Закон пустыни - Жак Кристиан - Страница 29

– Есть ли на приисках свои золотых дел мастера?

– Кое-где есть. Некоторые ремесленники производят свои изделия там же, где извлекают золото. Храм в вашем распоряжении; вы можете перетряхнуть его сверху донизу.

– В этом нет нужды.

– Я желаю вам успеха. Освободите Египет от этого Ашера, он приносит несчастье.

Пазаир был убежден, что старейшина Коптоса невиновен. Видимо, ему следует отказаться от того, чтобы установить происхождение небесного железа, объекта подпольной торговли Денеса, чей интерес к наживе воистину неистощим. Нельзя исключать того, что горнорабочие, ремесленники или стражники пустыни припрятывали драгоценные камни и металлы либо для Денеса, либо для Ашера, либо для них обоих. Будучи сообщниками, не стремились ли они копить средства как ресурс для будущего наступления, реальную цель которого судье никак не удавалось выявить?

Если ему удастся доказать, что убийца Ашер стоял во главе банды расхитителей золота, то полководцу не избежать самого сурового приговора. Но достичь этой цели можно, лишь присоединившись к бригаде искателей подземных богатств. Найти человека достаточно смелого и даже дерзкого будет нелегко, если вообще возможно, поскольку это рискованное предприятие. Если рассказывать об этом Сути, то лишь для того, чтобы его подразнить.

Единственный выход состоит в том, чтобы ввязаться в дело самому, предварительно убедив Нефрет в абсолютной необходимости этой авантюры.

Радостный лай Смельчака согрел его сердце. Пес стремглав кинулся к нему и встал как вкопанный, высунув язык, у ног ласкавшего его хозяина. Зная обидчивый характер своего осла, Пазаир поспешил выказать и ему свои теплые чувства. Северный Ветер ответил на ласку признательным взглядом.

Прижав к себе Нефрет, судья почувствовал, что она утомлена и чем-то озабочена.

– У нас неприятности, – сказала она. – Сути здесь. Уже неделю он прячется в одной из комнат и отказывается выходить.

– Что случилось?

– Он скажет только тебе. Сегодня вечером он много выпил.

– А, вот, наконец, и ты! – воскликнул возбужденный Сути.

– Мы с Кемом добыли важные сведения, – начал Пазаир.

– Если бы Нефрет меня не спрятала, меня выслали бы в Азию!

– За что?

– Полководец Ашер обвиняет меня в дезертирстве, в оскорблении высшего офицера, в том, что я без приказа оставил свой пост, в потере оружия, в трусости перед лицом врага и в клевете.

– Ты выиграешь процесс.

– Вот уж вряд ли.

– Почему?

– Уволившись из армии, я не запасся документами, которые освобождали бы меня от всяких обязательств. Теперь мой законный отпуск истек. Ашер, естественно, старается воспользоваться моей оплошностью. И формально я на самом деле дезертир и, следовательно, подлежу ссылке на каторгу.

– Это неприятно.

– Год исправительных работ в Азии, вот что меня ждет. Представь, как подчиненные Ашера будут со мной обращаться! Живым мне оттуда не выйти.

– Я вмешаюсь в это дело.

– Но я действительно совершил ошибку, Пазаир! Ты, старший судья, пойдешь против закона?

– Мы с тобой одной крови.

– И ты пропадешь вместе со мной! Нам расставили ловушку. Мне остается только одно: принять твое предложение и поехать с бригадой изыскателей, нырнуть в пустыню. Таким образом, я смогу избавиться от госпожи Тапени, от Пантеры, от полководца-убийцы и, возможно, обогатиться! Да это же прекрасно!

– Как ты сам отметил, трудно придумать что-нибудь более опасное.

– Сидячий образ жизни не для меня. Мне будет не хватать женщин, но и в этом отношении я надеюсь на удачу.

– Мы вовсе не хотим тебя потерять. – Нефрет растроганно посмотрела на него.

– Я вернусь. Обязательно вернусь, богатым, могущественным и уважаемым человеком! Все Ашеры на свете содрогнутся при виде меня и упадут мне в ноги, но я буду безжалостен и стану давить их своей пятой. Я вернусь, чтобы расцеловать вас и хорошенько закусить на пиру, который вы зададите в мою честь.

– Думаю, – заметил Пазаир, – лучше закусить прямо сейчас, вместо того чтобы слушать твои пьяные бредни.

– Никогда еще я не был более трезв. Если я останусь, то буду осужден и пропаду, увлекая за собой и тебя; такой упрямец, как ты, будет защищать меня до последнего, даже если дело совершенно безнадежно. И все наши усилия пропадут даром.

– Неужели действительно необходимо так рисковать? – спросила Нефрет.

– Если не предпринять чего-нибудь решительного, из этой ситуации мне не выпутаться. Отныне армия для меня закрыта, остается лишь это проклятое ремесло: искатель золота! И я вовсе не сошел с ума, на этот раз я вернусь богатым. Я это нутром чую.

– Твое решение окончательно?

– Уже неделю я ищу выход, у меня было время поразмыслить. Даже ты не сможешь повлиять на него.

Пазаир и Нефрет переглянулись. Сути не шутил.

– В таком случае мне надо тебе кое-что сообщить.

– Касательно Ашера?

– Мы с Кемом раскрыли цепь контрабанды амулетов, в которую замешаны Денес и Кадаш. Похоже на то, что полководец причастен к хищениям золота. Иными словами, заговорщики копят средства.

– Ашер ворует золото! Неслыханно! За это полагается смертная казнь, не так ли?

– Да, если виновность доказана.

– Я люблю тебя, как брата, Пазаир!

Сути обнял судью.

– И это доказательство добуду для тебя я. Я намерен не только обогатиться, но и свалить это чудовище с его пьедестала!

– Не сходи с ума, это всего лишь предположение.

– Нет, это правда!

– Если ты все решил, я оформлю твою экспедицию официально.

– Каким образом?

– С согласия Кема, ты две недели назад принят в корпус стражей пустыни. Тебе будет выплачено жалованье.

– Две недели… То есть еще до того, как всплыли эти обвинения полководца!

– Кем презирает эту канцелярщину. Но твое оформление законно, вот что важно.

– Выпьем! – потребовал Сути. Нефрет не возражала.

– Наймись простым изыкателем, – посоветовал Пазаир, – и никому не говори о том, что ты стражник. Признавайся в этом только в случае крайней опасности.

– Ты подозреваешь кого-нибудь конкретно?

– Ашер хочет наложить лапу на корпус стражей пустыни. Следовательно, он попытается либо подкупить кого-нибудь из них, либо внедрить в их отряды своих людей. То же самое и с изыскателями. Со мной будешь связываться или через посыльных, или каким-либо другим способом, но не слишком опасным. Мы оба должны быть в курсе наших параллельных расследований. Мой псевдоним будет… Северный Ветер.

– Если ты признаешь, что ты осел, то путь к мудрости для меня открыт.

– Ты должен обещать мне одну вещь.

– Пожалуйста.

– Не слишком искушай свою счастливую судьбу. Если опасность станет угрожающей, возвращайся.

– Ты меня знаешь.

– Вот именно об этом я и говорю.

– Я буду действовать в тени; а вот ты – открытая мишень.

– Ты хочешь сказать, что мое расследование более опасно, чем твое?

– Если наши судьи так умны, то у этой страны есть будущее.