Приключения Гринера и Тео - Белякова Евгения Петровна - Страница 20

20

Тео неопределенно хмыкнула.

И было так чудесноБарда песнопеньеЧто поутру никтоНе мучался похмельем!А тот, кто скажет мнеЧто это невозможно —Получит от меняБольшого пенделя!

В наступившей абсолютной тишине Гринер склонился к наставнице и спросил шепотом:

— Я правильно сделал ударение в слове "пенделя"?

— Неважно. — Так же шепотом ответила Тео. — Они прониклись.

Зал наполнили бурные овации.

Глава четвертая,

в которой Гринер въезжает в дом Тео и знакомится с его странными обитателями; также появляется ВРЕДНОМЕТР, правда, ненадолго — а Гринер учится терпению и смелости

Гринер и Тео покинули столицу на следующий же день после Состязания. Талли смахнул несуществующую слезу, услышав о нежелании Гринера остаться и стать его подмастерьем. Дерек уехал несколькими часами раньше, отговорившись делами. Так что Гринер остался со своей наставницей практически наедине. Чем она не преминула воспользоваться, засыпав его вопросами. О детстве, о друзьях и замке, в котором он вырос. Он объяснил, что не всегда рос в замке, что попал туда лет пяти от роду; а вот где и в какой семье жил до этого, помнит очень смутно. Его мать (отца он не помнил совсем) пришла в замок, нанялась там посудомойкой, но всего через два месяца слегла с болезнью легких, от которой и умерла. Выяснив у ученика все, что возможно, о его прошлом, Тео перешла к его навыкам.

— Ты читать умеешь?

— Немного… по складам.

Они ехали по лесу, весенне-свежему; три Двери и пять часов езды, если верить Тео, помогли им преодолеть расстояние, на которое иначе пришлось бы потратить пять дней.

— Ну, у тебя будет возможность попрактиковаться, ученик. Первое время ты будешь только читать. Ну, и еще следить за порядком.

— За порядком где?

— В моем доме. Вернее, усадьбе.

— Она большая? — спросил Гринер.

— Средняя. А писать? Считать?

Юноша ссутулился в седле.

— Пишу плохо. Считаю…

— И то хлеб, — вздохнула Тео. — Еще одна Дверь, и мы почти дома.

Гринер ожидал чего угодно. Но, проехав через огромный фруктовый сад (похоже было, что за ним ухаживали), на небольшом возвышении он увидел окруженное деревьями необычное строение, сочетавшее в себе сразу несколько стилей. Фонтан у парадного входа и вычурная кованая ограда могли принадлежать, скажем, какому-нибудь дворцу. Стрельчатые окна двух башен, да и сами башни, крепкие, толстостенные, возвышающиеся над основным строением, предполагали многомесячную осаду. Два крыла трехэтажного здания, небольшого по сравнению с башнями, были почти сплошь увиты виноградом, как и пристройки по бокам. Словом, «усадьба», как выразилась Тео, напоминала творение безумного архитектора, который сначала решил построить милый и мирный домик, но потом его охватила паранойя и он добавил укреплений. Недавно прошел дождь, лужицы воды стояли между плит, и в них плавали сбитые наземь ветром лепестки вишен из сада. Одна башня была тоньше и выше другой, и даже, подумалось Гринеру, изящнее; Тео указала на нее и сказала:

— Это мое. В смысле — в ту башню не суйся, понял?

— Понял.

— Есть хочешь?

— Очень.

— Тогда сейчас самое время познакомить тебя с подвальником.

— С кем?

Тео заехала в конюшню, пригнув голову, спешилась и принялась расседлывать коня. На вопрос она не ответила, предоставив Гринеру самому догадываться о подробностях. Наконец, коням был насыпан корм, они были насухо вытерты и устроены… Тео повела ученика в кухню.

Гринер нашел, что и внутри здание выглядит весьма… своеобразно. Во-первых, главным помещением тут, в отличие от других домов, в которых бывал Гринер, был не зал, а как раз кухня. Огромная, она занимала почти треть первого этажа; казалось, тут можно жить, ни в чем не нуждаясь: спать (в нише стояла большая кровать, закиданная одеялами и мехами), есть (само собой), пить, греться у здоровенного камина, готовить пищу в нем же, и, как сообщила Тео, читать умную литературу. Для иллюстрации она тут же ткнула пальцем в стопки книг, возвышающиеся над не менее внушительными горами грязной посуды. Все это «богатство» невероятным образом помещалось на столе.

