Спанки - Фаулер Кристофер - Страница 52

— Пошел к черту, педик!

— Вспыльчивость, Мартин, отнюдь не расширяет твой словарный запас. Тем не менее я как раз оттуда, и должен сказать, что это было довольно скучное путешествие. Ну да ладно. Теперь же, как мне представляется, нам надо основательно проучить эту сучку, чтобы в следующий раз не вела себя так самоуверенно. Как ты считаешь?

— Мартин, в чем дело? — Лотти тоже проснулась и инстинктивно придвинулась ко мне.

— В настоящий момент он находится прямо здесь, в этой комнате, с нами, — пояснил я.

— Ты должен сказать себе, что он не существует.

— Ну, давай же, Мартин, сделай так, как тебе советует наша маленькая леди. — Исходившее от Спанки свечение становилось все ярче, наполняя собой всю комнату. — Скажи себе, что я не существую.

— Лотти, но я же вижу его. — Я указал на светящуюся фигуру.

— Там никого нет.

Она потянулась к ночнику и щелкнула выключателем. Спанки обошел кровать и остановился рядом с ней.

— В общем здесь и смотреть-то толком не на что. Хотя глазки и в самом деле довольно милые. Пожалуй, я их сохраню. Слушай, давай разрежем ее на части и посмотрим, что у нее внутри тикает, а? — Он похлопал себя по карманам пиджака. — Жаль, что не захватил с собой ножа. Так, а чем еще мы можем развлечься? Давай по-новому разукрасим эту комнатенку, только на сей раз уже покроем все стены потеками крови. Получится почти как у Поллака Джексона, разве что более талантливо.

— Ты, жопа, не смей даже прикасаться к ней! — заорал я, бросаясь на него, однако Спанки успел вовремя отойти от кровати.

— Мартин! Ради Бога, в чем дело?!

Лотти устремила на меня дикий взгляд, похоже, совершенно не понимая, что со мной происходит.

— Кстати, мы могли бы связать ее, а потом проделать с ее телом всякие причудливые штучки-дрючки на сексуальную тему. Давай воспользуемся тем, что есть на кухне. Покажем ей, как нехорошо вмешиваться в чужие дела.

Неожиданно Спанки протянул руку и схватил Лотти за горло, в буквальном смысле слова вздымая ее над кроватью. Она попыталась было закричать, однако у даэмона оказалась слишком сильная хватка. Он же продолжал смотреть на меня, широко улыбаясь своей белозубой улыбкой и почти не обращая внимания на дергавшуюся у него в руке девушку. К .его безукоризненно отглаженному серому костюму не прилипла ни единая ворсинка, а в напомаженной прическе каждый волосок лежал к волоску. Его кошачьи глаза сияли подобно фосфоресцирующим изумрудам — то был цвет возбуждения.

— Но учти, Мартин, что сам я ничего с ней делать н. стану. Это было бы слишком просто. Все это сделаешь ты сам, причем с той самой чудовищной, жестокой силой, о существовании которой ты раньше даже и не подозревал.

Он попытался было свободной рукой ухватить меня волосы, но я изловчился и ускользнул от него.

— Ты мог бы насмерть искусать ее, — прошипел он. Ты будешь кусать ее и кусать, до тех пор пока не разгрызешь ее плоть до костей, пока твои зубы не заскрежещут по ее костям.

Однако теперь я уже находился позади него, и в тот самый момент, когда мои кулаки обрушились на его спину, я словно бы слился с его телом, погрузившись в вязкое, полутвердое вещество. Ощущая болезненное покалывание во всем теле, я как бы пронзил туловище Спанки и оказался рядом с Лотти. Я что было сил пытался оторвать руки Спанки от ее горла, и всякий раз мои пальцы проходили сквозь его ладони. При этом я никак не мог решиться потянуть на себя ее тело. В какой-то момент свободной рукой Спанки попытался было зажать Лотти рот, но она увильнула и с силой укусила его. Более неспособный удерживать на весу ее тело в мешковатом комбинезоне, Спанки ослабил хватку, и мы оба рухнули на пол, уронив при этом стоявший на тумбочке кувшин с водой.

— Что здесь происходит, черт возьми?

В дверях стояла молодая женщина в мятой тенниске с эмблемой “Найк” на груди. Итак, мы все же разбудили соседку. Судорожно глотая воздух и держась за горло, Лотти с трудом переводила дыхание.

