Закон пустыни - Жак Кристиан - Страница 75

75

– Ванная комната – настоящее чудо.

– Тебя ждет брадобрей: он будет приходить каждое утро.

– А у тебя теперь есть свой цирюльник.

– И сбежать от них невозможно?

Пазаир обнял жену.

– Меньше года, Нефрет. У нас осталось меньше года, для того чтобы спасти Рамсеса.

* * *

Для Денеса наступили черные дни. Да, он снова пользовался безоговорочной поддержкой своей супруги, которая еще не оправилась после несчастья и останется калекой на всю жизнь. Развод ему больше не грозил, семейное состояние было в его распоряжении, госпожу Тапени удалось угомонить. Но будущее представлялось мрачным из-за нового и неожиданного назначения Пазаира. План заговорщиков оказался скомканным, хотя конечная победа им обеспечена, поскольку в их руках находилось главное – завещание богов.

Химик Чечи сильно нервничал и постоянно призывал к осторожности; их расчеты получить в свое распоряжение посты старшего лекаря и визиря не оправдались, и заговорщикам пришлось отступить в тень, целиком полагаясь на свое самое надежное оружие – время. Оно работало на них. Старшие жрецы главных храмов только что объявили дату праздника царского возрождения: он состоится в первый день нового года, в июле, когда восход над горизонтом звезды Сотис объявит о приближении половодья. Накануне своего отречения Рамсес узнает имя своего преемника и передаст ему власть на глазах у всего народа.

– Интересно, доверился фараон Пазаиру? – размышлял Денес.

– Ясное дело, нет, – утверждал Чечи. – Царь вынужден молчать; одно лишнее слово, и трон под ним зашатается. Пазаир не честнее других, он тут же начнет играть против монарха.

– Но почему он выбрал Пазаира?

– Потому что этот жалкий судья оказался хитрым и пронырливым. Он сумел подольститься к Рамсесу со своей пресловутой порядочностью.

– Ты прав. Фараон совершает огромную ошибку.

– Но этого интригана следует опасаться, он уже показал, на что способен.

– Новая работа его отрезвит. Если бы он был не так глуп, он встал бы на нашу сторону.

– Слишком поздно. Он начал свою собственную игру.

– Нам следует держаться от него подальше.

– Необходимо показать ему свое почтение и засыпать дарами: он подумает, что мы ему покорились.

* * *

Сути терпеливо дожидался, пока буря пройдет. Взбешенная Пантера била посуду, ломала стулья, рвала одежду и даже сгоряча растоптала дорогой парик. Маленький домик напоминал поле битвы, но ливийка все не унималась.

– Я отказываюсь! – крикнула она.

– Ну потерпи немного.

– Мы должны были уехать завтра.

– Но мы не знали, что Пазаира назначат визирем, – заметил Сути.

– Мне плевать!

– А мне нет.

– На что ты надеешься? Он про тебя уже забыл. Уедем, как договаривались.

– Торопиться ни к чему.

– Я хочу получить наше золото.

– Оно не убежит.

– Еще вчера ты говорил только о нашем отъезде.

– Я должен повидать Пазаира и выяснить его намерения.

– Пазаир, снова этот Пазаир! И когда только мы от него избавимся?

– Замолчи.

– Я тебе не рабыня.

– Тапени советовала мне избавиться от тебя.

– Ты посмел встречаться с этой стервой!

– Мы случайно встретились в харчевне. Она считает себя моей законной женой.

– Очень глупо.

– Покровительство визиря мне может понадобиться.

* * *

Первым гостем Пазаира оказался его предшественник. Баги, несмотря на больные ноги, предпочитал обходиться без палки. Сутулясь, он прошел в зимнюю беседку и сел; голос у него был хриплый.

– Вы заслужили свое назначение, Пазаир, лучшего визиря нам не найти.

– Вы будете служить для меня примером.

– Последний год моей работы был очень тяжелым, в том числе и душевно; мне нужно было уйти. К счастью, фараон прислушался ко мне. Ваша молодость недолго будет вашим недостатком: на такой работе быстро взрослеют.

– Что вы мне посоветуете?

– Не слушайте сплетен, отваживайте льстецов, глубоко вникайте в каждое дело и будьте неукоснительно строги и точны во всем, что касается законов. Я представлю вас моим ближайшим сотрудникам, вы сможете сделать выводы о том, насколько они знают свое дело.

