Фиолетовое пламя - Джойс Бренда - Страница 77

— Боже всемогущий, да я вовсе не хочу, чтобы ты была другой! Я вовсе не против, чтобы ты учила детей, боролась за то, во что веришь. Я только хочу быть рядом, чтобы оберегать тебя от беды! Я никогда не стал бы запрещать тебе заниматься твоим делом.

— Да, но в Натчезе… Рейз перебил ее:

— Разве можно винить меня за это? Я ведь мужчина. А ты женщина, которую я люблю. Я никогда не перестану защищать тебя. Есть две стороны медали, Грейс, ты же видела всегда только одну.

— О Боже! — простонала она, падая в его объятия.

— Мне нужно было сказать тебе все это раньше, но, Грейс, как ты могла так поступить? Как ты могла убежать?

— Это было самое трудное, что мне когда-либо пришлось делать в своей жизни. — Она заплакала. — Я думала, у нас нет будущего, думала, ты всегда будешь пытаться сдерживать меня. Я не верила тебе, Рейз. Я просто боялась поверить! Я так жалею об этом! Теперь я знаю, что, если бы можно было повернуть время вспять, я никогда бы не сделала этого! И я ужасно боялась встретиться с твоими родителями. — Она все еще плакала. — Я не могла вынести унижения, разве ты не понимаешь К тому же я думала, что, может быть, ты не станешь связываться с Фордом, если меня не будет. Я так боялась, что он убьет тебя!

Рейз начинал кое-что понимать.

— Но я думал, ты умерла!

— Что? — выдохнула Грейс.

Он не мог, никак не мог оторваться от ее лица.

— Я думал, ты умерла. Там, на пепелище, нашли тело. — Рейз вдруг умолк. Внезапно он все понял. Он смотрел на нее пристально, напряженно. — Твое ожерелье, то, которое я подарил тебе, было там и еще кое-что из твоих вещей. Тело обгорело до неузнаваемости. Я думал, это ты.

— Нет, — прошептала Грейс в ужасе. — Мне удалось убежать от ночных мстителей. Я бежала сама не зная куда, и наконец попала в Мэлроуз. Попросила Луизу помочь мне. Ее кучер отвез меня на станцию. Но к ней пришел Форд, он и сорвал с меня ожерелье. Я думала, он украл его ради денег и потому, что это ты подарил мне его. Я не знала…

На мгновение Рейз с горечью прикрыл глаза.

— Эта стерва Баркли еще пожалеет об этом. Что касается Форда, то мне жаль, что я не убил его, а только изгнал из города.

— О, Рейз!.. Мне и в голову не приходило, что ты думаешь, будто я умерла! — Она слегка отступила. — Неужели это было так важно для тебя?

Он невольно рассмеялся.

— Так важно? Всего лишь так же важно, как жизнь. Грейс, без тебя… — Рейз запнулся, подыскивая слова. — Ты — свет моей жизни, неужели ты не понимаешь этого? С того дня, как я встретил тебя, все переменилось. Без тебя ничего нет — только мрак и отчаяние.

Грейс думала, сердце ее разорвется от немыслимого счастья. Она нежно коснулась его прекрасного лица.

— Так ты любишь меня?

— Люблю? Это слишком слабое слово! Я люблю, я обожаю тебя, Грейс. Я жажду тебя!

Неожиданно он озорно улыбнулся, и две глубокие ямочки появились в уголках его губ. Глаза блеснули. Он притянул ее к себе.

— Прямо сейчас, — договорил тихо. Грейс залилась румянцем.

— Будь моей женой, Грейс, — потребовал, почти приказал он. — Сегодня, сейчас, немедленно! Прямо здесь. А потом я уведу тебя в гостиницу, и мы будем любить друг друга как муж и жена.

— Да, — прошептала она чуть слышно. Рейз улыбнулся:

— Дама наконец сказала «да» — на третий раз! Значит ли это, что ты стала чувствительна к моим чарам?

— Я всегда была чувствительна к твоим чарам, — шепнула Грейс с ласковой укоризной, касаясь его лица. — Но где мы возьмем священника?

— Здесь не меньше десяти мужчин, одетых подобающим образом. Не думаешь ли ты, что я хоть на минуту оставлю тебя?

— Надеюсь, что нет.

Рейз взял ее за руку и буквально потащил за собой туда, где стояли его родители, — в приличном отдалении, но тем не менее откровенно наблюдая за ними.

— Па, найди нам священника.

Тут с некоторым опозданием Рейз заметил, что Элизабет Стэнтон так и не продолжила свою речь и что внимание всех собравшихся все еще приковано к ним. Стэнтон взяла рупор:

— Есть здесь священник?

