Страсть за кадром - Джойс Мэри - Страница 71

— Я должен был заставить ее надеть спасательный жилет. Но в конце концов я осознал, что Кэт была бывалой морячкой и также несла ответственность за свою безопасность, как и я. В это время мы с Бретт… ну ты знаешь… Я думал, что отошел от всего этого. Потом родились Эмма и Камерон, и на крестинах я понял, как сильно ты мне доверяешь, предложив стать их крестным отцом. И неуверенность опять стала моей спутницей. Я люблю Бретт, но я не мог обременять ее этим грузом. Я решил уйти из ее жизни.

— И ты никогда не говорил ей об этом? — спросила Лизи, пораженная его рассказом.

— Нет, а когда я понял, какой я сопляк и ничтожество, что жизнь дала мне второй шанс, было уже поздно: она вышла замуж за Джефри Андервуда. Не знаю как ты, а я бы выпил пивка.

Дэвид встал и подошел к хромированному кубу. Он нажал кнопку, и передняя панель поднялась, открывая небольшой холодильник.

— Никогда не предполагала, — сказала Лизи и улыбнулась первый раз за все время своего визита.

— Я перенял эту идею у Бретт. Ты знаешь, что ее холодильник похож на шкаф? И я спроектировал свою конструкцию… Я действительно рад, что ты заставила меня раскрыться. Мне кажется, что у меня внутри что-то оттаивает.

— Отлично, тогда я тоже очень рада. Но что нам делать с Бретт?

— Делать? Мы не можем ничего сделать с ее замужеством. Это касается только ее и Джефри. — Но может быть, я мог бы помочь решить проблемы с работой?

— Как? — с надеждой спросила Лизи.

— Ее компьютер может дать некоторые ответы, которые она не знает, как отслеживать. Это встроенный модем, связанный напрямую с ее телефонной системой. Может, кто-то ворует информацию.

— Да, например, ее таинственный супруг.

— Не глупи, Лизи. Он же ее муж. То, что происходит между ними, еще не значит, что он хочет навредить ее карьере. Он юрист, а не Джеймс Бонд. Кроме того, ты сама сказала, что он старается помочь и даже нанял детектива.

— Может, я насмотрелась разных фильмов, но он мне не нравится, я никогда не любила его. Но было бы здорово, если бы ты смог что-нибудь предпринять, Дэвид. Вы ведь можете остаться друзьями. Она поймет, я знаю. Она сейчас с бешенством готовится к поездке на Таити. Почему бы тебе не позвонить ей, когда она вернется?

Лизи поднялась и обняла брата.

— А почему бы нам не пойти ко мне домой? Мы бы вместе пообедали. Похоже, что ты голоден, а заодно смог бы поучить своих племянников общаться с тем ненормальным компьютером, который подарил. Может, ты обнаружишь их гениальность в этой области.

— Конечно, Лизи.

Американский «Вуаля!» хватал за сердце американских женщин, как и планировала Натали, начиная со своего первого выпуска. Каждый следующий выпуск новоиспеченного журнала продолжал притягивать все новых читателей.

После восьмичасового перелета из Лос-Анджелеса Натали, Бретт, два ассистента, два парикмахера и гримера, пять моделей и редактор повествовательной части «Вуаля!» Мария Рейнад приземлились в аэропорту в Папести. Там они должны были пересесть на местный самолет и долететь до Бао, в пятнадцати минутах полета от Таити, и остановиться на первом из трех островов. Перед ними раскрылся захватывающий вид волшебных скал. Сам островок был слишком мал для перелетов по воздуху, поэтому они приземлились на берегу кораллового островка. Все были очарованы величественными горами, зелеными из-за густой растительности, и прозрачной водой, населенной рыбами всех цветов радуги.

На следующее утро на рассвете они приступили к работе. Бретт, полная энергии, вместе с двумя моделями начали день на склонах самой высокой скалы острова. Девочки в прозрачной белой пляжной одежде были похожи на лилии на высоких стебельках среди темной и сочной зелени. Ветер дул в нужном направлении и отбрасывал ненавязчивые тени. Бретт измучила ассистентов и модели — утренняя съемка должна была завершиться до того, как солнце станет слишком ослепительным и обжигающим.

