Время волков (СИ) - Бочаров Анатолий Юрьевич - Страница 165

Артур шел, чуть отведя меч в сторону и вместе с тем готовый в любой момент вскинуть его и броситься в атаку. На клинке отражался все тот же лунный свет. Да, зал освещали одновременно камин и луна, жаркое земное пламя, еще живое, и холодное, равнодушное небесное, давно мертвое. Артур шагал через зал, и сам казался себя вовсе не человеком, а каким-нибудь колдовским существом из легенд, фэйрисом, сотканным из тумана и с текущей по жилам ртутью. Он не слышал даже своего дыхания. Он вообще ничего не слышал, кроме потрескивания умирающих поленьев.

Это конец. Конец всему, что брало свое начало в Квартале Закрытых Дверей - схваткам, битвам и интригам, войне, смерти, звону клинков, неподъемному долгу, нежданной и нежеланной ответственности за все судьбы разом, нелегким, опустошающим душу решениям, любви и ненависти, страху, отчаянию и гневу. Сказка почти рассказана.

Господь Бог, Создатель и Хранитель, Заступник и Судия, Карающий и Милующий, помоги мне.

Это конец.

До кресла с сидящим в нем человеком осталось всего несколько шагов, когда Гледерик Картвор вдруг заговорил:

- А, герцог, ну вот и вы. Признаться, рад, что заглянули на огонек.

Артур Айтверн пошатнулся, сбился с шага и замер. Острие его меча чуть дрогнуло, будто готовое ринуться вперед, в смертоубийственной атаке, но не сдвинулось с места. Артур сглотнул и посмотрел на своего… врага? сюзерена? Он не знал, как именно назвать обратившегося к нему человека. А Гледерик Картвор тем временем слегка улыбнулся, без насмешки или злости, скорее приветливо, и откинул со лба упавшие на него рыжие волосы. Гледерик ничуть не изменился с того дня, когда Артур видел его в последний раз, да и с чего бы ему было меняться? Это другие менялись, умирали или рождались заново, те, кому выпадала удача заново родиться, а Картвор оставался таким же, каким был всегда, и просто шел, куда хотел, и брал, что хотел взять.

- Я, в общем-то, предполагал, что вам может придти блажь составить мне компанию, потому и не ложился спать, - признался Картвор. Он был таким же, как и всегда, немного снисходительным, слегка легкомысленным и абсолютно уверенным в себе. Да, он ничуть не изменился. - Вместо этого предпочел приготовиться к вашему прибытию, а то как-то не хочется ударить в грязь лицом. Вот, видите, камин разогрел, чтоб кости не мерзли, впрочем, в такую чудную летнюю пору они и не замерзнут. Зато светло. Не люблю, когда темнотища стоит, это меня обычно удручает и ввергает в тоску. А что на этом свете может быть хуже тоски? Разве что петля на шее. Да вы не стойте, садитесь, для кого здесь второе кресло стоит? Для вас оно и предназначено. Не стойте соляным столбом.

Он говорил почти как отец, словно решил уподобиться балаганному актеру и сыграть роль Раймонда Айтверна. А может, Гледерик и не играл. Может, он и в самом деле был похож на Раймонда Айтверна. И на Артура.

Артур не стал садиться в кресло, хотя ноги у него уже порядком утомились и начинали побаливать - шутка ли после такого пешего перехода. Плохо, совсем плохо.

- Я пришел, чтобы убить вас, - сообщил Айтверн.

- Ну разумеется, я иного ответа от вас и не ожидал. Конечно же, вы пришли сюда для того, чтобы меня убить. Если бы вы заявились распить со мной бутылочку виски и поболтать о погоде - я бы конечно возрадовался, но прежде всего пришел бы в крайнее удивление. Сэр Артур, неужто вы возомнили меня идиотом? - голос Гледерика неожиданно сделался жестким. - На кого я по-вашему похож? На злодея из старинной баллады, всего такого возвышенного и в длинном черном плаще? Все эти злодеи, они еще сатанински хохочут сразу после того, как скажут какую-нибудь глупость. Вы что, решили, что я ничего не знаю, как именно вы сбежали из Лиртана, будто бы я в не в курсе, что вам известен потайной ход? Я вроде бы не давал вам поводов считать меня дураком. Я не стал бы спокойно сидеть и ждать, покуда вы припретесь сюда и отрубите мне голову. Если я все-таки здесь - и если вас до сих пор не сцапала стража - это потому, что все идет так, как мне нужно. Я желал поговорить с вами, и вот вы здесь, и пора уже брать быка за рога. Садитесь, не испытывайте мое терпение.

Артур не шелохнулся. Все происходило совсем не так, как он себе это представлял, он думал, что делает то, что делал, по собственной воле, а из слов Гледерика следовало, что его просто вели, словно марионетку, дергая, когда надо, за ниточку. Заранее придуманный, прямой как копье план разлетался вдребезги прямо на глазах. Артур расчитывал застать Картвора врасплох, а тот оказывается ждал его прихода. Может быть, все это - просто ловушка, и в королевские апартаменты вот-вот ворвутся верные узурпатору солдаты. Ну что ж, а коли так, надо исполнить задуманное, и исполнить как можно быстрее.

Айтверн выставил перед собой меч и сказал:

- Я пришел сюда не для того, чтобы чесать с вами языком. Возьмите себе меч, сударь, или какое другое оружие, и разрешим наконец наш спор. Вставайте и берите оружие, я сказал. Не тяните время, я здесь чтобы драться, а не говорить. Вставайте! - повысил Артур голос, видя, что Гледерик даже не шелохнулся. Картвор по-прежнему сидел в кресле, приняв расслабленную позу человека, не желающего никуда торопиться и уж тем более и в мыслях не держащего возможности взяться за клинок. На коленях у Гледерика, Артур заметил это только сейчас, лежала какая-то книга. А в оружейной стойке рядом с креслом, достаточно близко, чтобы дотянуться до него одним быстрым движением, покоился одноручный меч - но Гледерик, похоже, вовсе не собирался им сейчас воспользоваться. - Ну что ж, - сказал Айтверн, делая шаг вперед, - вы сами сделали выбор. Тогда, клянусь честью, я проткну вас насквозь, даже если вы не сдвинетесь с места и останетесь безоружны.

- Клянешься честью, что совершишь бесчестный поступок? - Картвор склонил голову к плечу. - Нечего сказать, настоящие рыцари именно так и поступают, - он неожиданно перешел на "ты", совсем как тогда, в день переговоров. - Что же, мне даже нравится подобная решительность. Впрочем, до драки дело не дойдет, это я тебе обещаю. Прекрати упрямиться и давай в кои-то веки поговорим по-людски. Садись в кресло! - сказал он неожиданно настолько властно, что Артур невольно опустил меч. Но с места так и не сдвинулся.