Дуэт с Амелией - Вогацкий Бенито - Страница 54

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

1

Осенью в деревню вернулся Швофке. Он пришел оттуда, куда ушел, - из леса. Причем пешком. Как-то воскресным утром, в сентябре. Но пришел не один, а привел с собой тощего человека с треугольной головой. Он называл его Конни. Швофке и Конни прямым ходом направились к пустому домику бургомистра и стали названивать по телефону. Дозвонившись куда-то, сказали:

"Мы теперь в Хоенгёрзе!" Значит, не случайно сюда забрели, а по заданию и поддерживали связь.

Наверное, это было моим самым слабым местом: за пределами Хоенгерзе у меня не было никого, с кем я мог бы поддерживать связь.

Мать побежала к соседям за мукой и стала замешивать оладьи, а потом зарезала кролика и опять вытащила откуда-то ту самую бутылку шнапса; при этом она беспрерывно сновала туда-сюда, и уши у нее горели. А я после многих-многих дней вновь заметил, что у матери моей красивые крупные зубы и гладкая, упругая кожа. Не знаю уж почему я это вдруг заметил. Вероятно, из-за Швофке. Может, Швофке видел ее такой, и это передалось мне. Ведь я старался смотреть на мир его глазами - тоже все чего-то искал...

После обеда мы с ним, то есть со Швофке, взялись рубить дрова, и, когда складывали поленницу, я спросил:

- А приятель твой кто такой будет?

- Член правительства, - ответил тот.

Я сперва думал, он пошутил, но потом Швофке показал мне удостоверение приятеля, и там было написано, что человек этот и правда член правительства земли. - Хочу остаться здесь и крестьянствовать, - сообщил мне Швофке.

Я отмахнулся. Пусть его делает, что хочет.

- А я-то поверил, что ты тогда улетел на самолете, а потом разбился над Брауншвейгом, -сказал я.

- Все правда. Только я еще раньше выпрыгнул. А потом сел на свой танк-ты его помнишь и напал на Восточный фронт с тыла.

И он закатился от смеха. Швофке почти не постарел. Его седая грива была такой же густой, как и прежде, - казалось, он лишь на сутки сошел с корабля на берег.

- А я уж решил, что ты и есть Бандолин из Силезии, совратитель малолетних, - сказал я.

- И как ты догадался?!

- Скольких же ты совратил?

- Сорок семь, только смотри, ни гу-гу.

И он лихо хлопнул себя по ляжкам. Таким веселым я его никогдa не видел. Раньше он либо думал о чем-то, либо едко шутил.

Отвернувшись, я почувствовал на себе его взгляд. Эта привычка и прежде за ним водилась. Он исподтишка подолгу глядел на людей, как бы вбирая их в себя.

- А на дворе осень, - вдруг сказал он. - И все валяется под ногами: картошка, листья, желуди, яблоки, овощи... Стоит лишь нагнуться-и бери сколько хочешь.

- Ага, - подтвердил я.

А ты чем хочешь заняться? - спросил он.

Я ответил вопросом:

- Вы оба теперь большие начальники?

- Ну не оба, так Конни по крайней мере.

- Тогда скажи ему, - я заволновался, - пусть спасет Амелию. Ты ее помнишь-дочка помещицы.

- Вон какие пироги, - протянул Швофке и надолго задумался, как часто бывало с ним прежде. Может, он вспомнил, как она закричала и сломя голову бросилась к замку из-за того, что на веревке из последних сил билась кошка.

Она любила звонить в колокол, верно? - спросил он вдруг.

Потом медленно вошел в дом и вернулся уже вместе с Конни -тот спал на скамье у печки. Оказалось, они уже несколько недель в пути-от одной деревни к другой.

- Нам с тобой надлежит спасти одну юную графиню, - торжественно заявил Швофке.

Конни еще не совсем проснулся и протер глаза.

- Вот как? Разве мы здесь для этого? А я думал, наоборот.

Он так это сказал, будто вес время только графинями и занимался, я даже подумал и где это Швофке такого выискал?

- Это все Донат, - выпалил я, эта скотина хочет прибрать к рукам имение!

Донат? Швофке насторожился. - Это тот управляющий, о котором я тебе рассказывал, - пояснил он Конни. - Ну. который всем заправляет исподтишка. Значит, он все еще в силе... - Швофке сокрушенно покачал головой.

Вот именно, - опять заорал я, - о чем и речь!

- Ну-ка, ну-ка, расскажи!

Я и выложил им все как есть.

2

Швофке удалил Доната с поля боя, гге тратя лишних слов.

Понедельник выдался дождливый. Деревня тонула в грязи по щиколотку, а небо висело над головой серыми клочьями, как старая попона. Конни сперва поговорил по телефону с правительством земли. Потом мы все втроем пошли на скотный двор, и Швофке приветствовал всех встречных как старых знакомых. Я вышагивал сзади, стараясь попадать в ногу и не отставать, и тоже крепко жал каждому руку. Швофке вернулся! Отгонщик Патцер спрятался на сеновале.

Но Швофке не мог не заглянуть в овчарню.

- Как поживают мои овцы? - спросил он меня и, не дожидаясь ответа, нырнул в дверь. Конни из любопытства последовал за ним. Он ничего не смыслил в сельском хозяйстве и полностью полагался на своего друга. Овцематки равнодушно жевали в стойлах и не двигались. Шерсть у них топорщилась от налипшего мусора. Их выгнали на пастбище в дождь, и теперь они сильно смахивали на ежей. Швофке предполагал, что при его появлении поднимется переполох, но овцы и ухом не повели, даже не повернулись в его сторону. Этого Швофке не выдержал.

- Как ты мог их так запустить? - набросился он на меня.

- Я? - Хорош! Сам смылся на несколько месяцев, а теперь на меня же еще и набрасывается. - Да что ты знаешь? - огрызнулся я. - Это все отгонщик. Он выгоняет в любую погоду.

Да кто же доверяет овец отгонщикам?

Он подошел к овцам и пригляделся к ним поближе. А потом стал хватать их за ноги и задирать копыта кверху.

- Так у них же копытка, у сонных тетерь!

Поди сюда! Это копытка или нет?

Мне показалось, что он перебарщивает, и я отвернулся.

- Ясно как день! - завелся он по новой. - Ты только погляди! Есть у тебя нож, только острый?

Он хотел тут же вырезать наросты до живого мяса и дело с концом.

Ножа у меня с собой не было. Конни смущенно потупился, поскольку ножа тоже не имел.

- Мы же собирались в замок, - деликатно напомнил он Швофке.

Этот тщедушный человечек, кожа да кости, поддерживал нашего Швофке, как только мог, но ведь когда-нибудь, подумал я, ему придется вернуться в это свое правительство. Оттого он и торопится. Но Швофке-не знаю уж. где они с Конни познакомились, - так разошелся, что дальше некуда.