Зеленые цепочки (Тарантул 1) - Матвеев Герман - Страница 26

Шпион задумался.

Привычное ухо шофера уловило гудки и звук подъехавшей машины, но он не придал этому значения, ожидая, что решит начальник.

- Воронов ему не мог сказать, - проворчал наконец однорукий. - Ты точно разглядел мальчишку? Тот самый, что письмо носил?

- Ну как же, Петр Иваныч... Я его очень даже отлично запомнил.

- Это совершенно случайный мальчик. Я нашел его на улице... И письмо Воронова... совершенно бессмысленное, - рассуждал шепотом инвалид. - Если он сорвал полоску с окна, то это значит - катастрофа... Не могла же она сама по себе сорваться! Если ее сорвала жена, когда вытирала окна... Но тогда бы он написал... Нет... Нет... Тут что-то не то.

- Петр Иваныч, можно, я скажу?

- Ну?

- Пакеты в чемодане вы передавали кому-нибудь?

- Никому я их не передавал. Они только у тебя да здесь,

- Вам же их доставили... Помните, вы говорили про человека?.. Так, может быть, тот человек как-нибудь сообщил... искал подходящих людей...

- Чушь! Тот человек был в городе всего два дня. Он сейчас далеко за фронтом и войдет в Ленинград вместе с армией. С какой стати он будет связываться с мальчишками? Чушь... чушь... Скорей всего, что ты спьяна чего-то напутал.

- Да господи... Петр Иванович... Да я что хотите... землю буду есть... Да неужели я напутал?.. Не такое время, чтобы путать, Я же понимаю, что малейшая оплошность - и амба... Восемь граммов получайте... Сознательно иду.

Так они, перешептываясь, сидели на полу и все больше запутывались в своих догадках. Загадочный случай с убежавшим мальчишкой, знавшим пароль, сильно встревожил шпиона.

Привычным ухом шофер снова уловил знакомые звуки за стеной дома. Вот водитель, прогревая мотор, включил скорость, машина пошла и остановилась. Водитель переключил на другую скорость... снова переключил... Машина разворачивалась, и где-то совсем близко.

- Что ты слушаешь?

- Машина, Петр Иванович.

- Ну что "машина"?

- Стояла около дома, а сейчас отошла. Раздался сильный стук в дверь. Оба вскочили на ноги и с тревогой переглянулись.

- Кого там еще принесло? - недовольным тоном спросила из-за перегородки старуха.

- Сейчас узнаем...

Однорукий, осторожно ступая, чтобы не скрипнула половица, вышел в сени, но, прежде чем открыть дверь, посмотрел в щель почтового ящика, специально для этого устроенную и закрывавшуюся откидной планкой изнутри. Глаза, привыкшие к темноте, ясно разглядели гостей. На крыльце стояли три темные мужские фигуры, и между ними внизу виднелись головы красноармейцев.

Все объяснилось: шум подъехавшей машины, и побег загадочного мальчишки, и сорванная полоска в окне, и странное письмо, написанное под диктовку. Так же бесшумно однорукий вернулся назад и, плотно закрыв за собой дверь, сказал:

- Облава! Одевайтесь!

В комнате направо мужской голос крякнул и выругался.

Стук повторился.

Зажгли свет, и все обитатели дома, одеваясь на ходу, собрались вместе. Их было пятеро: хозяин дома, обрусевший немец, с женой и сыном, и двое гостей. Мужчины с угрюмыми, помятыми после сна лицами, с горевшими решительностью глазами, готовые на все, хмуро смотрели на шпиона. Старуха безучастно сидела около обеденного стола.

Снова раздался настойчивый стук.

- Надо выиграть время. Сходите, Матильда Вильгельмовна, спросите, кто там, и скажите, что мужа Дома нет.

Старуха послушно направилась в сени.

- Кто там?

- Откройте, гражданка... как вас... Матильда Вильгельмовна.

- А кто вы такой?

- Неужели по голосу не узнали? Это я... участковый инспектор.

- А что вы желаете?

- Дело есть. Откройте!

- Приходите лучше утром. Мужа дома нет.

- Откройте, Матильда Вильгельмовна! Важное дело.

- Я буду разбудить сына, пускай он вам Открывает. Подождите несколько минут.

Когда старуха вернулась в комнату, однорукий и все остальные осматривали пистолеты.

- Собирайтесь. Нужно уходить.

- Я никуда не пойду, - твердо заявила старуха. Шпион прищурился и посмотрел на нее долгим холодным взглядом, но, зная характер этой женщины, спорить не стал.

- Ваше дело, Матильда Вильгельмовна. А мы уйдем, пока время есть.

- Вы мужчины, - равнодушно пробормотала старуха и скрылась за перегородкой.

- Но вы им двери не открывайте. Пускай ломают, - вдогонку сказал ей однорукий.

Он направился в сени. За ним гуськом вышли остальные. Они осторожно спустились во двор, открыли двери хлева, где стояла корова и несколько овец. Это был единственный путь - пролезть через узкое окно и выйти на соседнюю глухую улицу.

- Карл, а где у тебя спрятаны чемоданы? - вполголоса спросил хозяина шпион. - Те, что приносил твой сын?

- Они в подполье, между бочками. Их нужно взять?

- Нет. Вынимайте пока раму из окна, а я с Семеном вернусь в дом на несколько минут. Постарайтесь без шума... Пойдем, Семен.

Шпион с шофером вернулись в дом, около плиты откинули тяжелую дверцу и с лампой-ночником спустились в подпол. Здесь в закромах лежали картошка и овощи, на полках - банки всевозможной величины, на земляном утрамбованном полу бочки с квашеной капустой. Между бочками они сразу нашли три чемодана заграничной работы.

- Свети, - приказал однорукий, вытащив один из чемоданов на середину.

Шофер уже знал назначение плотных серых пакетов, хранившихся в этих чемоданах, и с удивлением следил за действиями своего начальника. Однорукий достал черные карманные, с золотым ободком часы и внимательно посмотрел на шофера.

- Сейчас четыре часа Пока они сломают дверь, пройдет полчаса. Затем начнется обыск... ну, скажем, еще полчаса... достаточно... Значит, в пять часов - самое подходящее время. - С этими словами он поднял выступ на ободке и перевел его на пять часов, затем осторожно открыл чемодан. В сером пакете сверху было круглое углубление, как раз для часов, закрытое планкой. Шпион осторожно отвел планку, вложил часы циферблатом вниз в это углубление и снова перевел планку, которая закрыла и прижала часы.

- Значит, в пять часов к этому дому близко подходить не рекомендуется, усмехнувшись, сказал он. - Что делать? Приходится расходовать не по назначению. Куда их спрячем? Давай-ка закопаем в картошку.

Они оба принялись разгребать картошку, и, когда образовалась яма, однорукий поставил в нее чемодан.