Руна - Фаулер Кристофер - Страница 71

Кармоди внимательно всматривался в его лицо, пытаясь оценить реакцию собеседника. “Если я сейчас сорвусь, — подумал Гарри, — то игра будет окончательно проиграна”. А потому он заставил себя улыбнуться.

— В общем-то, я согласен с вашей позицией, — сказал он. — Что и говорить, довольно интересная концепция. Но как именно она работает?

Кармоди еще несколько секунд пристально наблюдал за ним, после чего, явно расслабившись, тоже улыбнулся, и Гарри понял, что только что провел самую успешную в своей жизни презентацию самого себя новому клиенту. Таким образом, он убедил магната в своих добрых намерениях.

— Основная часть работы уже сделана, — проговорил Кармоди. — Все заключается в особенностях рунического алфавита. В сущности, руны представляют собой древний способ отображения окружающего мира. На протяжении веков они окружали нас буквально повсюду, хотя мы об этом даже не догадывались. Между тем простые начертания и конфигурации букв рунического алфавита способны оказывать на нашу жизнь огромное влияние. Будучи спроецированными в нужной последовательности, они могут успокоить либо, наоборот, разъярить человека, превратить нас в жестокого агрессора или же сделать пассивным созерцателем происходящего. Пройдя современную технологическую обработку, руны помогают нам мечтать либо видеть кошмары наяву.

— В настоящий момент вы занимаетесь телекоммуникационным бизнесом. Но разве эта сфера деятельности допускает применение подобных технологий?

— Гарри, Гарри... — Кармоди воздел руки в шутливом отчаянии. — Да скажите мне, что в наше время “допустимо” или “недопустимо” в бизнесе? Например, как оценить промышленный шпионаж? Как отнестись к деятельности табачных картелей, которые печатают на упаковках со своей продукцией предупреждения о вреде курения? Или компаний по производству спиртных напитков, сулящих своим приверженцам роскошную жизнь? Или возьмите страховые компании, которые выплачивают страховки лишь тогда, когда исчерпаны все легальные способы отвертеться от клиента? А что вы скажете про производителей сладких напитков, гамбургеров и прочей так называемой “еды на бегу”? Посмотрите на корпорации, которые охотно используют дешевый труд рабочих-иммигрантов и поддерживают апартеид, или на промышленников, вырубающих целые лесные массивы лишь для того, чтобы на полученной из древесины бумаге печатать буклеты, содержащие заявления о своей приверженности защите окружающей среды. Так где же, Гарри, проходит разграничительная линия между тем, что допустимо, а что нет? Даже у вашего агентства есть свое представительство в Южной Африке. Ну, и где вы сами прочертили бы такую линию?

Сейчас они стояли лицом друг к другу, почти вплотную, и мертвенный взор стеклянного глаза Кармоди был устремлен в одну половину лица Гарри. Гарри поднял руки в знак капитуляции, хотя владевшее им напряжение все еще не прошло. Вместе с тем он испытал некое подобие приятного потрясения, обнаружив в своем противнике страстность, присущую и ему самому.

— Знаете, Гарри, если эти поставщики повседневной лжи смогут погрести нас под тоннами никому не нужных бумаг, при этом загрязняя наше общество своими надуманными идеалами, то нам никогда не удастся достичь желанных целей, а поэтому я склоняюсь к мысли о правильности избранного нами пути. И я уверен, что кому-то нужно взять на себя роль первопроходца.

Он просто не способен замечать ничего другого, подумал Гарри, поскольку попал в ту самую ловушку, имя которой — убежденность в собственной правоте. По его мнению, бизнес функционирует как бы в замкнутом моральном пространстве и не несет никакой ответственности перед простыми людьми. Он берет на себя право осуждать другие компании, хотя в основе этого суждения лежат его собственные интересы. И он будет продолжать убивать, будет поступать по-своему.

Кармоди пододвинул к себе стул и жестом предложил Гарри сделать то же самое.

