Плата за души (Книга 2) - Гомонов Сергей "Бродяга Нат" - Страница 40

- ...дел не на одну ночь, - снова забубнил гость, - и это должно быть оплачено. Кто сможет [...]?

- С ФСК я связываться не собираюсь...

- Я тоже... [...] узнают, что вы под них копаете?

- К тому времени будет слишком поздно.

- Я должен знать весь ваш план.

- Вы его знаете. Остальное - мои личные счеты...

- Личные счеты?

- Они согласны, но благотворительность не в их духе, и я их понимаю... [...] увидеться...

- Когда?

- Завтра я уезжаю по делам фирмы. Связаться с вами мы пока не сможем. Если что - держите связь через Дмитрия... Если будет хоть малейший проблеск...

- То есть, Аксенов [...] посредника?

- Пожалуй. Материальную сторону я попытаюсь уладить хотя бы на четверть...

Судя по звукам в комнате, гость поднялся со стула, и они оба шли к двери. Зинаида Петровна потрусила в свою спальню и услышала только, как "генерал" громко вымолвил (скорее всего, специально для ее ушей):

- С вами приятно иметь дело! Всего доброго, Владислав Андреевич.

Влад проводил его и щелкнул замком.

- Владичка! - собравшись с духом, позвала Ромальцева. - Кто это был?

- По работе, мамуль!

- Я его не знаю...

- Он не с нашей фирмы, - и молодой человек ушел к себе.

Немного подумав, Зинаида Петровна пошла за ним. Влад переодевался. Она догадалась, что его снова понесет в спортзал, откуда он не вылезает уже месяц: только туда он надевает свою любимую черную майку с этим страшным зверем на груди. Опять придет под утро весь потный, взмыленный, перемазанный не то пылью, не то грязью, как будто его кто-то по земле каждую ночь валяет...

- Владичка! Куда ты снова на ночь глядя? Тебе завтра рано вставать...

- Да, ма, собери мои шмотки: я завтра еду в командировку недельки на полторы...

- Снова в N-ск?! Сколько ж можно?!

- Не знаю. Может быть, и в N-ск, может быть, в Челябинск... Почему тебя это так беспокоит?

- Еще бы меня это не беспокоило! Я тебя не узнаю!

Влад очаровательно улыбнулся и, застегивая неизменную джинсовую рубашку, чмокнул ее в щеку:

- Дела, ма...

- Я не знаю, как с тобой разговаривать! - сдалась она. - У меня просто руки опускаются... Зачем тебе горбатиться на эту фирму? На что она тебе сдалась, если ты из-за нее дома почти не бываешь?!

- Мамуль! Обычное человеческое тщеславие. Я же уже большой мальчик, угу? - он засмеялся и стал скидывать в спортивную сумку еще какие-то вещи.

- Ты же сам всегда смеялся над теми, кто глядит в наполеоны! Говорил...

- Ма, человеку свойственно ошибаться. Иногда удобно быть Наполеоном, в другой ситуации - его денщиком... Или отравителем! - он, шутливо устрашая, расширил глаза и наклонился к ее лицу; Зинаида Петровна отпрянула. - А иногда не мешает стать и Жозефиной...

- Ты с ума спятил, сыночка!

- Ма-а-а! Ну ты же сама затеяла этот разговор про наполеонов. Я всего-навсего продолжил логическую нить нашей увлекательной беседы... Буду поздно, не жди. Ложись спать. Пока!

- Хоть бы ты уже на Зое своей женился да успокоился наконец!

- О-о-о, ма! Я только-только вырвался на свободу, а ты мне уже сбрую готовишь?! - Влад покачал в воздухе пальцем - не погрозил, а именно взмахнул, как дирижерской палочкой - и, подхватив сумку, выскочил из квартиры.

"Господи, зачем ему все это?! - пытала себя Зинаида Петровна. - Во что он впутался?!"

******************************************************************************

Горец и Дмитрий встретились при входе в спортзал. Усманов приветливо улыбнулся, но разбуженный посреди ночи Дмитрий был сильно не в духе и ограничился пожатием руки.

Ромальцев сидел на тренажере и методично качал плечевые мышцы. Голова его, как всегда, была повязана широкой черной лентой поперек лба. Дмитрий уже не впервые отметил его сходство со средневековым сарацином. Горец, правда, как-то раз сказал, что на его родине такие повязки иногда носят "кровники" - те, кто по какой-то причине объявил кому-то кровную месть. Но, впрочем, к Ромальцеву это вряд ли относилось: кому ему мстить? Просто он знал, что смотрится в таком виде очень стильно, а Влад всегда отличался некоторой франтоватостью и любовью к картинкам.

Самурай и Афганец бились в спарринге. Маленький, но жилистый Вовка-Афганец походил на метеор, и Юрка снова начинал ошибаться из-за ослеплявшей его ярости.

Хусейн, точь-в-точь так же приветливо, как минуту назад с Аксеновым, поздоровался и с Владом. У Дмитрия мелькнула мысль, что если бы он не был знаком с тем и с другим, а ему пришлось бы выбирать, кто из этих двоих настоящий кавказец, то он наверняка указал бы на Ромальцева. Внешность у Хусейна была истинно славянская: симпатичный здоровяк на полголовы выше и в полтора раза шире Влада, зеленые глаза, русые волосы, светлая кожа и румянец во всю щеку. Акцент его проскальзывал лишь изредка, рассказывать всякие истории Усманов был мастер такого волей-неволей заслушаешься.

Раньше Дмитрий как-то не наблюдал особенного дружелюбия между Владом и Хусейном. Теперь же все складывалось иначе. Впрочем, Горец и сам не давал себе отчета, почему вдруг его так потянуло в общество Ромахи, до этих пор слывшего нелюдимым и спесивым типом. Нельзя сказать, чтобы он заглядывал Владу в рот, юлил и прочую ерунду, но слушал Горец его всегда с большим интересом. Говорят, иногда так случается: из огромного количества окружающих знакомых внезапно находится такой, которого бы ты непременно хотел видеть в качестве своего друга. Может быть, здесь был как раз такой случай? Хусейн не знал.

- Теперь все в сборе? - останавливая спарринг, медленно, но верно переходивший в бессмысленное избиение обозленного Самурая, спросил Афганец.

Парни подтянулись к нему, но безропотно уступили дорогу Ромальцеву, едва только тот пожелал оказаться в центре круга рядом с их лидером. Афганец чуть отступил в сторону, освобождая ему место возле себя, и сделал это, по молчаливому замечанию Дмитрия, как-то непроизвольно.

- Можно переодеться, - тихо сказал Влад, но во внезапно создавшейся тишине это прозвучало достаточно отчетливо.

Все, кроме Дмитрия, отправились в раздевалку. Ромальцев молча взглянул на него, опустив глаза, кивнул и присоединился к остальным. Дмитрий хмыкнул, расстегнул пиджак и присел на ближайший тренажер. На каждой позолоченной пуговице его костюма были выгравированы инициалы - "АD" с различными стилизованными вензельными завитушками и прочей чепухой.