Ирландская принцесса - Фетцер Эми - Страница 63

Принцесса положила голову на подоконник и грустно вздохнула. Гэлан отправился на перехват, он хотел окружить О'Нила, когда тот начнет атаковать Клох-Бэйнтрих. План казался ей слишком рискованным, хотя Пендрагон располагал большой, хорошо обученной и преданной ему армией. Он оставил здесь для охраны маленький отряд. Этот замок нельзя было даже назвать настоящей крепостью — без оборонительного вала и рва с водой его каменные стены могли защитить разве что от непогоды. Собственно говоря, он и был прибежищем для немногих семей, промышлявших здесь рыбной ловлей. Берег был так крут и неприступен, что никакому внешнему врагу не приходило в голову начинать атаку с этой стороны.

— Он вернется через несколько часов, Сиобейн. Тебе следовало бы отдохнуть и быть готовой принять его как положено.

— Я уже выспалась, — улыбнулась принцесса и повернулась к Фионе. — Почему бы тебе не составить компанию Конналу?

Фиона растерянно замигала и потупилась.

— Ты не боишься доверить мне своего сына?

— С какой стати?

Взгляд Фионы красноречиво говорил о том позоре и одиночестве, которые мучили ее столько лет.

— Я не заседала с теми старейшинами, что осудили тебя на изгнание, Фиона. Но все равно прости меня за невольное соучастие. Единственное мое оправдание в том, что я считала тебя участницей заговора. Ты помогла усыпить и выкрасть меня, хотя отлично знала, что я должна была стать женой Тайгерана.

— Я полагала, что ты хотела быть женой Йэна.

— Нет — если за это пришлось бы платить чужими жизнями!

— Я знала, клянусь, я знала это сама, но он был так убедителен…

— Да, он всегда был обаятельным парнем!

— Магуайр? — возмутилась Фиона. — Я не прощу его никогда!

— Ты вольна поступать как хочешь, сестра, но тебе вовсе ни к чему и дальше жить в одиночестве. — Сиобейн наклонилась, стараясь заглянуть Фионе в лицо. — У тебя есть семья, которая не откажется от тебя!

Чародейка со слезами на глазах посмотрела на Сиобейн. А та крепко обняла ее и сказала:

— Добро пожаловать домой, сестра!

Фиона опустила голову на плечо Сиобейн и зажмурилась, не обращая внимания на застывшего на пороге Йэна. Его широкие плечи поникли под грузом вины.

Дверь с шумом распахнулась, и принцесса схватила меч, оставленный Гэланом.

— Он идет сюда!

Сиобейн узнала голос Фионы и переспросила:

— Гэлан?

— Нет! — задыхаясь, выпалила чародейка. — О'Нил со своей армией!

Сиобейн кубарем слетела с кровати и приникла к окну.

— Пресвятая Дева! — вырвалось у нее при виде сотен вооруженных всадников, приближавшихся к их жалкому убежищу. Факелы в их руках пылали, как адские огни. На ветру развевались знамена — поддельные знамена с гербом ее мужа.

— Но… ведь Гэлан ждет его на западе!

А их всех вырежут здесь. Пока лорд Донегол будет мчаться на помощь замку, которому никто не угрожает.

— Так я и знал, что этим кончится! — бормотал Йэн, поспешно вооружаясь. Он снял со стены старинный лук.

— Ты не сможешь остановить его в одиночку с горсткой людей!

— А что ты предлагаешь, Сиобейн? Отворить ворота и пригласить его в гости? — Йэн укоризненно глянул на нее, пробуя на прочность лук и отдавая распоряжения своему оруженосцу. — Ему не нужна эта крепость — ему нужно расправиться с нами, оставив в живых заложников, с помощью которых он надеется одолеть Пендрагона. — На привлекательном лице молодого вождя отразился страх, терзавший и Сиобейн. Им не вырваться из этой мышеловки. — Мы можем лишь тянуть время и молиться, чтобы Гэлан вовремя понял свою ошибку и вернулся.

Оба понимали, что в любом случае времени потребуется слишком много, и Сиобейн с трудом подавила рвавшийся из груди отчаянный крик.

— Собери детей и женщин и запрись в башне, — сказал Йэн, и она, послушно кивнув, взяла за руку Коннала и повела его наверх.

Йэн подошел к бойнице и стал следить за приближением вражеской армии.

