Приключения Гринера и Тео - Белякова Евгения Петровна - Страница 5

Гринер, воспользовавшись тишиной, решил подумать. Это так редко удавалось сделать в последнее время; Гринер наморщил лоб и стал перебирать в памяти недавние события. Первое — он напросился в ученики к, как он думал, воительнице. Это хорошо. Но она оказалась магом. Это, что называется, кот в мешке — но и это лучше, чем торчать в таверне у Барбюса. Тео, несмотря на свои странные и непривычные манеры, внушала Гринеру доверие. Она не была похожа ни на одну из женщин, что он знал — не было в ней жеманства и томности знатных дам, но и на прямодушных крестьянских простушек она не походила. Правда, иногда она вела себя совсем не как женщина, ну, обычная женщина — но на то она и наемница. То есть маг. А вообще, успокаивал Гринер свою взбудораженную опрометчивым поступком совесть, приключения — это же хорошо! Сколько можно безвылазно сидеть на одном месте?

Через час, на неприметном лугу посреди леса Гринер стал свидетелем первой в своей жизни магии. Не то чтобы она совсем не впечатлила его, но, признаться честно, он внутренне был готов ко всему. И ждал — боялся моргать, во все глаза глядя на Тео с Дереком. Талли, видимо, уже путешествовавший таким образом, не выказывал и тени заинтересованности, дергая струны лютни, пока маги тихо переговаривались, спешившись и отойдя в сторонку. Кони щипали травку под ногами, недовольно фыркая на Гринера, держащего их под узду.

Наконец, Тео хлопнула в ладоши и поманила к себе своего жеребца. Тот, косо глянув на Гринера, пошел к ней, как хорошо выдрессированная собака.

— Готово, — объявила магичка. — Дерек откроет, а мы все туда заедем. Верхом, разумеется. Ученик, садись позади меня и держись крепче. Талли?

Бард спрятал лютню в чехол и кивнул.

Все расселись по коням; Дерек, от которого Гринер ждал таинственных пассов и распевных заклинаний, только головой мотнул. Вроде бы ничего не произошло; но потом Гринер заметил, что воздух перед ними, шагах в десяти, колеблется. Еле заметно, но магам, видно, этого было достаточно. Юноша крепче вцепился в пояс наставницы, и широко распахнул глаза, не желая пропустить самое интересное. Тео легонько тронула каблуками бока коня — тот с места, в несколько прыжков преодолел расстояние до «двери» и прыгнул.

Миг абсолютной черноты, показавшейся Гринеру вечностью, бесконечного нигде и ничто — и они выскочили в солнечный свет. Юноша огляделся — лужайки не было и в помине — кругом колыхались высокие травы, бескрайним морем уходя вдаль, к высоким холмам. Тео отвела коня в сторонку, освобождая место для появившегося из портала барда. Через пару секунд из ниоткуда выскочил Дерек на своем чалом.

— Ну как? — поинтересовалась Тео у ученика.

— Здорово… — шепнул он, не желая признаваться, что ждал чего-то более яркого и впечатляющего.

— Мне и самой нравится. Через час будем на месте. Нам туда, — она кивнула на макушки холмов. — С вершины ты уже сможешь увидеть реку, и город… Бывал в столице?

— Нет… я вообще нигде, кроме… — начал Гринер.

— Вот и славно.

Тео расцепила судорожно сжимавшие ее поперек талии руки ученика и фыркнула.

Гринер и вправду никогда не был в столице, но слышал, что зрелище это стоящее. Поговаривали, что давным-давно Тэниел строили маги, а это означало всякие чудеса: водопровод, канализацию, фонтаны и мостовые. Не каждый город мог похвастаться такой роскошью, а если конкретно, то только четыре. Еще Тэниел был огромен — так говорили в замке. И сказочно красив.

В чем-то они были правы, но "сказочная красота" города давно уже была в прошлом — Гильдии Садовников и Подметальщиков переживали не лучшие времена, и за чистотой следили спустя рукава. Часть фонтанов давно не работала, водопровод обслуживался только в центральной части города, а некоторые особо прозорливые граждане поговаривали, что еще лет двадцать — и все эти волшебные штучки развалятся на части, потому что некому их чинить и обновлять, маги то ушли.

Но, как бы то ни было, столица все равно произвела на Гринера ошеломляющее впечатление. Когда в пятом часу он въехал на холм, возвышающийся на западе от города, и увидел Тэниел, лежащий в низине, вдоль реки Тегерры, такой огромный и сверкающий, он даже рот приоткрыл.