Бретт поняла, что это были самые лучшие фотографии, которые она когда-либо делала. Изнуренная съемкой, она оставила всех на балконе отеля. Когда она подошла к стойке, служащий передал ей записку. Звонил Джефри. Рассчитав, что в Нью-Йорке сейчас четыре часа утра, Бретт решила подождать и позвонить ему на следующий день. Дома они не разговаривали, и она не могла представить, что он ей хотел сказать, когда она находилась на другом конце земного шара. На следующее утро у нее снова не нашлось времени для звонка. Вечером, когда они сели ужинать, ее позвали к телефону. Она поняла, что это Джефри, которому так и не собралась позвонить со вчерашнего дня.

— Да, все в порядке, Джефри. Нет, в пути у нас не возникло ни одной проблемы. Я не хотела тебя беспокоить, да и мы были очень заняты. Да, здесь необычайно красиво.

Но когда Джефри предложил ей провести там отпуск, она попыталась представить его, лежащего у моря, и не смогла. «Очевидно, у нас будут отдельные номера в самом романтическом месте мира и машина с водителем, которая будет возить нас на пляж», — подумала она, слушая его.

— Хорошо, до скорого. Пока.

Их отношения не улучшались, и чем больше она старалась не допускать этой мысли, тем больше убеждалась, что замужество ее долго не протянется.

Когда она вернулась за стол, девушки пробовали розовые напитки под названием «Грантинг Вулканус» и очень эмоционально обсуждали свои отпуска.

На следующий день они приземлились в Мараэ. Ее жилищем было бунгало со стенами и крышей из циновок, построенное рядом с лагуной и от которого отходил настил, ведущий прямо в море. Ей так захотелось остаться здесь навсегда. Во время этого путешествия им не хватало времени, чтобы просто порезвиться на солнце. После того, как на второй день они стали свидетелями восхода солнца, они дали обет вернуться сюда вновь.

«Тиаре Отель» был новой гостиницей, жаждущей известности, и персонал гарантировал американской делегации, что будет открыт для них всегда. Отель нанял им трехмачтовую яхту с кондиционером для плавания по Морю Луны, полоске воды между Муреа и большим островом Таити, и показал им самые красивые лагуны в бухтах.

Это были самые прекрасные три дня. Бретт собирала оборудование с чувством огромного удовлетворения и уверенности в себе. Ей казалось, что она создала лучшее в своей жизни, и все прошло без каких-либо неприятностей. Без всяких волнений и беспокойств она села в самолет, готовая решать свои домашние проблемы.

— Должно быть, это ошибка, это невозможно!

Руки Бретт дрожали, когда она держала телефонную трубку, а в глазах все потемнело.

— Лучше сделай что-нибудь.

Она позвонила в лабораторию, чтобы определиться, когда вернут пленки, и узнала, что все сто двадцать одна кассета с полосками и пятнами, словно засвеченные. Повесив телефон на стену, она вошла в приемную и села, уставившись в никуда. «Этого не может быть. Не может быть!» — подумала она.

Но она знала, что Дуггал был очень опытным. Кто-то беспощадно испортил ее пленки. Перед отъездом она выборочно, наугад, брала пленки из каждой пачки, всего тридцать шесть пленок, и делала на них снимки, чтобы удостовериться в свежести и качестве пленки. На контрольном пункте в аэропорту пленки были в ее руках, значит, кто-то поработал с ними позже. Кто мог такое сотворить?

Она принялась расхаживать. Ее лицо и ладони были ледяными и потными.

«Я должна позвонить Натали, — в ужасе подумала она. — Съемка еще раз невозможна… но они не могут потерять пятнадцать издательских страниц. После всех инцидентов — этот был финальным гвоздем в гробу, так старательно вколоченным. Хорошо еще, что меня не убили и я жива, но все это ужасно», — подумала она.

Бретт захотелось позвонить — все равно кому. Ей хотелось поведать о своем страхе и неприятностях, но Джефри уже уехал к себе в контору, да она и не хотела услышать его извечную фразу: «Ты должна бросить свой глупый бизнес». Тереза придет позже.

«Но почему я?» — спрашивала она себя, когда задребезжал звонок в студии.