Я убиваю - Фалетти Джорджо - Страница 69

– Между нами, Фрэнк, нет и не должно быть никаких проблем. Предложение о сотрудничестве, честное и открытое, остается в полной силе. Мистер Дархем здесь именно для того, чтобы подтвердить это.

Консул откинулся на спинку стула и потер указательным пальцем кончик носа. Он находился в привилегированном положении и делал все, чтобы это никого не тяготило, а наоборот, давало Фрэнку приятное ощущение, что он тут не один. Фрэнк вновь преисполнился к нему симпатией и уважением, какими проникся во время его короткого визита в «Парк Сен-Лоран».

– Фрэнк, сейчас не время прятать голову, как страус. Положение осложнилось до предела. Оно и так было весьма напряженным, еще прежде, чем произошел этот… назовем его так – инцидент с капитаном Моссом, который окончательно спутал все карты. Так или иначе, эта страница, похоже, уже закрыта, потому что с ним разберутся, как сочтут нужным, соответствующие дипломатические службы. Что же касается месье Никто, как его окрестила пресса, то…

Он повернулся к Дюрану, как бы приглашая его продолжить разговор. Прокурор посмотрел на Фрэнка, и у того сложилось впечатление, будто Дюран охотнее показал бы свою задницу по телевидению в самый прайм-тайм, чем произнес то, что ему предстояло сказать сейчас.

– С общего согласия мы решили передать дальнейшее расследование вам. Никто в данной ситуации не имеет более высокой квалификации, чем вы. Вы агент с блестящим послужным списком, исключительным, я бы сказал. Этим делом вы занимаетесь с самого начала, знаете всех людей, связанных с ним, и пользуетесь их доверием. Вам будет помогать инспектор Морелли, как представитель Службы безопасности и посредник для связи с властями Княжества, а во всем остальном мы даем вам карт-бланш. Будете докладывать мне и Ронкаю о ходе следствия, с учетом того, что у всех нас общая цель: мы должны взять убийцу прежде, чем он найдет себе новые жертвы.

Дюран закончил свою речь и теперь смотрел на Фрэнка с выражением человека, который совершил недопустимую уступку – дал непослушному ребенку двойную порцию десерта.

Фрэнк принял подобающий вид, примерно такой, как и ожидали от него Ронкай и Дюран. На самом же деле он охотно выдал бы их римским центурионам и с удовольствием, без малейшего зазрения совести отправился бы тратить свои шестьдесят серебреников.

– Хорошо. Думаю, что должен считать за честь такое поручение – и действительно считаю. Однако хитрость серийного убийцы, за которым мы охотимся, кажется поистине сверхчеловеческой. До сих пор он не допустил ни единой ошибки. А ведь действует он на ограниченной территории, столь тщательно контролируемой полицией…

Ронкай воспринял такую оценку сил местной полиции как должное. Он поставил локти на стол и слегка наклонился вперед.

– Можете занять кабинет комиссара Юло. Инспектор Морелли, как я уже сказал, в вашем распоряжении. Там найдете все документы по делу, отчеты экспертов-криминалистов о двух последних убийствах, в том числе и Роби Стриккера. Результаты вскрытия вот-вот прибудут и лягут вам на стол завтра утром. Если необходимо, вам будет предоставлен личный автомобиль со знаком «Полицейская машина при исполнении служебных обязанностей».

– Не скрою, он был бы мне весьма полезен.

– Когда выйдете из здания, Морелли покажет его вам, он будет стоять у входа. И последнее… Вы вооружены?

– Да, у меня есть пистолет.

– Хорошо. В дополнение к вашему значку снабдим вас еще одним, который дает право свободно действовать на территории Княжества. Удачи, Фрэнк.

Фрэнк понял, что совещание, по крайней мере в том, что касалась его, закончено. Остальные разговоры этих троих, пусть даже и на счет его скромной персоны, Фрэнка нисколько не интересовали. Он поднялся, пожал всем руки и вышел в коридор, намереваясь спуститься в кабинет Юло. Мысли его вновь обратились к последним новостям.

