Корона с шипами - Джонс Джулия - Страница 85

Тесса нахмурилась, рассердившись сама на себя, и перевела взгляд на небо. Ни облаков, ни птиц, ни сгустков тумана: эта однообразная серость вполне устраивала Тессу. Ей повсюду мерещатся узоры. Так не годится. Ей хотелось смотреть на небо и видеть небо, просто небо, а не замысловатый и таинственный узор.

Тесса поправила накинутый на плечи плащ, оттолкнулась от перил и направилась к лестнице. Ее новые ботинки приятно поскрипывали; матросы провожали ее глазами. Хмурая гримаса на лице Тессы сменилась улыбкой. Она постепенно привыкала к этому кораблю.

Прописанный Райвисом имбирь оказался отличным средством. Вообще все, что он вчера говорил, подействовало: имбирь, прогулка, свежий воздух и предложение поближе познакомиться со своим новым окружением. Морская болезнь прошла без следа и вряд ли вернется, если, конечно, не начнется шторм или она не съест что-нибудь испорченное.

Вчера Тесса почти весь день просто гуляла по палубе. После нескольких недель заточения это было для нее настоящим праздником. Женщины-пассажирки демонстративно игнорировали ее или же бросали неодобрительные взгляды на чересчур самостоятельную девицу, пустившуюся в путь без сопровождающих. Некоторые с опаской косились на нож, который она носила на поясе. Тессу забавляло, что кто-то может считать ее опасной.

Что касается мужчин... Тут Тесса могла только благодарить небо за присутствие Райвиса. Мужчины откровенно глазели на нее, и Тесса не знала, что их интересует больше — содержимое ее кошелька, ее тело, или же и то и другое сразу. Что бы она ни делала — отворачивалась, хваталась за рукоятку кинжала, просто уходила, — не могло их остановить. Но стоило громко напомнить пробегавшему мимо юнге, что муж ее требует еще одну койку в каюту на нижней палубе — и больше ее не беспокоили. Тессе и думать не хотелось, что бы она делала без Райвиса. Этот мир — явно не то место, где одинокая женщина может спокойно себя чувствовать.

Вернувшись в каюту, она нашла Райвиса спящим. Никаких обедов на этом корабле, похоже, не подавали. Поэтому Тесса достала из мешка яблоко и сыр, перекусила всухомятку, улеглась на вторую койку, которую юнге каким-то чудом удалось втиснуть в каморку, и сразу же провалилась в сон.

Проснулась она рано утром и, хотя чувствовала себя совершенно разбитой и дрожала от холода, натянула платье и плащ, захватила ночной горшок, заботливо поставленный кем-то под койку, облегчилась в пустой уборной и поднялась на палубу. Сновавшие туда-сюда матросы не обращали на нее внимания. Тесса промыла и заново перевязала обожженную руку, а потом облокотилась на перила и предалась созерцанию морской глади.

Желтое, подернутое дымкой солнце было такое, как всегда. Тесса и не подозревала, насколько важны для нее эти сверкающие лучи восходящего солнца. Они, как и висевшее на шее кольцо, связывали ее с домом. Тесса не сомневалась, что то же самое солнце светило над ней в памятный день, когда она нашла банковские сейфы и кольцо на лесной лужайке. Потом она надела его — и мир перевернулся. Наверное, в тот момент солнечные лучи поменяли угол наклона, но тепло их и свет остались прежними.

Глядя на переливающиеся, играющие на водной глади лучи, Тесса подумала, что это хороший знак: ее старый мир и дом где-то здесь, рядом.

— По-моему, пора завтракать.

Тесса обернулась. Райвис стоял у люка, через который матросам передавали еду из камбуза. В руках он держал кувшин с дымящимся напитком и корзину с хлебом и пирожками. У Тессы потеплело в груди, но она сразу же одернула себя. Еще не хватало — радоваться этому типу!

— Присоединишься? — Райвис улыбнулся. После отдыха он выглядел гораздо лучше. — Ради себя одного я не стал бы хлопотать: подкупать судомойку, двух поварят и кока — весьма желчного субъекта.

Тесса обнаружила, что тоже улыбается во весь рот.

— Здесь что, принято брать еду с собой?

— Обычно пассажиры поступают именно так. Если, конечно, не ставят себе цель приплыть в Мэйрибейн с дырками вместо монет в карманах. Страшно сказать, во что обошлась мне эта закуска. Ладно, иди за мной. Я покажу тебе самое солнечное, самое тихое местечко на этом корабле, к тому же защищенное от ветра.

