Неженка - Филлипс Сьюзен Элизабет - Страница 119

Джерри снял шлем, выпуская на волю свои кудрявые буйные, словно у темноволосого ангела, волосы.

— Я неделями пытался с тобой поговорить, но ты и видеть меня не хотела. Кроме того, я думал, что тебе все это понравится.

— Понравится?! — Холли Грейс чуть не плюнула в него. — Меня никогда в жизни так не унижали! Ты сделал из меня посмешище. У тебя нет ни капли здравого смысла. Ни единой капли!

— Джерри! — Он услышал крик Наоми и боковым зрением заметил приближающихся к нему людей из службы безопасности статуи Свободы.

Джерри знал, что у него осталось мало времени. Он, безусловно, нарушил закон и нисколько не сомневался, что сейчас его арестуют.

— Я просто сделал тебе, Холли Грейс, публичное предложение. Что ты еще хочешь от меня?

— Ты публично выставил себя дураком! Прыгнул с самолета и чуть не утонул с этой дурацкой тряпкой. А зачем ты нарисовал на ней собачью кость? Что ты этим хотел мне сказать?

— Собачью кость? — Джерри в отчаянии опустил руки. Как он ни старается, эта женщина все равно недовольна! А если он потеряет ее сейчас, то уже никогда не вернет. От одной только мысли об этой потере на него повеяло холодом. Холли Грейс Бодин была единственной женщиной, которую ему так и не удалось подчинить, — единственной женщиной, рядом с которой он чувствовал себя способным одолеть весь мир и которая была нужна ему как воздух.

Люди из службы безопасности были уже совсем рядом.

— Ты что, слепая, Холли Грейс! Какая собачья кость? Боже, я только что сделал самое главное признание всей моей жизни, а ты так ничего и не поняла!

— О чем ты говоришь?

— Это же детская кроватка!

Первые два офицера службы безопасности схватили Джерри.

— Детская кроватка? — Выражение гнева исчезло с ее лица, голос зазвучал мягче. — Так это была детская кроватка?

Подоспевший третий офицер оттолкнул Холли Грейс в сторону. Решив, по-видимому, что Джерри не доставит им особых хлопот, офицер надел на него наручники, не заводя руки за спину.

— Выходи за меня замуж, Холли Грейс! — сказал Джерри, игнорируя тот факт, что ему как раз в этот момент излагали его права. — Выходи за меня и роди от меня ребенка, роди целую дюжину детей! Только никогда не бросай меня.

— О, Джерри… — Она смотрела на него с такой нежностью, что Джерри ощутил физическую боль от растущей в его груди любви к этой женщине.

Люди из службы безопасности не хотели плохо выглядеть в глазах прессы и позволили нарушителю поднять скованные наручниками руки и обнять свою возлюбленную за шею. Джерри поцеловал Холли Грейс и совсем позабыл о направленных на них объективах телевизионных камер.

К счастью, у Джерри был партнер, не так легко подпадавший под влияние женщин.

Высоко над головами наблюдающих эту интересную сцену, из маленького окошка в короне статуи Свободы начал разворачиваться другой транспарант, на этот раз канареечно-желтого цвета.

Он был изготовлен из синтетического материала, разработанного для космических программ. Материал был необыкновенно легким, в свернутом виде занимал место не больше обычного бумажника и при освобождении разворачивался до весьма солидных размеров. Канареечно-желтое полотнище скользнуло по лбу Леди Свободы, развернулось по всему ее носу и продолжало раскрываться до тех пор, пока не достигло основания ее подбородка. Черные, от руки написанные печатные буквы текста отчетливо виднелись с земли: НЕТ ЯДЕРНОМУ ОРУЖИЮ!

Первой транспарант заметила Франческа. Затем Далли. Джерри улыбнулся, увидев транспарант, и, с сожалением выпуская из объятий Холли Грейс, чмокнул ее в нос. Затем он поднял руки в наручниках к небу, отбросил голову назад и сжал кулаки.

— Так держать, Тедди! — закричал он.

Франческа и Далли, обменявшись встревоженными взглядами, бросились бежать ко входу в статую.

