Планета призраков - Бушков Александр Александрович - Страница 111

5

Сокращение от «Верховный трибунал святой инквизиции», по-испански Supremo Tribunal de la Santa Inquisicion.

[Закрыть]

еще в 1538 году советовал своим отделениям: инквизиторы не должны верить всему, что содержится в «Молоте ведьм», даже если автор «пишет об этом как о чем-то, что он сам видел и рассматривал, ибо природа этих дел такова, что он мог ошибаться, как и многие другие», или что филиал римской инквизиции в Миланском герцогстве противостоял местной панике, приведшей в 1580 году в миланские тюрьмы 17 ведьм. Девять из них были оправданы по всем статьям обвинения, еще пять - освобождены после принесения клятвы, одна из них полностью признала свою вину, а две сделали частичные признания - но даже и эти три отделались незначительными наказаниями».

Еще один современный американский историк: «Последние исследования показывают, что инквизиторы были более проницательными психологами, нежели светские судьи, и оказывались вполне способными прийти к корректному - а зачастую и снисходительному - приговору. В целом они, в отличие от светских судей, почти не полагались на пытку, чтобы убедиться в истинности утверждений обвиняемых… В отличие от светского судопроизводства того времени, суды инквизиции работали обычно медленно и кропотливо. Поскольку инквизиторы в меньшей степени заботились о том, чтобы установить факт совершения преступления - ереси, богохульства, магии и так далее, - но, скорее, стремились понять намерения людей, сказавших или сделавших подобное, они главным образом различали раскаявшихся и нераскаявшихся грешников, согрешив ших случайно или намеренно, мошенников и дураков. В отличие от многих светских судов уголовных раннего Нового времени, инквизиторы мало полагались на пытку как на средство установления истины в сложных и неясных обстоятельствах. Они предпочитали подвергнуть подозреваемого многократному перекрестному допросу, проявляя подчас удивительную психологическую тонкость, чтобы разобраться не только в его словах и действиях, но и в его мотивах. Инквизиторы были вполне способны рекомендовать светским властям, которые только и могли предать казни нераскаявшегося еретика, применить смертную казнь, и сами вынесли много суровых приговоров. Однако в основном инквизиторы просто предписывали покаяние различной продолжительности и интенсивности. Их культура была культурой стыда, а не насилия».

Стоит добавить, что порой случались ситуации прямо-таки анекдотические… В 1541 году в славном городе Лиссабоне объявился папский легат, то есть личный посланник, Хуан Перес де Сааведра и предъявил папские буллы с печатями, предписывающие ему проверить деятельность местной инквизиции и решить, работать ей дальше или самоликвидироваться.

Вел себя легат, правда, как-то странновато: чуть ли не в открытую баловался алхимией и искал эликсир бессмертия, для чего принялся скупать из-под полы ноги повешенных, ногти висельников, дохлых кошек и прочий научный материал. Но местные отцы-инквизиторы не усмотрели тут особого криминала: увы, подобные забавы в то время были в большой моде…

Повторилась история с Хлестаковым. Папскому посланнику устраивали банкеты, дарили подарки, возили по стране. Тут же, как легко догадаться, к нему потянулся народец со взятками, которые легат благосклонно принимал - так что в короткий срок собрал 260 000 золотых…

Но тут из соседней Испании прибыли сотрудники тамошней Супремо , без церемоний заехали «легату» в ухо и повязали, как пучок редиски. Оказалось, никакой это не папский посланец, а обыкновенный аферист с несомненными способностями к изящным искусствам - поскольку собственноручно изготовил все папские буллы с надлежащими печатями и прочими реквизитами… Деньги конфисковали, португальских коллег пожурили за доверчивость, а Сааведру законопатили на десять лет гребцом на галеры (по отбытии срока король пожелал на него взглянуть, и, видно, жулик ему чем-то не понравился, потому что его величество определил дону Хуану еще девять лет работы веслом).

И что, инквизиция за подобных субъектов отвечает?

Наконец, инквизиции сплошь и рядом приписывают совершенно чужие смертные приговоры, вынесенные в тех странах, где инквизиции не было вовсе (и католической церкви не было) - но колдунов с ведьмами и там жгли с превеликим усердием.

Только в одном швейцарском кантоне Во с 1611 по 1660 годы было сожжено 1800 ведьм, то есть столько, сколько за это же время спалили в Шотландии (1300) и Англии (500). Во всех трех странах «правили бал» протестанты различных толков, а немногочисленные католики находились на положении угнетаемого, преследуемого и лишенного всяких прав меньшинства. Германия после 1539 года откачнулась от католицизма, который сохранил позиции разве что в Баварии. Сухие цифры: в протестантской Юго-Западной Германии между 1562 и 1684 года за ведьмовство казнены 3229 человек, а в Испании, Португалии и Риме за 1500-1800 годы - примерно 12 человек в год…

Но в том-то и дело, что, рассказывая о «кострах инквизиций», сплошь и рядом без зазрения совести пристегивают еще и данные по протестантским странам, к которым не имели отношения ни инквизиция, ни сам папский престол…

А чего стоит растянувшаяся на века история с аудватерскими городскими весами?

В голландском древнем городе Аудватере, как и во многих других, имелись официальные городские весы, этакий «эталон». Но, в отличие от прочих, с этими была связана романтическая легенда. В старину было принято определять, ведьма перед судьями или нет, посредством взвешивания. Считалось, что ведьма весит ненормально мало. Однажды император Карл V присутствовал при подобной процедуре - но весовщик по каким-то своим причинам злодейски занизил вес, и получилось, что девушка весит всего несколько фунтов. Но император, пораженный красотой юной обвиняемой, настоял на том, чтобы ее еще раз взвесили на «правильных» весах, каковыми и оказались аудватерские. Они показали нормальный вес, и красотку торжественно освободили (отблагодарила ли она императора за спасение, легенда умалчивает).