Принцесса с окраины галактики - Злотников Роман Валерьевич - Страница 60

Если бы слух о том, что такое имеет место в действительности, дошел до ушей Старого Лиса, его ищейки не просто перевернули бы вверх дом всю столицу, но и вскрыли бы при необходимости дерн и просеяли бы почву на метр в глубину, лишь бы обнаружить подобного шутника. А когда обнаружили бы, тому бы мало не показалось. Каким бы парадоксальным на первый взгляд это ни казалось, в бизнесе понцоло выживают самые осторожные. Кайлей Стоминер недаром встал во главе одной из крупнейших семей в столице. Когда он делал первые шаги в качестве понцоло, среди его ровесников были и более рисковые, и более храбрые, и более сильные, и даже более хитрые, чем он. Пепел большинства из них уже давно развеян над Полем последнего прощания соседнего крематория. А он жив. И стал гравепонцоло. И все потому, что никогда не забывал об осторожности. Вот почему, когда его доверенный сообщил, что контакта с ним ищет какой-то благородный лорд, Стоминер недовольно поморщился. От верхушки империи он старался держаться как можно дальше. Там наверху слишком малолюдно, ветрено и слишком близко к Старому Лису, знаете ли. Но раздражать одного из этих напыщенных и кичащихся своей исключительностью типов отказом тоже не хотелось. Тем более когда он по своим личным каналам сумел разузнать фамилию лорда…

Встречу решено было организовать за партией в понселот. В ближайшую среду. Из осторожности партию на этот раз решили организовать не в обычном месте, клубе «Барум и кост», а в «Шале эфорниал», более или менее респектабельном ресторане, вполне легально сдающем задние комнаты под встречи выпускников, семейные торжества и заседания различных клубов и союзов – от филателистов до спиритуалистов.

Кайлей велел отменить все уже запланированные на эту среду встречи и ограничить круг игроков четырьмя людьми. Игру должны были вести он сам, клиент, Торманелло, казначей их семьи, и Лаукрофт, племянник, не так давно ставший его правой рукой и подрастающей сменой.

Вечер начался как обычно. Партию начали втроем, минимальным числом, допускающимся в понселот. Максимальное число могло достигать девяти игроков, но обычно партии редко составлялись более чем из шести играющих.

На первой раздаче ему пришла «полная рука», и потому он трижды поднимал ставки, делая вид, что собирается начать с крупного проигрыша. Стоминер считался неплохим игроком и потому мог себе позволить подобное начало вечера. Тем более что ни во что другое партнеры по столу все равно бы не поверили. Так что к тому моменту, когда появился клиент, Стоминер уже был в некоторой прибыли.

Когда один из околачивавшихся в коридоре понцоло-охранников, которых, как обычно, обеспечивал Лаукрофт, ввел в зал клиента в голомаске, изображавшей волчью голову – в последнее время они стали очень популярны среди молодого плебса, падкого на все яркое, блестящее и режущее глаз, – у Кайлея екнуло под ложечкой. Еще не было произнесено ни единого слова, а Стоминер уже преисполнился уверенности, что дельце, в которое собирался его втянуть этот клиент, чрезвычайно плохо пахнет. Да просто воняет!

– Лэр Стоминер?

– Несомненно, среди нас присутствует лэр с таким именем, – осторожно ответил Кайлей, не столько намереваясь таким образом сохранить свое инкогнито, сколько намекая своим соратникам на необходимость соблюдать крайнюю осторожность. – Не желаете ли партию в понселот, лэр?

– Не валяйте дурака, – грубо прорычал клиент, являя всем привычки благородного лорда, – я не собираюсь заниматься словесной эквилибристикой. И задерживаться в этой клоаке ни секунды более, чем необходимо, тоже не намерен.

Стоминер слегка нахмурился. Нет, он ни на мгновение не забывал о разнице в статусе, но зачем же сразу грубить? К тому же, на его вкус, местечко было вполне себе ничего. И кухня неплохая. Молодой Лаукрофт расстарался.

– У меня есть для вас дело, за которое я готов заплатить хорошие деньги. Беретесь?

– Что за дело? – после короткой паузы спросил Кайлей.

– Нужно отправить в темную бездну одного человека.