Райвис, не оборачиваясь, пошел вперед. Тесса заколебалась: следовать за ним, как послушная девочка, или же остаться на месте? Прежняя Тесса Мак-Кэмфри наверняка заартачилась бы. Зато она и осталась бы без завтрака, подумала нынешняя Тесса, делая первый шаг вслед за Райвисом.

Кормовая палуба оказалась в точности такой, как обещал Райвис: тихой, солнечной и защищенной от ветра. Только один матрос возился с парусами на кормовой мачте, но он то ли не заметил Райвиса и Тессу, устроившихся на освещенной солнцем скамье у перил, то ли сделал вид, что не замечает их, и продолжал разматывать канат.

К изумлению Тессы, Райвис аккуратно сервировал завтрак. Сначала он достал из корзины две квадратные салфетки и расстелил одну у себя на коленях. Потом подал Тессе буханку хлеба и пару пирожков, до краев наполнил чашку горячим сидром, подул на него и тоже протянул ей.

— Сдается, за сегодняшнее утро ты успел подкупить всех на этом корабле.

Райвис усмехнулся:

— Только капитана, первого помощника, рулевого и капитанскую кошку. — Он налил сидра и себе. — Если честно, кошку я не нашел. Но если бы нашел — постарался бы обаять.

Тесса отломила от буханки здоровенный кусок. По-видимому, пока она приятно проводила время, глазея на море, Райвис обустраивал их быт на нижней палубе.

— Так вот как делаются дела в вашем мире: подкуп и еще раз подкуп.

— Подкуп — это еще не все. Я всегда стараюсь получше познакомиться с окружающими меня людьми. Ведь никогда не знаешь, не придется ли тебе обращаться к ним за помощью.

Тесса начинала понимать, что за любым поступком Райвиса всегда стоит холодный трезвый расчет.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она.

— Врать не буду. Бок болит адски, но опухоль спала. Вроде бы рана начинает затягиваться.

— А Кэмрон как? В каком состоянии ты оставил его? — Тесса надкусила пирожок и заглянула внутрь — проверить, что там, внутри. Начинка состояла из нарезанной мелкими кусочками колбасы. Тесса положила пирожок обратно в корзину. Колбаса сделана неизвестно из чего, Тесса предпочитала мясо известных ей животных.

— Чувствовал он себя паршиво. Потерял много крови, и ноги все изрезаны. Но он молод, силен и к его услугам лучшие врачи Рейза.

Тесса попыталась вспомнить, какое место упоминал вчера Райвис.

— Он будет лечиться в Мир'Лоре?

— Да. — Райвис разломил свой пирожок, исследовал начинку и протянул Тессе. — Там резиденция Повелителя и его матери, графини Лианны. Кэмрон должен предупредить их, рассказать, что представляют собой гонцы Изгарда.

— И Повелитель станет его слушать? — Тесса осмотрела второй пирожок. Он был начинен ветчиной и кусочками желтого сыра. Потрясающе! Райвис не только заметил, что она делает, но и догадался, какую цель преследует.

— Сандор не дурак, но и мудрецом его не назовешь. Он прислушается, если об одном и том же ему будут твердить со всех сторон.

— Ты с ним знаком?

Райвис пожал плечами:

— Встречались пару раз.

— Тогда почему Кэмрон поехал в Мир'Лор, а не ты? Ведь если вы с Повелителем старые знакомые...

Райвис хмыкнул:

— Повелитель Рейза не станет выслушивать предостережения от наемника.

Тесса оторвалась от пирожка и удивленно подняла глаза. Несмотря на заливавший его лицо солнечный свет, глаза Райвиса казались темнее обычного, а рот подергивался. Тесса догадалась, что он опять прикусил шрам на внутренней стороне нижней губы.

Матрос кончил возиться с парусом. Он обвязал веревку вокруг тросового талрепа, сплюнул через плечо и начал спускаться по мачте на главную палубу.

Вновь повернувшись к Райвису, Тесса застала его врасплох. Он ощупывал рану на боку, но, почувствовав ее взгляд, сделал вид, что просто оправляет тунику. Тесса притворилась, что ничего не заметила, и глотнула сидра из чашки. Позже она проследит, чтобы он как следует отдохнул.