Приключения Гринера и Тео - Белякова Евгения Петровна - Страница 25

— Ах, да, серебро… — Тео вернулась в настоящее. — Я займусь этим, у меня есть знакомые мастера-старатели, которым сейчас очень не помешает работа. Так что недели через три ты сможешь забрать первые партии, из, скажем… ***, пойдет?

— Это же у демона на рогах, — нахмурился король.

— А ты думаешь, никто не станет выяснять, откуда у тебя деньги взялись? Эта шайка вечно голодных, охочих до власти гиен сразу начнет вынюхивать… Кстати, о еде — я зверски хочу…

— Сейчас прикажу, чтобы принесли ужин. Ты что будешь? — Дориан встал с постели.

— Все! — кровожадно вращая глазами, ответила Тео. Они засмеялись, и король вышел. Тео сполоснула руки в тазике.

— Это отсрочит войну, но надолго мы ее не избежим, — пробормотала она. — Ну хоть так…

Когда король вернулся, она продолжила свою речь.

— Там, в ***, есть еще одни заброшенные разработки, но на этот раз — на нашей территории. Так что все должны будут думать, будто серебро тебе везут оттуда. Поставим небольшой поселок, наймем людей, пусть ходят туда-сюда…

— А молчать их ты как заставишь? Заколдуешь?

— А хотя бы и так. Утром они будут находить в штольне груды серебра, а верить, что сами выковыряли его из горы. По-моему, придумано славно!

Оба засмеялись. Тео продолжила:

— Мастера — люди хорошие, честные, но понятия не имеют, где именно пролегают какие-то там границы. Тем более что работа там — это хлеб для их семей. Думаешь, они будут возмущаться, даже если узнают?

— Тебе видней. — Дориан потер глаза кулаками. — Я сейчас или умру, или засну.

— Поешь сначала. И ни о чем не беспокойся.

Молодой король, заслышав возню в кабинете, вышел и вернулся с подносом, полным еды. Снова упал на кровать.

— Мы не сможем отсрочить эту войну надолго… — сонным голосом сказал он. — Но на год-два, думаю… — и захрапел.

— Прямо мои слова, — усмехнулась Тео, отрывая полоску мяса. Сделала глоток вина и посмотрела на короля, спящего глубоким сном. — Бедняга.

Тео вернулась домой поздно вечером. Прошла темным садом, любуясь на яркие звезды, слушая песню соловья, и ощущая приятную усталость. Самое главное сделано — теперь дело только за временем.

На кухне горел свет. Магичка пренебрегла приличиями и парадной дверью, влезла в окно, отмахиваясь от мотыльков, слетевшихся со всего сада к масляной лампе. Дерек сидел, развалясь, на стуле, и пил чай, листая какой-то фолиант.

— Я сейчас сдохну, — довольным голосом сообщила Тео, усаживаясь рядом с другом и скидывая сапоги. Маг тут же отложил труд некоего философа, умершего почти сто лет назад, и заботливо принялся массировать ступни магичке.

— Не торопись, вокруг еще столько интересного… У тебя все хорошо?

— Лучше не бывает, — сообщила Тео и отхлебнула чай из дерековой кружки. — Я все устроила. А как у тебя?

— Тоже. Шарон некоторое время будет занят другими проблемами.

— Замечательно… — Тео довольно выдохнула, и сползла на стуле, блаженно щурясь. — Ох, и пятки тоже… ох.

Полено в камине треснуло, распалось на две половинки, и Тео обернулась на звук; тут же скрипнула дверь. В кухню вошел Гринер с пучком трав в руках.

— Вот, Дерек, я не уверен, что… — начал юноша, но, увидев Тео, замолк.

— Что… — магичка сквозь зубы зашипела, косясь на Дерека. — Что он тут делает?!

— Он вернулся. — улыбнулся маг.

— Я вернулся! — подтвердил Гринер, смело делая шаг вперед.

— Я вижу! — Тео попыталась встать, но ноги ее лежали на коленях у Дерека. — Может, потрудишься объяснить, зачем ты вообще уходил, ученик?!

— Гулял. — Гринер, справившись с удивлением, пожал плечами и стал как ни в чем не бывало раскладывать травки на тряпице у камина. — Дерек, вот эту класть?