— Все в порядке, Сьюзен, — вымолвила она наконец. — Ничего не случилось, иди ложись.

Мне было достаточно одного взгляда, чтобы понять: Спанки бесследно исчез. Женщина окинула меня испепеляющим взглядом и скрылась за дверью, а Лотти откатилась от меня на край кровати, старательно растирая горло. Я с беспомощным видом присел рядом с ней.

— Ты должен уйти, — наконец проговорила она. — Я ничем не могу тебе помочь. Пожалуй, Мартин, тебе действительно следует обратиться к специалисту.

— Но он был здесь, в этой комнате, — продолжал настаивать я. — И только что ушел. Ты не могла не чувствовать, как он вцепился тебе в горло.

— Нет, Мартин. — Лотти покачала головой. — Это был ты, я слышала и видела тебя одного. Ты громогласно разговаривал сам с собой.

Она повернулась в мою сторону, но по-прежнему не решалась поднять на меня глаза.

— Наверное, я ошибалась. Возможно, ты действительно способен на жестокость.

— Лотти, но ведь это вовсе не я напал на тебя, разве ты этого не понимаешь? Я пытался помешать ему, но не смог. Он специально так все подстроил, чтобы ты подумала, будто это я.

— Надо признать, что довольно убедительно у него все это получилось, — проговорила она, откашливаясь. — А ну-ка, покажи мне свои руки.

Я протянул ей свои ладони, и она по очереди осмотрела их. Затем подняла мой правый указательный палец и показала мне.

— Вот след моего укуса, — сказала Лотти, указывая на отметину в виде полумесяца, — Как же так получилось, что ты пронзил его насквозь, и все же я ухитрилась укусить тебя? — Внезапно она заметила еще что-то. — А это что такое?

Я взглянул, куда она указывала — на место сгиба локтевого сустава левой руки. Кожу вокруг вены покрывала сеточка из крохотных синевато-черных отметин. Я вспомнил, что некоторое время чувствовал в этом месте легкое раздражение — именно за эту часть руки даэмон всегда хватал меня, когда стимулировал мою веру в себя.

— Что это за мерзость ты в себя вгоняешь?

— Да нет, это так, ничего... — пробормотал я, с виноватым видом глядя на следы от уколов. — Это так Спанки мне помогает.

— Черт бы тебя побрал, Мартин. Нет, тебе и в самом деле лучше всего уйти.

Я тихонько прикрыл за собой входную дверь и ступил на омытую дождем улицу. Потом оглянулся на окна Лотти, но на сей раз не увидел ее. Итак, Спанки все же удалось основательно напугать девушку. Черт побери, да он нас обоих напугал! Таким образом, я снова оказался в полном одиночестве — ну что ж, в таком состоянии я, по крайней мере, не подвергал опасности других людей.

Я на ходу отвернул рукав и снова осмотрел руку. Отметины были на прежнем месте. Но что же тогда было иллюзией: знакомая хватка его ладони, которая вовсе не походила на укол, или эти синяки? Ответа я не находил. Похоже, под натиском паники логика сдавала свои позиции.

Начинался понедельник. Через двое суток Спанки, если он действительно намеревался остаться на Земле, будет вынужден покинуть тело Уильяма Бомона и переселиться в мое.

А я все еще не придумал, как противостоять ему.

Глава 28

Война

Домой я вернулся, уже готовый к самому худшему, и оно не заставило себя долго ждать.

Спанки снова побывал у меня и, похоже, основательно порезвился, причинив квартире невообразимый ущерб. Меня и раньше обкрадывали, однако на сей раз все выглядело совершенно иначе, явно здесь орудовала не малолетняя шпана.

Стены и окна были заляпаны красной краской, а диван и кресла исполосованы ножом. Они валялись на полу, белея торчавшей из них ватой, похожей на внутренности умирающих млекопитающих, и сочась черной вязкой жидкостью, смахивавшей то ли на патоку, то ли на нефть, растекавшейся по паркету. Он также воспользовался моим собственным утюгом, чтобы пробить дыру в стенке аквариума, и теперь его крохотные и нежные обитатели валялись мертвые в лужах перемешавшейся со стеклом воды. Телевизор и стереосистема превратились в груду пластмассовых обломков и перекрученных электроплат, которые/были разбросаны по всей комнате. Со стены свисали обнесенные провода, змеившиеся по ковру.