— Да уж, велик и прекрасен, что тут говорить, — прочувствованно произнес Таллиесин, с таким лицом, словно сам строил город, или по крайней мере ему принадлежала его большая часть. — Давно собираюсь описать его в поэме, да все достойных эпитетов не подберу.

— А ты сходи как-нибудь в портовый район, мигом найдешь там эпитеты. Самые различные, — съязвила Тео, но, видя, что Гринер уже готов разочароваться, хлопнула ученика по плечу. — Не расстраивайся, юноша. В недостатках тоже есть определенная прелесть. Я, пожалуй, любила бы этот город меньше, если бы он был безукоризненным… Напомни мне, чтобы я показала тебе Площадь Трех Фонтанов.

— От гостиницы, где я обычно останавливаюсь, до нее каких-то пять кварталов. "Куриная гузка", хоть и небольшая гостиница, но кормят там божественно и клопов нет. Так что — рекомендую.

Сообщив это, бард тоже похлопал Гринера по плечу и шагом направил коня вниз по пологому склону. Он уже мог никуда не спешить — как он утром объяснил Гринеру, хоть начало Состязания и назначено на сегодня на восемь вечера, но как всегда, все опоздают, потом будут выяснять очередность выступлений, потом поднимать тосты, потом пить и высыпаться после гулянки, так что в лучшем случае "раскачаются только к завтрашнему". Когда Гринер спросил, зачем тогда нужна была эта спешка и помощь магов, Талли, заговорщически улыбаясь, шепотом сообщил, что магов нужно время от времени подстегивать, чтобы не забывали о дружбе и ее ценностях. Сами маги этого разговора, по счастью, не слышали. Вроде бы.

Меньше чем через час Гринер въехал в ворота столицы. Огромные ворота, даже больше, чем в замке, где он жил; стены из серого тесаного камня тоже произвели на него впечатление. Было ясно, что город вполне может выдержать долгую осаду, правда, отдав на милость нападающих бедные кварталы у городских стен. От самых ворот начиналась та самая мостовая, из разноцветных булыжников, о которой Гринер знал из рассказов путешественников. Дома поражали своей высотой — некоторые в три этажа! — но Тео сказала, что это еще не предел. В городе есть и пятиэтажные дома, например, Ратуша или Королевский Банк, а в городе Будере так и вовсе целый квартал, состоящий почти из одних башен в двадцать ярдов высотой, правда, заброшенный. Гринер вертел головой ровно до того момента, пока Тео почти силком не потащила его за собой в проулок, выходящий на небольшую уютную площадь. Посередине красовался фонтан, его окружали несколько клумб; дома обступили его столь тесно, что, казалось, они тянутся ближе к воде. Хозяин кафе выставил на тротуар под навес несколько столиков и табуреток, и места стало еще меньше, но, возможно, за счет этой тесноты и достигалось ощущение уюта. Двое магов и бард направились к зданию темно-серого камня с вывеской "Куриная гузка", и Гринер понял, что цель их путешествия (по крайней мере, первоначальная) достигнута.

— Надеюсь, ты понимаешь, что не стоит распространяться о том, кто мы… — прошептала Тео на ухо Гринеру, когда он, спешившись по примеру старших товарищей, заводил своего коня через калитку на задний двор гостиницы. — Это может вызвать нежелательные толки… Для всех остальных я и мой друг Дерек — просто наемники, охраняющие драгоценную персону барда, ясно?

— Ясно, — кивнул Гринер, чего тут неясного, он ведь не дурак. Но на всякий случай уточнил, — А кто тогда я?

— А ты — мой ученик.

"Вот здорово", — подумал юноша, — "Так, получается, я все-таки стал учеником воина, пусть и только на словах. А, впрочем, почему на словах? Не для виду же она с собой меч таскает…"

Кормили в «Гузке» и впрямь отменно, бард не обманул. Хозяйка гостиницы, завидев старого клиента, от радости вся засветилась и приказала подать все самое лучшее, не желая ударить в грязь лицом перед знаменитостью. Маги кормежку оценили, пожелали процветания мисс Келеен (так звали обаятельную хозяйку) и, отговорившись делами, покинули «Гузку», наказав Гринеру как следует погулять по городу, чтобы было в будущем что вспомнить. Бард проводил юношу до главной улицы, пересекающей город, и, объяснив, что должен повидаться со своими собратьями по цеху, тоже удалился. Гринер оказался предоставлен сам себе, один в огромном городе; под рубахой кошель с пятью серебряными монетами, которые ему вручила перед уходом Тео, а в голове множество интереснейших планов.