кто устремлял на нее взгляд, избегал ее как Золотую, как остерегаются Кель Харантиша. И она сказала мне: однажды Кель Харантиш останется один.

Я ждала. Он молчал. Его взгляд был устремлен куда-то вдаль.

— Помню, однажды мы прибыли в Касабаарде, одетые торговцами. Она не хотела входить во внутренний город. Когда она издали смотрела на Башню, то, помню, сказала мне: «Если бы не она, мы могли бы господствовать над всеми хайек ». Поэтому я спросил, как же насчет севера? А она сказала: «Они из той же породы и последуют за нами не задумываясь». Я помню, что она смотрела на шпиль Расрхе-и-Мелуур так, как дитя нищего смотрит на хлеб…

Здесь, в этой комнате из хирузета на девятом уровне от поверхности, здесь, в прохладе, никогда не нарушаемой жарой Пустынного Побережья, его мягкий голос отдавался шелестящим эхом. Мендес все еще смотрела на наручный коммуникатор. Что-то в линии ее спины говорило мне, что ее внимание переместилось.

Темные глаза Патри встретились с моими.

— Вы возлагаете на нее вину? Она понимает, что наши люди продают свое мастерство, умение, чтобы только сохранить снабжение нас пищей и водой, что где-нибудь в другом месте все люди считают само собой разумеющимся… Я видел, как она плакала, один раз. Когда белый мор охватил город. Прошло три времени года, прежде чем мы смогли похоронить всех умерших… похоронить их, потому что их мясо было ядовитым. Все, что ей доставалось от них, это презрение, которое они испытывали к ребенку торговцев, а она, несмотря на это, плакала.

— А эта бойня в тронном зале? Станет ли она плакать из-за этого? — Я схватила его за плечи. Мантия из тонкой ткани смялась в моих руках, когда я трясла его. — Вот здесь одна из моих людей мертва, станет ли Калил оплакивать ee?

Кори Мендес подняла голову. Я отпустила Патри. Мне стоило усилий разжать побелевшие пальцы. Он, укоризненно глядя на меня, потирал плечо пухлой рукой.

Я спросила:

— Патри, как долго вам удастся выживать при дворе Калил?

Его мягкий взгляд внезапно стал пронизывающим. Само оправдание, которое я ощущала в его тоне, исчезло, сменившись чем-то более жестким. Он сказал:

— Я могу поговорить с ней. Она ударит меня, но… у меня всегда была эта привилегия. А какова она сейчас… шан'тай Кристи, вы ведь, конечно, понимаете? Поскольку она сейчас другая, там должен быть кто-то иной.

Корасон положила наручный коммуникатор Молли Рэйчел в карман своего комбинезона. Она оглядела слабо освещенный хирузетовый зал и, наконец, остановила свой взгляд на Патри.

— Я ввожу войска, чтобы эскортировать тело Представителя Рэйчел.

Она не добавила «И для моей собственной защиты». Ей это не требовалось.

Патри посмотрел на нее с сомнением.

— К'ай Калил может этого не позволить.

— К'ай Калил следует принять во внимание, что в ее городе был убит сотрудник Компании «ПанОкеания», — сказала Кори. Она непроизвольно размахивала серебряными кольцами на своих костлявых пальцах. — К'ай Калил следует также принять во внимание и исчезновение людей из нашего персонала: Рашида Акиды и Дэвида Осаки. Они нужны мне сейчас. Либо К'ай Калил придется очень тщательно поразмышлять о событиях в Решебете, Кварте и в портах между ними.

Темнокожий ортеанец торопливо поклонился. Я подумала: «Побежишь ли ты к Калил?». Затем Патри, кажется, пришел к решению. Он тихо проговорил:

— Шан'тай , я не знаю, где ваши люди. Они сказали, что возьмут один из ваших кораблей-с-воздуха… — он намеренно воспользовался харантишской парафразой, а не сино-английским термином, — …чтобы присоединиться к вам, но я не видел никакого взлетающего корабля. Это все, что я могу вам сказать, шан'тай , и больше, чем следовало бы.

