Руна - Фаулер Кристофер - Страница 48

— Так я и думала. Общение с дурехами всегда возвышает мужчину в его собственных глазах. Ну, а как она изнутри?

— Этого я пока еще не выяснил.

— Гарри, я говорю не о сексе.

— Гарри, она говорит не о сексе! — заверещал интерком. Оказалось, что под натиском Гарри Грэйс убрала палец с кнопки переговорного устройства.

— Хилэри! — прокричал он. — Ты ничего не поняла.

— Ах, значит, я ничего не поняла?! Скажи, Гарри, та машина, что стоит возле дома, это и есть то самое, что тебе выделила фирма?

Снаружи донесся звон разбиваемого стекла, который прорвался даже через динамик интеркома. Гарри бросился к окну, успев заметить лишь, как от удара о лобовое стекло “гранады” вдребезги разлетелась молочная бутылка — точь-в-точь как при торжественной церемонии спуска на воду корабля, — после чего Хилэри на ненадежно-высоких каблуках устремилась навстречу проливному дождю.

Гарри медленно прошел к дивану и уронил голову в ладони.

— Думаю, сейчас самое время вам уйти, — приглушенно пробормотал он сквозь переплетенные пальцы рук. — А то, не ровен час, еще вздумаете поджечь квартиру.

— А у меня есть лучшее предложение. — Ловким движением Грэйс скинула с себя свитер и, опустившись на колени, протиснула свои ладони в его. — В конце концов, мы вполне взрослые и серьезные люди. Давайте в спальне обсудим вашу неспособность поддерживать с людьми нормальные отношения.

Гарри было трудно поверить в то, что даже столь молниеносные перепады ее настроения могут включать в себя подобную трансформацию. И все же еще более невероятной ему показалась та легкость, с которой он откликнулся на ее предложение. Вспомнив об этом позже, он даже спросил ее, не запланировала ли она все это с самого начала. Грэйс уверила его в обратном — на том обсуждение этого вопроса и закончилось. В медленно сгущавшихся сумерках они продолжали обмениваться нежными ласками и томными улыбками, и к тому времени, когда наступил вечер, Грэйс удалось окончательно сбросить с себя бесполое обличье, представ перед Гарри в образе чувственной женщины. Что же касается Гарри, то его сексуальная техника в основном мало чем отличалась от удивленного реагирования, что, впрочем, было обусловлено весьма специфическими обстоятельствами их неожиданного свидания.

Глядя в потолок и обнимая сжавшуюся в комочек Грэйс, Гарри ощущал, как ее дыхание постепенно входит в единый ритм с биением его сердца. Спустя некоторое время зазвонил телефон, но она, продолжая слушать звонок, никак не могла соотнести его с аппаратом — гриб из хромированной стали и плексигласа с приплюснутой шляпкой. Приподнявшись и посмотрев на Гарри, Грэйс поняла, что он продолжает спать, и решила сама снять трубку.

— Гарри, просыпайся. — Она принялась тормошить его. Гарри открыл глаза. — Он хочет поговорить с тобой.

— Кто “он”?

— Брайан Лэк. Похоже, что-то действительно срочное. Гарри тут же сел в постели, выхватил трубку у нее из рук и, даже еще не успев донести ее до уха, услышал голос на другом конце провода:

— ...поговорить с кем-нибудь и решил, что этим человеком должны быть именно вы. Сколько сейчас времени? Половина одиннадцатого? Мы можем встретиться в одиннадцать часов? Вас это устроит? Да, именно сегодня вечером, причем чем скорее, тем лучше... — продолжал тараторить Лэк взволнованным и отчасти обескураженным голосом.

Наконец Гарри решился прервать поток его слов:

— Брайан, что случилось? Вы где сейчас? Дома?

— Нет-нет, домой я пойти не могу, худшего варианта невозможно и представить. Я сейчас в Вест-Энде, у себя в офисе. Идти домой слишком рискованно — пришлось бы пройти такой большой путь, пересечь чуть ли не весь город...

Теперь у Гарри не оставалось ни малейших сомнений в том, что он слышит голос человека, который либо насмерть напуган, либо помешался настолько, что действительно уверовал в существование грозящей его жизни опасности.

— Брайан, ради Бога, прошу вас, говорите помедленнее, вас же совершенно невозможно понять. Хорошо, через полчаса я буду у вас.