Он показал Черному магу засушенный стебелек с фиолетовым цветком.

— Да, — кивнул Дерек. — Это аспорея.

Гринер кинул стебелек в кипящую на огне воду.

Тео тем временем переводила взгляд с одного на другого. "Так быстро?" — мысленно спросила она у Дерека, глаза которого искрились смехом. Он ответил: "Да. Не веришь — проверь его еще раз".

— А кто тебе разрешил брать мои запасы?!

Глядя на Тео, можно было предположить, что она сейчас сорвется с места и кинется макать ученика головой в котел. Но Гринер и бровью не повел.

— Дерек разрешил. Он, кстати, и предложил приготовить укрепляющий отвар, к тому времени как вы вернетесь. Почти готово.

Тео разом сменила выражение лица: с озлобленно-раздраженного на спокойное и даже умиротворенное.

— Хм…хм… — сказала она. — Дер, раз уж ты взялся за массаж, может останешься на ночь и помнешь меня в других, не менее усталых местах?

— Весьма охотно, — подмигнул Дерек. — Но… разве ты не помирала минут пять назад?

— А я выпью укрепляющий отвар. — Она показала ему язык и повернулась к ученику. — Бьюсь об заклад, ты не сам додумался, тебе помогли. У тебя мозгов бы не хватило.

Гринер пропустил шпильку мимо ушей, помешал осиновой ложкой варево.

— Хотя результатом я довольна. Ну что там, готово уже?

Выпив снадобье, Тео заметно приободрилась, даже потрепала Гринера по шевелюре, и наказала идти спать.

— Я не настаиваю, но завтра подниму тебя на рассвете. Надо бы собрать кое-какие травы и…

— Я хотел бы завтра отдохнуть, сходить в деревню.

Тео и Дерек переглянулись, потом оба захохотали.

— Хорошо, ученик, завтра у тебя выходной. Но послезавтра… А тебя, Дерек, я попрошу отнести меня в кровать, потому что ноги меня все-таки не держат. Двенадцать Прыжков за полтора дня, такого у меня не было даже во время восстания гладиаторов в Араханде.

Ну вот, подумал Гринер, все хорошо, что хорошо заканчивается. Завтра он пойдет в деревню, познакомится там с симпатичной девушкой, потанцует с ней… И Тео вроде довольна, и совсем уже не сердится. Кстати, он заметил, что когда она только изображает гнев, то выражение ее глаз чуть отличается от того, когда она действительно выходит из себя. Что-то лукавое появляется в них. Но видимое только если приглядеться, заглянуть в самую их глубину, темную, с янтарной искрой, и черный зрачок…

— Эй, парень… — позвала Тео.

Гринер, очнувшись от дум, вскинул голову. Дерек стоял в дверях, высокий, наполовину в тени, словно готовясь раствориться во тьме; на руках держал Тео, а она обнимала его за шею, и мягко улыбалась.

— Завтра, перед тем, как уходить в деревню, разбуди меня, хорошо? — попросила Тео. — Мы с тобой вместе разобьем вреднометр. Все равно он теперь без надобности.

Глава пятая,

На деревянном крыльце сидели: Тео, серый маг непонятно какой категории, женщина весьма загадочного нрава, который ее недруги предпочитали называть «сумбурным» и «скандальным» и Гринер, юноша пятнадцати лет, обширного, хоть и пока поверхностного ума, и приятной наружности.

Они чистили орехи, и пальцы у них были коричневые. Кожура летела во все стороны, очищенные орехи — в корзину шагах в семи от крыльца. Тео промахивалась чаще, возможно, потому, что не особенно старалась попасть. Ни один из них не пытался встать и подвинуть корзину поближе.

— Вот ты у меня пятый, — с ленцой в голосе произнесла Тео, отправляя очередной орех в полет, — а я все не перестаю удивляться вашей неаккуратности. Носки по всему дому, мусор не выносится, обувь не чищена, а вчера я до двух ночи чинила камин, который по твоей милости был забит сажей и Боги знают чем еще.

Она почесала нос, отчего он тоже стал коричневым, и добавила со вздохом:

— Ученики…

— Могли бы магией починить, — буркнул Гринер, косясь на нос наставницы, и раздумывая, сказать о пятне или нет. Потом решил, что все равно уже поздно, и смолчал.