В ответ раздался дружный смех, и сразу несколько служителей церкви вышли вперед.

— Мы хотим обвенчаться, — торжественно сообщил Рейз родителям. — А потом я всю свою жизнь собираюсь посвятить исключительно двум занятиям.

Грейс затаила дыхание. Она не могла отвести от него восхищенного взгляда. Сердце ее было переполнено любовью.

— Каким же? — с улыбкой поинтересовался Дерек.

— Дарить Грейс счастье и оберегать ее от опасностей. Грейс взволнованно прикусила губу. Она улыбалась. Миранда подошла и поцеловала ее в щеку.

— Добро пожаловать в нашу семью, дорогая! На глаза Грейс навернулись слезы.

— Ну что ж, давайте-ка приступим к церемонии! — воскликнул Дерек и обернулся, подзывая одного из священников:

— Может, вы этим займетесь, друг мой?

Тот широко улыбнулся:

— С большим удовольствием!

Грейс и Рейз счастливо улыбались, глядя друг другу в глаза; Рейз держал невесту за руку.

— Есть у кого-нибудь кольцо? — обратился Дерек к зачарованно наблюдавшей за ними толпе.

— А свадьба-то взаправду будет, настоящая? — спросил кто-то.

Рейз хмыкнул, а Грейс просияла. Дерек прокричал, что свадьба будет взаправду, самая что ни на есть настоящая.

Несколько человек сразу бросились к ним, предлагая одолжить свои кольца. Рейз, горячо поблагодарив всех, выбрал одно и взял руку Грейс. Дерек и Миранда встали позади венчающейся пары.

— Начинайте, — улыбнулся Дерек священнику.

— Дорогие чада… — нараспев начал тот.

— Это навеки, любимая, — шепнул Рейз так тихо, чтобы услышала только она.

— Навеки, — выдохнула Грейс.

— Я люблю тебя, — прошептал Рейз одними губами. — Я тебя обожаю!

Грейс сияла счастьем.

— Скоро, — пробормотал он, бросая на нее многозначительный взгляд.

Грейс вспыхнула.

— Кольцо, Рейз, надень ей кольцо, — громким шепотом подсказал сыну Дерек.

Рейз вздрогнул, приходя в себя, и удивленно оглянулся. Среди собравшихся прокатился негромкий смешок. Он надел кольцо на пальчик Грейс.

— Отныне я объявляю вас мужем и женой. Поцелуйте свою супругу.

Рейз медленно привлек ее к себе.

— Наконец-то, — прошептал он и склонился к ней. Ощутив, как напряглись его чресла, Грейс так и подпрыгнула.

— Вы, Рейз Брэг, просто неисправимы!

— Я жду, когда ты начнешь перевоспитывать меня, помнишь? — ласково шепнул он.

Губы их опять слились в поцелуе.

Эпилог

Нью-Йорк, 1881 год

— Смотри! Это мама!

Маленькая рыжеволосая девочка, настоящий сгусток энергии, подпрыгивала на руках у отца.

— Тебе хорошо видно, малышка? — спросил Рейз. Она усиленно замотала головой, и Рейз поднял дочурку на плечи.

— А так, Луси?

— Это моя мама! — крикнула четырехлетняя Луси джентльменам, стоящим в толпе рядом с ними.

Рейз улыбнулся, придерживая ее маленькие пухлые ножки.

— Мама говорит, женщины должны голосовать, — громко заявила Луси.

Мужчины невольно заулыбались.

— Тш-ш-ш, малышка, — тихонько шепнул Рейз. — Давай послушаем, что говорит мама.

— Необходимо, — кричала с трибуны Грейс, — чтобы каждый из вас поддержал наше требование! Мы не можем допустить, чтобы решения Верховного суда, подобные тому, что он вынес по делу Минор и Брэдли, остановили нас. Напротив, такие решения должны подтолкнуть нас к действию! Никогда еще поправка к Федеральному закону об избирательном праве для женщин не была столь нужна! Никогда еще власть и деспотия мужчин не были так очевидны. Наши тираны испуганы, они дрожат от страха! Иначе почему же миссис Брэдли отказали в ее гражданском праве согласно Четырнадцатой поправке только на том основании, что она женщина? — Грейс сделала паузу, обводя фиалковыми глазами толпу. — Я умоляю вас, всех и каждого, не только поставить свою подпись под этим воззванием, которое требует введения федеральной поправки, но и раздать эти листовки вашим соседям, родным, друзьям. Умоляю и призываю! Нам необходимы их подписи! Время не ждет!