Первая была связана с открытием, которое помог сделать Гийом Мерьсе. Эта крошечная деталь, появившаяся на свет после просмотра пленки, – название магазина – давала следствию зацепку, которая в данный момент была на вес золота. В мире слепых одного единственного глаза может быть достаточно, чтобы стать королем. В мире неведения одного имени, одного адреса может быть достаточно, чтобы сохранить человеку жизнь. В отличие от Никола, Фрэнк воспринимал этот след скорее с опасением, чем с надеждой. Казалось, сотни рук толкали его сзади, побуждая бежать, и в то же время сотни невнятных голосов упорно шептали ему в уши какие-то бессмысленные слова. Слова, которые он должен был понять, но не понимал их на бегу и был не в силах остановиться.

Теперь все зависело от Никола Юло, комиссара, находившегося в отпуске. Теперь у него было больше возможностей что-то отыскать, чем находясь на службе.

Вторая мысль была о Елене Паркер. Что ей надо? Почему она так боится своего отца? И какая связь между нею и капитаном Моссом? Судя по тому, как он обращался с ней в тот день, когда они дрались, было очевидно, что отношения Мосса с Еленой выходят за рамки обычных, хотя он и казался едва ли не членом семьи. И главное – насколько справедливы слова Паркера о ее психической неполноценности.

Все эти вопросы толпились в голове Фрэнка, хотя он и старался отогнать мысль о Елене как неуместную, только мешающую и отвлекающую от месье Никто и расследования, а ведь с этого момента он должен был вести его лично.

Он открыл дверь кабинета Никола без стука. Теперь это был его кабинет и он мог так поступить. Морелли сидел за письменным столом и вскочил, увидев Фрэнка в дверях. Возникло некоторое замешательство. Фрэнк решил, что, пожалуй, следует объясниться и расставить все по местам.

– Привет, Клод.

– Здравствуй, Фрэнк.

– Слышал новости?

– Да, Ронкай мне все объяснил. Я рад, что будешь заниматься расследованием, хотя и…

– Хотя и?

Морелли выглядел твердым, как Гибралтарская скала, когда произносил эти слова.

– Хотя и считаю, что они поступили с комиссаром Юло по-свински.

Фрэнк улыбнулся.

– Хочешь знать правду, Клод? Я тоже так считаю.

Если получился экзамен, то, похоже, его выдержали оба. Атмосфера заметно разрядилась. Когда пришло время сделать выбор, Морелли поступил так, как Фрэнк и ожидал. Фрэнк задумался, до какой степени можно положиться на Морелли: стоит ли сообщать ему последние новости и рассказывать о действиях Никола. Нет, лучше пока все оставить, как есть, не надо слишком многого просить у фортуны. Морелли был хорошо подготовленным и опытным полицейским, но все же он оставался сотрудником Службы безопасности Княжества Монако. Стоило ли вовлекать его в неприятности, если возникнет вдруг какое-то осложнение? Этого славный Морелли явно не заслуживал.

Инспектор указал на пакет, лежащий на письменном столе.

– Пришли отчеты криминалистов.

– Уже просмотрел?

– Так, мельком. Все, что нам уже известно. Григорий Яцимин убит точно так же, как другие, нет ни единого следа. Никто идет своей дорогой и все так же осторожен.

Неверно, Клод, не совсем так. Есть «Украденная музыка»…

– Пока мало что в наших силах. Мы можем только контролировать радио. А это означает, надо быть начеку, иметь наготове команду специального назначения, которую можно поднять по тревоге, и все прочее. Согласен?

– Конечно.

– У меня к тебе просьба, Клод.

– Слушаю, Фрэнк.

– Если не возражаешь, сегодня вечером я оставил бы тебя одного дежурить на радио. Не думаю, чтобы что-то случилось. Убийство прошлой ночью разрядило батареи у нашего клиента, и по крайней мере в ближайшее время он будет вести себя хорошо. У серийных убийц обычно так и бывает. Я буду слушать передачу, меня в любую минуту можно найти по мобильному, но сегодня вечером я должен быть свободен. Сможешь?

– Без проблем, Фрэнк.

Интересно, подумал Фрэнк, как все-таки складываются отношения Морелли и Барбары. Ему показалось, что симпатия инспектора к девушке попала на плодородную почву, но потом события, возможно, отодвинули их отношения на второй план. Морелли не походил на человека, который способен пренебречь своей работой из-за увлечения, пусть даже такой очаровательной девушкой, как Барбара.