Он торопливо, молча пошел в сторону ступеней выхода с этого уровня. Я двинулась в том же направлении. Это слишком близко к той небольшой комнате, где Молли… и ни Кори, ни мне теперь небезопасно находиться в Кель Харантише. Идя к лестнице рядом с командором Миротворческих сил, я сказала:

— Вы говорили это не всерьез. Есть качественное отличие между ударом для блокирования портов и атакой на город с применением средств высокой технологии.

При сиреневом свечении хирузета ее угловатое лицо казалось старым или больным.

— Если придется угрожать, чтобы освободить персонал Компании, я буду угрожать. Если нужно будет предпринять дальнейшие действия, я сделаю это. Мы не можем позволить им считать, что пасуем перед этой их тактикой, Линн, мы не можем поощрять похищение персонала Компании!

— Может ли исчезнуть «челнок»? Учет транспортных средств при пребывании в других мирах и в лучшие времена ведется довольно неаккуратно, поэтому…

— Это как раз возможно, — нехотя согласилась она.

— Тогда есть существенные сомнения. Нельзя применять силу.

Она остановилась. Я остановилась рядом с ней у подножия лестницы, которая вела к тусклому свету зеркал. В пустых залах раздавалось эхо наших шагов, нашего дыхания. Какая-то независимая часть моего сознания отмечала пустоту, стены из хирузета , устроенные под углом друг к другу и по кривым; в остальном мое внимание было сосредоточено на Кори Мендес. Я могу попробовать говорить на твоем языке, командор. Я хочу сказать следующее: «Ты не знаешь, что делаешь!»

Женщина с седыми волосами сказала:

— Покойная Представительница оказала вам предпочтение, учитывая авторитет, каким вы, пожалуй, обладаете. Мне жаль, что я не могу продолжать в том же духе. Не при существующем положении, когда идут военные действия.

— С моей точки зрения, это неверно. — Меня охватила дрожь — в подземельях было прохладно. — Компания кооптировала меня на Каррик V в качестве эксперта. Я лучше могу оценить ситуацию. Пока мы не найдем Дэвида Осаку, я — технический глава торговой миссии: у меня в этом преимущество перед представителями исследовательских подразделений…

— Но не перед Службой Безопасности.

Я знаю, что проиграю битву, если стану сражаться в одиночку. Закрыв глаза, я вижу голубой и сиреневый свет в тронном зале, падающий на черепа с пустыми глазницами. И Калил. То, как она стояла босая на этих черных липких пятнах на хирузетовом полу! Поговори же со мной о психопатах, Мендес.

Я сказала:

— Давайте пока отложим это, а? Прежде всего нам нужно поговорить с Рашидом, и я думаю, вы знаете почему.

Это прикосновение авторитарности удовлетворило ее. Она согласно кивнула, а затем сказала:

— Поговорите здесь со всеми, с кем удастся. Нам нужен Рашид. Нам нужно знать, добилась ли его исследовательская группа прорыва. — Она не смогла сдержать тяжелый вздох. — Вы можете представить себе технику Золотых здесь, в этом поселении? Эта женщина, вероятно, имела власть над Побережьем раньше, чем здесь прозвучало слово «Империя».

Мы поднялись вверх на два уровня и шли там, где мимо проходили по своим неведомым делам обитатели Харантиша, перешептывавшиеся при виде пришельцев из другого мира. Появилась знакомая полная фигура. Патри Шанатару вернулся, тяжело дыша, поскольку торопился перехватить нас.

— Вы можете привести ваш эскорт… — Он повернулся от Кори ко мне. — Повелительница желала бы, чтобы вы поговорили с ее людьми… пятый уровень — хорошее место… спрашивают, что вы станете…

— Это очень кстати?

Патри выпрямился, переводя дух, разглаживая складки на своей мантии. Мигательные перепонки поднялись с темных глаз.

— Не считайте меня тупицей. Здесь погибла одна из вас, потому что мы не смогли обеспечить ей безопасность. Едва ли вы сможете теперь доверять нам. А доверие должно быть, по тому что К'ай Калил нуждается в торговле с С'арант и, как иначе мы сможем выжить? Поэтому она посылает к вам свой Голос, чтобы вы поговорили с ее людьми.