Джим Моррисон после смерти - Фаррен Мик - Страница 128

Он опять замолчал и указал на Джима, Дока и Сэмпл:

– К счастью, наихудшие из этих подложных богов в данный момент благополучно нейтрализованы. За что нам надо сказать «спасибо» Сэмпл Макферсон, Джиму Моррисону и Доку Холлидею. Они очень нам помогли, пусть даже и непреднамеренно, в нейтрализации Анубиса, ложного Моисея, Эйми Макферсон и внезапно покинувшей нас Бернадетты, которая Трикси. Они также напомнили Люциферу и Кали об их обязанностях и убедительно доказали пришельцам, что им следует заниматься своими делами и перестать писать всякие оскорбительные скабрёзности на наших полях. Мы также организовали в других секторах – с помощью таких же агентов – низвержение трёх поддельных Гитлеров, одного псевдо-Хайле Селасси, самозваного Хаммурапи, двух Александров Македонских, совершенно несносного Ивана Грозного и банду совсем уже мерзких ессеев. Джим в замешательстве покачал головой:

– То есть, выходит, мы – тайные агенты Господа Бога? Пусть даже мы сами об этом не знали?

Бог улыбнулся:

– По-моему, ни для кого не секрет, что пути мои неисповедимы.

Джим пожал плечами:

– Да мне, собственно, по барабану. Агент так агент.

– Причём очень хороший агент. Так что можешь собой гордиться. Имеешь полное право. – Бог обозначил весьма недвусмысленным жестом, что герой заслужил аплодисменты, и большинство из присутствующих послушно зааплодировали. Но только не Эйми. Она стояла вся красная и надутая – будто обманутая жена, открывшая все измены мужа.

– И что теперь, Господи? Что мне делать теперь, когда ты – в тайном сговоре с моей сестрой и двумя известными на все Посмертие алкашами – уничтожил мои Небеса, которые я создавала к твоей вящей славе и вложила в них столько труда? Что мне делать?

– Делай что хочешь, Эйми. Я уже стабилизировал это место, так что оно не разрушится окончательно. Если хочешь, можешь вернуть своих Бэмби и птичек и устроить здесь тематический парк развлечений, что-то вроде посмертного Диснейленда. Делай что хочешь, только не трогай религию.

– Но я всю свою жизнь посвятила религии.

– Ты хорошо потрудилась, но теперь этот этап завершился. Попробуй заняться чем-нибудь ещё. Повторяю: никаких религиозных мотивов – иначе тебе будет плохо. Помнишь книгу пророка Иезекииля, глава 25, стих 17[77]? Вообще-то я мирный, но если меня разозлить, то я страшен в гневе. – Он отвернулся от Эйми. – Вопросы есть?

Джим потянулся. На него вдруг навалилась такая усталость…

– То есть мы своё дело сделали? В смысле я, Док и Сэмпл?

– Вы своё дело сделали. И, как я уже говорил, боги вам благодарны. А это, знаешь ли, немало.

– Значит, мы можем отдыхать? Никаких больше секретных миссий?

Бог улыбнулся:

– Можете отдыхать. Имеете полное право. Можете с Доком устроить обширный поход по барам. Или, если тебе хочется приключений, можешь присоединиться к дионисийцам – насколько я понимаю, они готовят новый поход на сторонников Аполлона. Или, если тебя привлекают порок и разнузданность, можешь отправиться на вершину Катег-Кла – выть на луну и плясать вместе с Великими. Хотя, как я понял, у вас с Сэмпл что-то такое наметилось…

Док задал вопрос по существу:

– А как нам отсюда выбраться?

– Ну, это просто.

Бог ткнул пальцем вниз и описал над землёй круг, потом отступил на два шага – и открылся портал, что-то вроде большой ямы.

– Он перенесёт вас, куда захотите. В любое место, которое только можно представить.

Бог подхватил кошку и поднялся вертикально вверх. Остановившись на высоте футов в двенадцать, он поплыл в воздухе прямо к экрану над озером, а потом просто вошёл в него и превратился в изображение на экране. Доктор Укол предложил ему сигару. Господь Бог принял её с благодарным полупоклоном, и Укол поднёс ему зажигалку.

– Ну что, к Хокингу?

Бог кивнул:

– К Хокингу. Хоть для него время – понятие относительное, но всё равно он, наверное, уже заждался.

