Путешествие на Запад. ТОМ IV - Чэн-энь (Чэнъэнь) У - Страница 142

142

У Танского монаха совсем отнялись руки и ноги. Дрожа всем телом, он обхватил правителя и твердил ему одно и то же:

– О государь! Не бойся! Не бойся! Это мой упрямый ученик прибег к своему волшебству! Сейчас он выяснит, где правда, где ложь!

Царевна-оборотень, чувствуя, что дело принимает плохой оборот, вырвалась из рук Сунь У-куна, скинула с себя все одежды, сбросила драгоценные украшения и помчалась в дворцовый сад, в сторону храма, воздвигнутого в честь местного духа. Она вбежала туда и вооружилась короткой дубинкой, похожей на пест. Затем она примчалась обратно, накинулась на Сунь У-куна и начала его колотить. Сунь У-кун смело отражал удары своим железным посохом.

С гиканьем и шумом оба вступили в жаркий бой, прямо тут, в дворцовом саду. Затем, прибегнув к волшебным чарам, они поднялись на воздух и продолжали драться в облаках. Вот, как рассказывается в стихах про этот поединок:

О силе посоха вездеИдет привычная молва,Про золотые ободкиТвердят хвалебные слова.Но про короткую дубинку,По виду схожую с пестом,Никто не слышал, не был с неюИ мудрый праведник знаком.Схватились недруги жестокоОдин – как верный ученик,Здесь очутился по дорогеК хранилищу священных книг.Другой в цветущие долиныТайком спустился с высоты –Все потому, что слишком страстноВластитель почитал цветы.И вот в одну из прошлых весен,Прикрывшись полуночной мглой,Отсюда юную царевнуПохитил оборотень злойИ, в образ девы воплотившись,В покоях пышного дворцаЛюбовью царскою и ласкойСтал наслаждаться без конца.О Танском праведном монахеУзнал заранее злодей,Безбрачного принудить к бракуВозжаждал он в душе своей,Решил подвижника святогоЗавлечь в губительную сеть,Мужскою силой непорочнойСтремясь преступно завладеть.Но зорок Сунь У-кун премудрый!Проникнув во дворцовый зал,Он золотистыми глазамиВмиг любодея распознал,За жертву гнусного обманаВступился, не жалея сил,Чтоб доказать, где ложь, где правда,Чтоб враг пощады запросил.Страшна короткая дубинка,Злодейство совершить грозитИ беспощадно, прямо в темя,Героя нашего разит.Но посох тоже полон силыИ тоже спуску не дает:Наотмашь по свирепой мордеВрага растерянного бьет.Все жарче недруги дерутся,От лютой ярости крича,То отступают друг от друга,То снова рубятся сплеча,И все неистовей ударыГремят в кружащейся пыли,А в небе заклубились тучиИ солнце мглой заволокли.

И вот в небесах разгорелся такой страшный бой, что все жители города пришли в полное смятение, да и во дворце придворные и военачальники трепетали от страха. Танский наставник все время поддерживал правителя под руки, успокаивая его:

– Не тревожься! – говорил он. – Уговори своих государынь и всех остальных, чтобы они не боялись. Ведь царевна – на самом деле оборотень, принявший вид твоей дочери. Вот погоди, мой ученик изловит ее, и ты сам все узнаешь!

Придворные дамы, оказавшиеся похрабрее, подобрали сброшенные оборотнем одежды и украшения, головные шпильки и браслеты и показали царицам.

– Все это было на царевне, – сказали они, – царевна, скинув с себя одежды, вступила в бой с волшебным монахом, и теперь они сражаются в воздухе. Она – самый настоящий злой дух-оборотень.

Постепенно государь и государыня, а также придворные дамы начали понемногу приходить в себя от испуга и принялись смотреть на небо. Но мы пока оставим их.

Вернемся к оборотню и Великому Мудрецу Сунь У-куну, которые вели бой друг с другом. Прошло уже почти полдня, но все еще не видно было, кто из них выйдет победителем. Кинув свой посох вперед, Сунь У-кун крикнул: «Превратись!». Сразу же из одного посоха появилось десять, из десяти – сто, а из ста – тысячи. Они заполнили почти половину небосвода, мелькая, словно извивающиеся змеи. На оборотня со всех сторон посыпались удары, и он стал терять силы. Преобразившись в чистый ветерок, оборотень бросился бежать и умчался в лазоревую бездну небес. Сунь У-кун тотчас же прочел заклинание, от которого все посохи вновь собрались в один, и, оседлав благовещий луч, погнался за оборотнем. Приблизившись к Западным небесным воротам, Сунь У-кун увидел сияние. То были стяги и знамена небесных воинов. Тогда он закричал во всю глотку:

– Эй! Хранители небесных ворот! Держите духа-оборотня! Не выпускайте его!

В это время у ворот находился сам небесный князь – хранитель государств и с ним четыре главных небесных полководца: Пан, Лю, Гоу и Би. Все они тотчас подняли свое оружие и преградили путь оборотню. Оборотню некуда было деваться, он повернул обратно и вновь схватился с Сунь У-куном, пустив в ход свою дубинку.

Вращая посох колесом, Сунь У-кун присмотрелся к дубинке и заметил, что она похожа на пест, которым толкут зерна: на одном ее конце было утолщение, а другой конец был заостренным.

– Эй ты, скотина! – закричал Сунь У-кун. – Что это у тебя за оружие? И как осмеливаешься ты с такой дубинкой выступать против меня, Сунь У-куна? Живо сдавайся! Не то я одним ударом палицы размозжу тебе голову.

– Да ты не знаешь, что у меня за оружие! – скрежеща зубами от ярости, воскликнул оборотень. – Вот послушай, что я тебе расскажу!

Знай: матерьял, из которого сделанаЭта дубинка, что славу стяжала, –Яшма чудесная, яшма бесценнаяЦвета бараньего свежего сала.Сколько веков ее мастер обтачивал,Счесть не под силу и тайной науке:Во времена первозданного хаосаЭто оружье попало мне в руки.Первым добыть мне ее посчастливилось,Мне помогли и коварство и сила.Происхожденье ее – необычное:Высшее небо ее породило.Сосредоточена в ней животворнаяМощь величайшего в мире сиянья –Та, что от солнца с небес растекаетсяПо четырем сторонам мирозданья.Ей, несравненной, не знающей устали,Пять своих сил подарила природа,Духом она благовещим проникнута,Ей не страшна никакая невзгода.И, неразлучен с чудесной дубинкою,Долго средь лунного жил я народца,Долго толок драгоценное снадобьеВозле дворца, что Коричным зовется.Знай, что к цветам я питаю пристрастие,Вот почему я на землю спустился,Краем Небесных бамбуков прельстившийся,В нежную девственницу превратился.В царских палатах живя припеваючи,Только одним я желаньем пылаю:С Танским монахом, почтенным и праведным,Брачный союз заключить я желаю.Так предначертано было заранее,Мне с нареченным сейчас пировать бы,Ты же задумал расстроить мой замысел,Чтобы не праздновать мне этой свадьбы?Дерзостный, ищешь ты собственной гибели,Так приготовься же к смертному бою.Эй, негодяй, оскорбитель непрошеный,Вот я когда рассчитаюсь с тобою!Знай, что оружье давно мое славитсяИ меж нечистыми и меж святыми,Знай, что с дубиною посох не справится,Хоть и с узорами он золотыми.В Лунном дворце Необъятного холодаЭтим оружьем толок я лекарство.Стоит хоть раз прикоснуться им к недругу –Сразу он канет в загробное царство!