В его ушах раздался вкрадчивый голос, предназначенный только для него:

— Попроси меня, и я прибегну к своему искусству, чтобы защитить нас, Магуайр! Но ты должен хорошенько попросить!

Ибо только тогда, когда речь идет о других, сможет она пустить в ход свои чары. И никогда — ради себя. Совет чародеев вообще запретил ей заниматься магией. Но чтобы спасти своих близких, она сумеет преодолеть запрет — пусть даже расплата будет слишком жестокой.

Йэн, не поворачивая головы, произнес:

— Никогда в жизни я больше не стану просить тебя, Фиона!

— Даже ради спасения их жизней?

— Даже ради спасения собственной жизни!

— Тогда ты не оставляешь мне выбора!

Йэн не выдержал и обернулся, но увидел лишь голубую сойку, метнувшуюся ему прямо в лицо. Он отшатнулся, и птица легко выпорхнула из амбразуры.

В сопровождении свиты из самых рослых и искусных воинов он объезжал строй своих воинов, наслаждаясь подвластной ему мощью. Синее знамя с белой косой чертой громко хлопало на ветру.

— Сэр, — окликнул его капитан, подъезжая сбоку, — мы заблудились! Клох-Бэйнтрих…

— Я без тебя знаю, что это не тот замок! — раздраженно рявкнул он. — Пусть король сам разбирается с Магуайром!

Клох-Бэйнтрих, или «Каменная Вдова», не играл сейчас никакой роли. Тем более что Пендрагон думает только, как найти Сиобейн, и разбросал свою хваленую армию по всей провинции. Важно не пропустить момент, когда твой враг ослаблен! Ему никто не помешает занять парочку стратегически важных крепостей: вначале эту, потом еще одну, возле Слиго, — и побережье окажется под его контролем.

Он уже предвкушал, как провозгласит себя хозяином в этих краях, и это приятно будоражило его кровь.

Он сделал весьма удачный ход, натравив Пендрагона на Йэна. Йэн сам напросился, отказавшись дать присягу. Дурак, неудачник! Он больше не будет откладывать расплату с этим английским ублюдком. Сначала рассчитается с ним, а потом без помех прикончит выродка, которого она объявила сыном его брата.

Он решительно надел на голову шлем, в точности повторявший шлем Пендрагона.

— Сдавайтесь — или погибнете! — выкрикнул он, мастерски изображая английский акцент.

Ответом ему была тишина.

Он махнул рукой, и воины опустили факелы, поджигая землю вокруг замка. Огонь жадно взревел, поглощая сухую траву и кусты. Кони нервно фыркали и переступали копытами, испуганные запахом дыма.

Так всегда поступал Пендрагон — первым делом предавал огню ту землю, которую собирался завоевать.

Неожиданно огонь потух, задушенный клубами густого синего тумана. Тогда он отдал приказ лучникам приготовиться.

На парапете показалась чья-то фигура.

Он запрокинул голову и чуть не вывалился из седла. Сиобейн!

Пряча свою растерянность под забралом, он молча хлопал глазами. Не может быть! Она же мертва! Она не могла выжить! Прилив в тот день был достаточно высок, и он сам убедился, что каменный пол не выдержит ее тяжести. Ей просто некуда было деваться! Тем временем туман становился все гуще и поднимался все выше, скрывая цитадель и оборонительные башни. Ну, Лохлэнна не запугаешь каким-то там облаком!

— Ломайте ворота!

Воины приготовились ломать тяжелые створки заранее припасенным огромным бревном.

Внезапно ворота открылись, и из них выехал одинокий всадник — как будто собирался пригласить в замок гостя.

Лохлэнн удивился, узнав своего противника.

— Ты собрался уничтожить нас всех, Пендрагон? — спросил Йэн, старательно делая вид, что обманут нелепым маскарадом. — Ты видишь — мы беззащитны!

— Тогда сложите оружие и сдавайтесь!

— Нет!

О'Нил неожиданно послал коня вперед и сунул меч Йэну под горло:

— Сдавайся и верни мне мою жену!

Магуайр опешил. Откуда он знает, что Сиобейн прячется здесь?

— Что ей здесь делать? Вы поссорились, и она сбежала?

— Выдай мне эту сучку!

— Не думаю, что соглашусь с этим, вождь! — прозвучал глубокий низкий голос.

Лохлэнн резко обернулся.

Невесть откуда взявшийся рыцарь с мечом наголо сдернул шлем и презрительно отбросил его в сторону.