И четверо очень разных богов пошли прочь. Крупный план на экране сменился дальним, камера как бы отъехала далеко назад, и стало видно, что боги идут по дороге из жёлтого кирпича.

– Знаете, мне иногда кажется, что Хокинг мудрее всех нас, вместе взятых.

– Но он всего-навсего смертный.

– Вот и я говорю: странно, да?

Голоса богов стихли вдали, и экран медленно опустился в озеро. Одна из монахинь нервно взглянула на Дока:

– Так это правда был Бог?

Док хрипло расхохотался:

– Правда-правда, сестра. Это был Бог. Никакой самозванец не смог бы поставить такой спектакль. Его костюм. Кошка. Английский акцент. Вообще весь антураж. Да, милая, можешь не сомневаться: ты только что встретилась с Господом, Всеблагим и Всемогущим.

Док уже наклонился над ямой портала и смотрел на искрящееся радужное свечение, которое, кажется, протянулось в бесконечность. Он был уверен, что Сэмпл и Джим тоже уже подошли сюда, но когда обернулся, с удивлением обнаружил, что они так и стоят, где стояли, и, судя по бурной жестикуляции, о чём-то яростно спорят. Эйми стояла неподалёку и напряжённо смотрела на них. Док не слышал, что они говорят, но сразу же сообразил, в чём дело. Сэмпл разрывалась между сестрой и Джимом – между долгом и чувством. Поскольку сестры Макферсон были когда-то одним существом, Док понимал, что конфликт неизбежен. Он хотел подойти и сказать своё веское слово, но передумал. Лезть в семейные споры – дело неблагодарное. С другой стороны, время уже поджимало. Большинство монахинь уже покинули Небеса, причём некоторые из них были в таком замешательстве после всех недавних событий, что поснимали свои монашеские плащи и вступили в портал полуголыми, только в трусиках и бюстгальтерах – Док ещё подумал, что это будет весьма провокационное зрелище, когда девицы появятся там, куда они сейчас направляются.

Похоже, спор Джима и Сэмпл зашёл в тупик, и Док подумал, что единственное, что он сейчас сможет сделать, – это попробовать на расстоянии подтолкнуть их к решению.

– Мне не хотелось бы вас прерывать, молодые люди, но нам уже надо решать, куда мы идём, – и идти. Портал скоро закроется.

Джим повернулся к нему:

– Ещё минутку, Док.

– У нас нет минутки. Нам надо идти, пока там ещё есть энергия.

Джим сказал Сэмпл что-то и подбежал к Доку.

– У нас проблема.

– Нам что, было мало проблем?

– Это немного другая проблема. Сэмпл хочет остаться.

Хотя Док уже понял, что к этому шло, он всё равно оглядел разрушенные Небеса в притворном ужасе и изумлении:

– Кто же в здравом уме захочет здесь остаться?! Тут даже бара нет.

– Когда тут всё рушилось – до того, как явился Бог, – Эйми вытащила из неё обещание остаться и помочь ей тут все закрепить.

– Но это же бред. Зачем Сэмпл здесь оставаться? Бог уже стабилизировал это место, и Эйми знает, что так, как здесь было раньше, уже не будет. Если она попытается восстановить Небеса в их изначальном виде, Бог ей устроит все кары небесные, так что мало не покажется.

– Сэмпл дала слово. Она говорит, что не может сейчас бросить Эйми. Что ей надо остаться с сестрой, пока та не встанет на ноги.

– Так какие проблемы, сынок? Мы с тобой отправляемся на Катег-Кла, а Сэмпл присоединится к нам позже. Когда решит, что она уже выполнила все свои родственные обязательства и больше уже никому ничего не должна.

– Боюсь, всё не так просто.

– Это всё из-за того, что они раньше были одним существом?

– Откуда ты знаешь?

– Догадаться несложно.

– Сэмпл говорит, что когда её не было рядом, у Эйми тут всё развалилось.

– И теперь Эйми боится разделиться с сестрой?

– Что-то типа того.

– То есть всё это грозит затянуться?

Джим огорчённо кивнул:

– Очень похоже на то. Я хочу, чтобы мы с Сэмпл были вместе, но я здесь долго не выдержу.

– Если ты тут останешься, с Сэмпл – и с сестрицей Эйми в качестве бесплатного приложения, – то вашей любви хватит максимум на три недели.

77

Бог имеет в виду следующий стих: «И совершу над ними великое мщение наказаниями яростными; и узнают, что Я – Господь, когда совершу над ними Моё мщение».