— Мы живем в век белого шума, — сказал он, — когда все наперебой стараются рекламировать свой товар. Так вот, руны предназначены как раз для того, чтобы прорваться сквозь завесу этого шума. — Он взял горшок с каким-то растением и принялся разглядывать его нежные пестрые листочки. — Если бы вы были ученым, изучающим наши закодированные руны, то могли бы сказать, что их конфигурация возбуждает некие давно забытые синаптические реакции головного мозга. Они как бы оживляют глубоко запрятанные в мозгу примитивные эмоции, действуя подобно наркотику, вызывающему у человека галлюцинации. Они способны вызывать в воображении самые мрачные страхи, нечто такое, что порождает у индивидуума самый настоящий ужас: призраки далекого детства, страх перед падением с высоты, клаустрофобию. Причем подобные ощущения отличаются поразительной реалистичностью, по крайней мере, для тех, кто их испытывает. Кстати, они могут быть запрограммированы таким образом, чтобы это случилось в любое заданное вами время — через пять минут после того, как вы увидите руны, или через пять лет.

Но если бы вы были парапсихологом, то наверняка сказали бы, что руны — это своего рода проклятие, способ покарать жертву, не оставив ей ни малейших надежд на спасение. Иными словами, нечто вроде возвращения дьявола на Землю.

— Но прежде вам необходимо сделать так, чтобы кто-то увидел вашу пленку.

Кармоди коротко хохотнул:

— О нет, Гарри, вы меня совершенно не поняли. Это был лишь наш первый эксперимент. В настоящее время мы можем придать рунам форму некого цифрового кода. Например, вставить их в канву радиосигналов, записать на компакт-диски, вогнать наподобие троянского коня в компьютерные файлы. Мы можем прокручивать их по телефонной и телефаксной сетям, распечатывать и передавать по радио, даже рассеивать в искрящемся пространстве воздушных волн. Существуют тысячи различных способов коммуникации, и мы способны посредством каждого из них донести руны до адресата. Разумеется, мы постоянно совершенствуем само качество направляемых посланий. Долой всякие угрозы смерти деловым конкурентам, долой грубо начертанные на клочках бумаги символы! В настоящее время мы заняты созданием спутниковой сети связи, которая будет воздействовать непосредственно на потребителя. Мы стремимся достичь постепенного, незаметного изменения психологии покупателя, осторожных сдвигов в его личных приоритетах, переоценки ценностей... В общем, вы понимаете, что возможности здесь просто безграничны.

Гарри наконец понял, сколь ничтожно малое место занимает его личность в структуре планов Кармоди, и при этой мысли испытал внезапный страх за безопасность Грэйс — впрочем, как и себя самого.

— Мы используем руны для того, чтобы видоизменить весь мир, — сказал Кармоди, — а это, как вы сами понимаете, налагает на нас громадную ответственность.

— Но это также может привести к созданию на Земле настоящего ада, к изменению всего привычного уклада жизни людей. Ад — это разрушение нашего мира.

— Гарри, ну какой же вы мрачный человек! Никто и не помышляет о том, чтобы разрушить мир — разве что улучшить его.

— Но это неизбежно ставит человека как минимум перед нравственной дилеммой, — заметил Гарри с явным сарказмом в голосе. — Например, если кто-то попросит вас увеличить объем продаж какого-то конкретного продукта. Или лоббисты правительства захотят, чтобы вы убедили избирателей в неподкупности членов кабинета.

Кармоди повернул свое ставшее похожим на маску лицо и пристально посмотрел на Гарри.

— Если бы я хотел вас убить, — проговорил он, — то давно уже мог бы прибегнуть к одному из миллионов имеющихся в моем распоряжении способов. В этом, Гарри, заключена вся суть проблемы. — Внезапно маска словно упала с лица Кармоди, и на нем опять засияла улыбка. — К счастью, я уже успел ознакомиться с вашим послужным списком, а потому уверен, что мы с вами находимся по одну сторону баррикад. Пойдемте, а то остальные гости уже, наверное, гадают, куда это мы с вами запропастились.

Глава 40

Руфус

— Но это же просто возмутительно, — бормотал себе под нос Брайан. — Половина второго ночи. Да разве в моем возрасте занимаются подобными вещами? Мне давно уже следовало бы залезть под одеяло и лежать, почитывая “Холодный дом”. Ну уж нет, в следующий раз пусть поищут кого-нибудь помоложе.