Стоминер откинулся на спинку стула:

– Извините, лэр, но вы обратились не по адресу. Здесь собрались законопослушные подданные империи и…

Клиент назвал цифру. Стоминер замолчал. В комнате повисла напряженная тишина.

– Извините, лэр, – наконец не выдержал Торманелло, грубо нарушив этим раз и навсегда установленные правила переговоров, согласно которым говорить с клиентом мог только Кайлей. Все остальные слушали и отвечали на вопросы, которые он задавал, если он их задавал. – Но вы сказали…

Клиент повторил. Голова Торманелло со щелчком развернулась в сторону Стоминера. В его глазах, как показалось гравепонцоло, крупно светились названные цифры.

– Не могли бы вы уточнить, какова цель? – осторожно поинтересовался Кайлей, испытывая все большее желание отказаться от заказа. Но на данном этапе он пока еще не мог этого сделать, не уронив себя в глазах своих понцоло.

– Я же не идиот! Вся дополнительная информация только после заключения договора.

Стоминер раздвинул уголки губ в самой доброжелательной из своих самых фальшивых улыбок.

– Поймите меня правильно, уважаемый лэр. Предлагаемая вами сумма более чем привлекательна, но… у меня появились предположения, что она еще и более чем обоснованна. – Все это Стоминер произнес, обращаясь не столько к заказчику, сколько к остальным сидевшим с ним за одним столом. – А это значит, что, после того как мы выполним заказ, воспользоваться полученными деньгами…

– Чепуха, – оборвал его клиент, – объект – женщина. Ведет светский образ жизни. Дом оборудован вполне стандартными системами охраны, совершенно не представляющими проблемы для хорошего специалиста. Каковые у вас, я думаю, имеются в достатке.

– Охрана? – влез Лаукрофт.

Стоминер едва заметно насупился. Уже второй из его подручных грубо нарушал правила.

– Слуга в мундире гвардейца и одна женщина-телохранительница. Варварка с окраинного мира, ничего не знающая о жизни в столице. Беретесь?

Стоминер некоторое время молчал, а затем отрицательно качнул головой:

– К сожалению…

Клиент назвал новую цифру. Ровно в два раза больше предыдущей. Торманелло передернулся всем телом. В комнате вновь повисла тишина, сейчас уже казавшаяся Кайлею оглушающей. А может, оглушающей была озвученная цифра.

– Если все так просто, – осторожно начал Стоминер, – я не понимаю, чем обусловлена подобная…

– Личными причинами.

Голомаски обладали способностью отражать и преобразовывать мимику их носителя, так что при этих словах морда волка злобно и плотоядно оскалилась.

– К сожалению… – вновь начал Стоминер через минуту.

Клиент назвал еще одну цифру. Которая тоже ровно в два раза превосходила названную около минуты назад. И добавил:

– Половину получите сразу. Вторую после того, как в газетах появятся сообщения о произошедшем.

– У вас имеются какие-то дополнительные условия?

– Да. Во-первых, она должна быть умерщвлена так жестоко, чтобы все содрогнулись. И, во-вторых, перед тем как умереть, она должна быть изнасилована. Зверски, чтобы даже криминалистов рвало, когда они станут писать свои отчеты.

А вот это был шанс. Шанс отказать. До сих пор их семья никогда не бралась ни за что подобное. И Стоминер не раз заявлял, что никогда и не возьмется, ибо считает, что нельзя слишком уж сильно раздражать, а уж тем более пугать людей. Сильно испуганная крыса может посчитать себя загнанной в угол, и тогда не стоит и надеяться шугануть ее, притопнув ногой. Да и полиция на подобные происшествия реагировала намного более нервно. Не говоря уж о том, что этим делом может заинтересоваться ведомство Старого Лиса. Похоже, это же поняли и двое его понцоло. Потому что на лице Торманелло тут же появилось разочарование. Лаукрофт отреагировал более сдержанно.

– К сожалению, лэр, мы вынуждены отказаться, – твердо произнес Кайлей.

– Что?! – клиент вскочил на ноги. – Вы отказываетесь от таких денег?

– Не от денег, уважаемый лэр. Я еще не сошел с ума, чтобы отказываться от каких бы то ни было денег. Но… соблюдение всех ваших условий, к сожалению, приведет к тому, что ваши деньги для нас останутся всего лишь виртуальной величиной. Если мы совершим то, что вы требуете, и уж тем более в отношении одной высокородной, то…