— В моей кухне есть подвал. А там живет Подвальник. Насчет еды — к нему.

Тео присела на корточки рядом с крышкой погреба, откинула ее и крикнула в темноту, куда уходили запыленные ступеньки:

— Эй! Окорок кусок помельче, полкруга сыра и маринованного лука!

Снизу послышалось шебуршание, и вдруг, совершенно неожиданно для Гринера, из погреба вылетели продукты — Тео ловко подхватила их прямо в воздухе, встала толкнула ногой крышку, закрывая ее.

— Главное в этом деле, — невозмутимо сказала она, — это не просить больше двух-трех штук чего-нибудь за раз, а то не сможешь ухватить. Хлеб в мешке висит вон там на гвозде. Садись, ешь.

Гринер решил ничему не удивляться, послушно сел за стол, расчистив себе место. Тео выложила еду перед ним. Села напротив, закурила.

— Угощайся. Еще должна предупредить — у меня по дому бродят доспехи.

Гринер не подавился только потому, что не успел ничего положить в рот.

— Там внутри сидит старый призрак. Безвредный, в общем, только если не начнет рассказывать про свое славное военное прошлое. Тогда — отговаривайся чем хочешь, но сбегай. Портреты на втором этаже, в галерее — плюются. Результат неудачного магического эксперимента уже известного тебе Дерека. Еще один результат — зеленые мыши, три штуки… по-моему, — пробормотала она себе под нос, — разумные, сволочи… Ну и, наконец, и это уже не эксперимент, а вполне специально сделано — в мою комнату хода нет. В прямом смысле слова. Так что найти даже и не пытайся.

— Да я… — Гринер попытался изобразить возмущение, но это было довольно сложно — учитывая его довольное и сытое лицо.

— Не напрягайся, просто предупреждаю. Поел? Прекрасно. Пора приступать к ученическим обязанностям.

Гринер удивленно посмотрел на крошки перед собой. И впрямь, не заметил, как съел все подчистую. Потом глянул на заставленный посудой и заваленный книгами стол.

— Начнешь с посуды или книг? — ехидно спросила магичка, закидывая дрова в камин.

— А у меня есть выбор? — грустно ответил вопросом на вопрос Гринер, подцепляя пальцем чашку с намалеванным на ней звериным оскалом. И тут же пожалел об этом — нет, не о философском отношении к жизни, а о том, что взялся, как оказалось, за чужое. Чашка дрогнула в его руке, морда на ней ощерилась, показывая зубы, и противно проскрежетала:

— Что лапаешь? Поставь на место!

Юноша послушался и тут же спрятал руки за спину.

— Это моя чашка, — объяснила Тео. — Знаешь… посуду я сама вымою, а ты пока можешь пролистать… вон, сверху том — "Описание монстров". Это тебя взбодрит. А то что-то ты кислый.

Гринер спорить не стал, боязливо придвинулся к книгам. Краем глаза он наблюдал, как Тео, размахивая руками, отправляет всю посуду по воздуху к большой бадье в углу. Он уже приготовился к тому, что и остальные этапы мойки пройдут не менее волшебно, но Тео просто засучила рукава, взбила мыльную пену, и, став к нему спиной, принялась напевать и наводить чистоту.

Он открыл первую страницу книги. Украшенное виньетками название… пока ничего особенного. Первая страница: «Алаастор», полу-вепрь, полу-козел… водится в… Похоже, тут чудища в алфавитном порядке. Ну-ка… Гринер пролистал чуть вперед, ища букву "В".

"Вьялла", или «Ваала», оно же «Жрущее». Двоеполо-цикличное существо, питающееся, в зависимости от цикла, противоположным видом сексуальной энергии"

У Гринера покраснели уши, но он продолжал читать:

"В фазе мужчины вьялла заманивает жертв-женщин, в фазе женщины, соответственно, мужчин. Первые несколько циклов предпочитает селиться в заброшенных домах, складах, замках и пр., поскольку ее еще легко одолеть. Пройдя через 12 фаз (в срок от месяца и менее), вьялла достигает огромных размеров и может «потреблять» до трех человек зараз. После пяти недель с начала цикла оно уже не таится, но и победить его довольно сложно"