Чистый грех - Джонсон Сьюзен - Страница 88

— Фи, мещанские добродетели меня никогда не привлекали!

— Семейство Серр выше твоего, Изольда. А «мещанскими добродетелями» мы, однако, никогда не пренебрегали. Но не будем вдаваться в философские материи. Я приехал для того, чтобы сказать: убирайся вон из Монтаны и никогда больше не возвращайся сюда.

— Размечтался! Я твоя законная жена, Адам, и в качестве таковой могу быть рядом с тобой. Не думай, что тебе удастся в два счета избавиться от меня. Я предприняла изнуряющее путешествие по жаре и пыли не для того, чтобы тут же вернуться назад. Кстати, на прошлой неделе я была на ранчо и взяла кое-что из своих вещей. Похоже, ты там давненько не бывал. Миссис Маклеод, как обычно, встретила меня в штыки.

— Она отлично понимает, какая ты дрянь, — процедил Адам. — Удивляюсь, что тебя вообще пустили на порог!

— Я сказала, что заглянула только на несколько часов.

— Ты и в Хелене недолго пробудешь, — решительно заявил Адам. — Я хочу, чтобы ты вернулась в Европу.

— Экий властный стал!.. Боюсь, я не смогу подстраиваться под твои желания. У меня другие планы.

— Нед Сторхэм тебе не поможет.

— Ну, мы еще посмотрим.

— Он будет мертв через несколько дней.

— Или ты.

— Не рассчитывай на это.

— А я как раз рассчитываю.

Адам вздохнул. Препираться глупо. Все эти перепалки ему были знакомы по прошлому. Не разговоры говорить он приехал…

— Как угодно. Я не намерен тратить время на словесные баталии. Вот что, слушай внимательно. Это мое последнее слово. Или ты завтра сама будешь на платформе и сядешь в поезд до Солт-Лейк-Сити, или я лично позабочусь, чтобы ты завтра уехала отсюда.

Изольда криво усмехнулась и, глядя ему в глаза, сказала:

— Не пытайся запугать меня. Не выйдет!

— Ты не боялась меня потому, что раньше я действовал в рамках приличий. Теперь шутки в сторону. Я совершенно серьезен. Советую и тебе отнестись к ситуации так же.

— Ты что, даже не предложишь мне еще денег, чтобы я оставила в покое тебя и твою новую пассию?

— Нет.

Закончилось время уговаривать, умасливать, откупаться, искать мирные решения — так вся жизнь пройдет впустую. Надо покончить с прошлым раз и навсегда и наслаждаться настоящим. Благодаря встрече в тот благословенный вечер в доме судьи Паркмена Адам получил свыше шанс иметь то, в чем не отказано большинству людей: счастье, семью, мир и покой. А если духи благосклонны, то у него будут еще дети. И от всего этого отказываться из-за какой-то алчной сучки?

— Нет, — твердо повторил Адам, и его рука машинально потянулась к револьверу. — Ни пенса от меня не получишь.

— О, какой пафос! Ты похож на плохого актера! — сказала Изольда, презрительно поджимая губы. Она склонила голову набок и смотрела на мужа с дерзким вызовом, покачивая выставленным вперед носком туфли.

— Если тебя не будет завтра на железнодорожной платформе, — проговорил Адам, — пеняй на себя. Плохой я актер или хороший, но эту драму я доиграю до конца — до самого конца. Я тебя предупредил, Изольда.

— Ба-ба, как ты страшен! Настоящий дикарь! Мне, наверно, положено дрожать от ужаса и заламывать руки?

Он сжал зубы. Затем нашел в себе силы мрачно улыбнуться.

— Твоя судьба в твоих руках. Приятного путешествия.

С этими словами он быстро вышел из гостиной.

— Посмотрим, чье путешествие будет более приятным, — процедила Изольда, когда дверь за ним закрылась.

Графиня взяла чашку и сделала глоток остывшего сладкого чая. В Европу она вернется — но не раньше, чем Адам отправится на тот свет!

В просторном вестибюле Адама поджидала Молли Фиск. Хозяйка дома нервно прохаживалась из угла в угол и заламывала руки. Когда Адам вышел из комнаты, она встретила его вздохом облегчения.

— Ну, ну, Молли, — успокоительно произнес он. — Судя по вашему лицу, вы решили, что я натворю что-нибудь прямо здесь? Не волнуйтесь, вы не найдете ее хладный труп в гостиной. Я ее не задушил, хотя такое желание возникало, и не раз. Изольда твердит, что мне осталось жить всего несколько дней. Так что у меня был соблазн покончить с ней до своей предполагаемой смерти.