— Нет-нет, сюда не приезжайте. Давайте встретимся на каком-нибудь открытом месте, на свету, где горят огни и достаточно безопасно — хотя сейчас я уже нигде не чувствую себя в безопасности. Мне следовало бы еще раньше рассказать кому-нибудь обо всем этом, но разве кто-то в состоянии осмыслить происходящее? Мне никто бы не поверил. Вот почему их план столь совершенен. Дэниел Кармоди не хуже самого правительства осведомлен о происходящем, и к тому же пользуется общенациональной популярностью. На его стороне все законодательные органы. Вы же знаете, что они говорят об этом человеке. Послушать их, так получается, будто он — чуть ли не наглядное свидетельство того, что у капитализма может быть человеческое лицо. Разумеется, мы все верили ему. Ну откуда я мог знать?..

— Что знать, Брайан? Что вы узнали?

— А то, что никакой корпоративной ответственности на самом деле не существует и в помине. Они могут вытворять все, что им взбредет в голову, и за это им абсолютно ничего не будет. Подумаешь, шум в прессе, временное падение курса акций, однако ничего по-настоящему серьезного не произойдет. Даже умереть, как мы с вами, они и то не могут. Они способны убивать, но лишены способности умирать. Обладать властью — значит обрести бессмертие.

— Брайан, говорите, куда мне подъехать. Мы встретимся... подождите секунду. — Прикрыв трубку ладонью, он повернулся к Грэйс: — Хорошо освещенное место неподалеку от Сохо, под открытым небом, откуда можно наблюдать за проходящими людьми.

— Трафальгарская площадь.

— Брайан, я буду ждать вас в центре Трафальгарской площади, там мы обо всем и потолкуем. Ну как, это место вам подходит? На другом конце провода послышался вздох облегчения.

— Подходит, Гарри. Но когда? Как скоро? Ведь меня уже засекли, а потому каждый мой шаг может таить в себе опасность.

— Постараюсь добраться до вас за двадцать минут.

— А вы поверите мне?

— Я постараюсь, Брайан, постараюсь.

Не обращая внимания на протестующие восклицания Грэйс, Гарри уже через три минуты выбежал из квартиры, смахнул рукой осколки, застрявшие в окантовке лобового стекла “Гранады”, и, не обращая внимания на дождь, который хлестал ему в лицо, заливая приборную панель машины, помчался в сторону Вест-Энда.

Глава 28

Честь превыше смерти

Брайан Лэк на несколько секунд остановился под шелестящей листвой платанов, росших на западной стороне площади, и тщательно оценил обстановку. Центр площади вокруг громадных бездействующих фонтанов был пустынен, как, впрочем, и тротуары и лестничные пролеты, спускавшиеся к ним со стороны Национальной галереи. Он стал обходить площадь, стараясь держаться поближе к деревьям и настороженно поглядывая по сторонам. В тот вечер даже заметно поредела постоянно осаждавшая южно-африканское представительство толпа пикетчиков, а у возвышавшейся напротив гранитных фонтанов некогда элегантно оштукатуренной стены “Морли-отеля” маячила лишь горстка студентов да фигура одинокого констебля.

Порыв внезапно налетевшего вечернего ветра обдал своим холодным дыханием спину шагавшего в тени деревьев коммерческого директора. Вздрогнув, он порывисто обернулся, быстро огляделся по сторонам, но ничего подозрительного не заметил. На южной стороне площади стояли вереницей двухэтажные автобусы, которые, словно стадо слонов, терпеливо дожидались переключения светофора. Царившее на площади спокойствие было довольно необычным, хотя в данной ситуации полностью устраивало Брайана Лэка, поскольку существенно снижало вероятность неожиданного нападения. Под ногами сновала стайка намокших под дождем голубей, слетающихся сюда в поисках пищи. Они держали путь к мусорному баку, заполненному упаковками от гамбургеров и воздушной кукурузы. Лысину, прикрытую замысловато уложенными прядями волос, противно покалывало. Он в очередной раз глянул на часы. Гарри давно уже полагалось бы приехать. А может, он ждет его где-то на верхней террасе, глядя оттуда на опустевшую площадь? Ну так окликнул бы его или подал знак рукой, что ли?