Холли Грейс смотрела на Джерри и качала головой, не зная плакать ей или смеяться Она знала одно: впереди ее ждет весьма волнующая жизнь — Эта была слишком замечательная возможность, чтобы ее упустить, — начал объяснять он. — Все эти камеры…

— Успокойся, Джерри, и расскажи, что мне нужно делать, чтобы вызволить тебя из тюрьмы, — Холли Грейс подозревала, что в предстоящие годы эта информация ей пригодится еще не раз.

— Я люблю тебя, малышка! — сказал он.

— Я тоже люблю тебя, — был ее ответ.

Политические акции у статуи Свободы не были в новинку.

В шестидесятые годы к ногам Свободы приковывали себя кубинские эмигранты; в семидесятые протестующие против войны ветераны свешивали с короны перевернутый вверх ногами флаг; а в восьмидесятые на статую взобрались два альпиниста в знак протеста против содержания в тюрьме одного из членов организации «Черные пантеры». Политические акции не были здесь редкостью, но в них никогда еще не участвовали дети.

Тедди сидел у дверей офиса службы безопасности статуи Свободы в одиночестве. Из-за закрытых дверей до него доносился голос его мамы и время от времени голос Далли. Один из охранников парка принес ему банку севен-ап, но Тедди был не в состоянии сделать даже глоток.

Неделю назад, когда Джерри взял его с собой к Наоми проведать новорожденного, Тедди подслушал их спор и узнал таким образом, что Джерри собирается спрыгнуть на остров с парашютом. По дороге домой мальчик стал расспрашивать об этом Джерри. К огромной радости Тедди, его старший приятель поделился с ним своими планами, хотя мальчик понимал, что такая откровенность могла объясняться подавленностью Джерри в связи с размолвкой с Холли Грейс.

Они поговорили об антиядерном транспаранте, и Тедди стал умолять Джерри позволить помочь ему, но тот отказывался, ссылаясь на возраст мальчика. Тедди не сдавался. Уже два месяца он бился над социальным исследовательским проектом, стараясь выполнить его так, чтобы наверняка произвести впечатление на мисс Пирсон. Когда Тедди попытался это объяснить, Джерри прочел ему длинную лекцию о том, что в политических акциях не должны быть замешаны личные мотивы. Тедди внимательно слушал и, казалось, согласился, но он так хотел получить "А" за свой проект! Старый зануда Милтон Гроссман всего лишь посетил офис мэра Коха, и мисс Пирсон поставила ему "А". А уж как она должна оценить ученика, внесшего вклад в разоружение!

Теперь, вынужденный взглянуть в лицо обстоятельствам, Тедди понял, что, разбив окно в короне, он совершил страшную глупость. Но что еще можно было сделать? Джерри объяснил ему, что окно в короне открывается специальным ключом, выдававшимся некоторым охранникам. Один из них — приятель Джерри — обещал забраться в корону после ухода людей из службы безопасности президента и отпереть среднее окно. Но что-то ему помешало, и, когда Тедди оказался в короне, весь мокрый и запыхавшийся оттого, что бежал по ступенькам изо всех сил, стараясь попасть туда первым, окно было заперто.

Джерри объяснил мальчику, что если будут проблемы с окном, то ему следует забыть об антиядерном транспаранте и спускаться вниз. Но ставки были слишком высоки, чтобы отступать. Быстро, даже не подумав о том, что он делает, мальчик достал из мусорного ящика металлический стержень и несколько раз ударил им по маленькому центральному окошку.

После четвертой попытки стекло наконец разбилось. Возможно, это было эхо в короне, но Тедди показалось, что вместе со звоном разбитого стекла он услышал, как заплакала Леди Свобода.

Дверь офиса открылась, и вышел начальник службы безопасности. Он даже не взглянул на Тедди; он просто пошел по коридору, не произнеся ни слова. Затем в дверях показалась мама, и Тедди понял, что она по-настоящему сердита. Его мама сердилась не очень часто, только когда бывала сильно расстроена, но в такие моменты Тедди чувствовал, как что-то сжимается у него в желудке. Он тяжело вздохнул и опустил глаза, потому что у него не хватало духу посмотреть маме в лицо.

— Заходи, молодой человек. — Голос ее звучал так, словно она только что наелась сосулек. — Быстро!