Растопив облака, солнце залило своим светом беседку. Заметив, что Баги поморщился, Пазаир прикрыл его зонтиком.

– Вам нравится это жилище? – спросил старый визирь.

– Я его еще не рассмотрел как следует.

– Для меня оно было слишком велико, да и с садом много хлопот. Я предпочитаю свой дом в городе.

– Без вашей помощи я не смогу работать; вы согласитесь быть рядом и направлять меня?

– Это мой долг. Только дайте мне время заняться моим сыном.

– У него проблемы?

– Его хозяин им недоволен. Боюсь, как бы он его не уволил. Жена тоже волнуется.

– Если я могу помочь…

– Я должен сразу отказаться: рассчитывать на какие-то привилегии было бы нечестно. Давайте начнем работать.

* * *

Пазаир и Сути обнялись. Любитель приключений огляделся:

– Твое поместье мне нравится. Я хочу такое же: там можно будет устраивать незабываемые пирушки.

– Ты хотел бы стать визирем?

– Эта работа меня пугает. Зачем ты согласился взвалить на себя такой груз?

– У меня не было выхода.

– Я владею огромным богатством: бросай все, и мы повеселимся на славу.

– Это невозможно.

– Ты мне больше не доверяешь?

– Фараон поручил мне очень важное дело.

– Ты кончишь тем, что превратишься в типичного чинушу, надутого и высокомерного.

– Ты упрекаешь меня в том, что я согласился на эту должность?

– А тебе не нравится способ, которым я добился богатства?

– Я хочу, чтобы ты работал со мной, Сути.

– Я не могу упустить свой шанс, это слишком глупо.

– Если ты совершишь преступление, я не стану защищать тебя.

– Значит, с нашей дружбой покончено?

– Ты был мне другом и им останешься.

– Тогда почему ты угрожаешь?

– Я не хочу, чтобы ты вляпался в серьезную неприятность; Кем этого так не оставит, жалости от него не жди.

– Я с ним еще потягаюсь.

– Не зли его, Сути.

– Не учи меня жить.

– Останься, прошу тебя. Если бы ты знал, как важно то, что я должен сделать, ты бы не колебался ни секунды.

– Служить правосудию: чистая утопия! Если бы я в него верил, Ашер до сих пор был бы жив.

– Я не буду свидетельствовать против тебя.

– Вид у тебя мрачный. Ты от меня что-то скрываешь?

– Мы с тобой разрушили заговор, но это была лишь часть работы. Надо продолжать, и я хочу, чтобы ты мне помог.

– Лучше я займусь моим золотом.

– Верни его в храм.

– Ты хочешь меня выдать?

Пазаир промолчал.

– Визирь расправляется со своим другом, так?

– Не заблудись в пустыне, Сути.

– Это неприветливый, но прекрасный мир. Когда власть разочарует тебя, ты можешь ко мне присоединиться.

– Я искал не власти, просто я хотел защитить страну.

– Удачи тебе, визирь. Что до меня, то я отправляюсь за золотом.

Молодой человек вышел из прекрасного сада, не оглянувшись. Он забыл рассказать об угрозах Тапени, но какое это имело значение?

* * *

Не успел Сути переступить порог своего дома, как четверо стражников набросились на него и скрутили ему руки за спиной.

На шум выскочила Пантера с кинжалом в руках и попыталась освободить любовника. Одного из стражников она ранила в руку, другого повалила на пол, но остальным удалось совладать с ней, надев на ливийку путы.

По обвинению в прелюбодеянии пара была доставлена в суд. Госпожа Тапени не скрывала своей радости: на такой блестящий результат она и не рассчитывала. К нарушению супружеских обязанностей добавилось сопротивление стражникам. История хорошенькой брюнетки, обманутой и покинутой, растрогала судей, Пантера же, напротив, была груба и резка. Доводы Сути тоже никого не убедили.

И поскольку Тапени просила у суда снисхождения для обвиняемых, Пантеру приговорили всего лишь к немедленной высылке за пределы Египта, а Сути получил год заключения, по окончании которого ему придется работать, чтобы восполнить урон, нанесенный оскорбленной супруге.