— Не буду скрывать от вас: Нед Сторхэм сговорился с вашей женой, — сказала Молли Фиск. — Здесь всем это известно. Видит Бог, я не хотела принимать ее у себя в доме, Адам. Но выгнать — сами понимаете… скандала не избежать. Она ведь по закону ваша жена. Пришлось приютить, хотя я ясно намекала Изольде, что в гостинице ей было бы удобней.

— Не надо извиняться, Молли. Я понимаю, как вы опутаны светскими приличиями. Не будем о грустном. Что вы планируете делать сегодня вечером?

Молли Фиск, получив отпущение греха, тут же расцвела улыбкой.

— Сегодня вечером? А что вы предлагаете?

Она и сама была неравнодушна к графу де Шастел-люксу: будь ей лет на двадцать меньше, она бы попробовала завоевать сердце этого бесподобного красавца, настоящего мужчины, благородного и смелого.

— Думаю, вам будет приятно прокатиться в горы к западу от города и полюбоваться закатом. Возьмите с собой Генриетту. Изольда может побыть и одна.

— Как долго нам следует любоваться закатом?

— Полагаю, часа достаточно.

— Слышала, вы наконец влюбились по-настоящему, — заметила Молли, которой в глубине души было жаль, что не устроился роман ее племянницы с богатым графом. Впрочем, она была достаточно добра, чтобы искренне порадоваться за Адама.

— В кои-то веки сплетня права, — со слабой улыбкой ответил Адам. — Поскольку я люблю, мне жизненно необходимо очистить свою жизнь от постороннего мусора. В Саратоге я дал Изольде солидную сумму в качестве откупного, чтобы она покинула страну. Деньги негодяйка взяла, но обещание нарушила. Я был поражен тем, что она дерзнула приехать в Монтану.

— Думаю, всему виной ее беременность.

— Она говорит, что это мой ребенок? — возмущенно воскликнул Адам. — Так вы не верьте! Это наглая ложь. Меня подмывает поместить объявление в местных газетах: «Сим уведомляю почтенную публику, что мистер Серр не имеет никакого отношения к беременности своей жены». — Он саркастически скривил губы.

— Не стоит хлопотать по этому поводу, мой мальчик, — с улыбкой сказала Молли Фиск. — У нее был выкидыш.

Наученный горьким опытом ничему не верить, когда дело касалось хитрющей Изольды, Адам недоверчиво спросил:

— Это она вам сказала?

— Нет, мы не настолько близки с ней, чтобы обсуждать подобные темы. Но я, в отличие от нее, считаю слуг людьми — и поэтому мои горничные ничего от меня не скрывают. Мне донесли, что у Изольды, когда она прибыла ко мне в дом несколько дней назад, было обильное кровотечение. А теперь, по моим данным, со здоровьем графини все в порядке. Мне неловко рассказывать вам все это, но я обязана, ибо вы мой друг.

— Спасибо. А не могло быть то, что вы упомянули… словом, правильно ли вы истолковали происшедшее?

— Я уверена абсолютно, — с улыбкой отозвалась Молли. — Хотите, чтобы я вошла во все подробности того, почему я так уверена?

— Нет-нет, какие сомнения! — поспешно произнес Адам. — О Молли, вы ангел! Вы добрый вестник! Вы даже не представляете, как вы меня утешили! Вы мне дали…

— Свободу, да? — подсказала Молли, искренне забавляясь молодым задором графа, который вдруг на глазах ожил и распрямился.

Адам в избытке чувств схватил ее в охапку и звонко поцеловал в щеку.

— Огромное вам спасибо, миссис Фиск! — сказал он, держа ее в объятиях (а миссис Фиск тем временем чуть не сомлела от удовольствия). — Я ваш вечный должник!

Когда он выпустил ее, хозяйка дома весело воскликнула:

— Я полагала, что вам следует знать эту радостную весть. Графиня у меня всего несколько дней, но все так устали от нее… Теперь я просто диву даюсь, как вы умудрились прожить с подобной особой несколько лет! Она так неприятна!

— Согласен, согласен, — промолвил Адам, так же весело улыбаясь. — А давайте-ка завтра вместе пообедаем — отпразднуем счастливое избавление от Изольды, ее неотвратимый отъезд в Европу. К примеру, в два часа в гостинице.