Луна предателя - Флевелинг Линн - Страница 125

Когда рассвело, на дороге Беке стало попадаться все больше встречных, но люди были заняты собственными делами и не интересовались бедным босоногим путником. Когда навстречу ехали группы всадников, Бека сворачивала и пряталась за деревьями, пока дорога снова не становилась пустынной. Девушка часто посматривала назад, но никто не мчался ей вслед, так что погони, похоже, можно было не бояться.

Эти уловки хорошо служили Беке до середины дня, пока дорога не достигла глубокого ущелья. За поворотом не более чем в сотне ярдов девушка увидела отряд вооруженных всадников, галопом скачущий ей навстречу. Скрыться было негде, если только не повернуть назад, а это наверняка показалось бы подозрительным.

По крайней мере всадники носили цвета Акхенди, с облегчением заметила Бека. Свернув на обочину, она продолжала ехать ровной рысью, моля богов, чтобы отряд продолжал скакать цепочкой и она не оказалась слишком близко от кого-то из акхендийцев.

Бека уже почти разминулась с отрядом, когда один из воинов неожиданно подскакал к ней и сорвал сенгаи. Рыжие волосы рассыпались по плечам девушки, выдав ее, как выдала бы скаланская военная форма.

— Это та самая скаланка! — заорал парень. Выхватив меч, он занес его над Бекой.

Девушка припала к шее лошади, покрепче вцепилась в гриву и изо всех сил ударила коня пятками. Кобыла рванулась вперед и взвилась на дыбы, когда двое всадников развернулись, чтобы преградить Беке дорогу.

Чьи-то руки вцепились в тунику Беки. Мгновение она не видела вокруг ничего, кроме ухмыляющихся лиц и сверкающей стали. Какой-то воин ударил ее дубинкой по руке, но девушку от увечья защитила кольчуга под туникой.

Неожиданно откуда-то сверху донесся яростный вопль и грохот падающих камней. Все еще пытаясь управлять своей лошадью, Бека заметила одинокого всадника, кинувшегося на ее противников со склона справа от дороги. Он тут же оказался среди акхендийцев, раздавая направо и налево удары плоской стороной рапиры.

— Скачи! — крикнул он Беке, загораживая своим конем ее от нападающих. — Удирай!

Бека узнала голос.

— Ниал!

— Да скачи же!

Оглянувшись, Бека заметила молодого воина, явно растерявшегося от неожиданного появления Ниала. Издав боевой клич Ургажи, она налетела на него, вышибла из седла и вырвалась на свободу. Теперь она скакала не в том направлении, но выбирать не приходилось.

Бека услышала позади яростные крики и стук копыт. Она бросила взгляд через плечо и увидела приближающегося галопом Ниала и преследующих его акхендийцев.

Рабазиец догнал Беку и сунул ей что-то: ее рапиру, рукоятью вперед. Девушка взмахнула клинком, так что ножны отлетели в сторону, и ударила плоской стороной по крупу кобылы, заставив ее ускорить бег.

— Туда! — крикнул Ниал, показывая на отходящую от дороги тропу.

Понимая, что их вот-вот настигнут, Бека не колеблясь свернула, куда велел Ниал.

— Бесполезно! — охнула она, обернувшись и увидев, что акхендийцы продолжают их преследовать. — Они не отстанут! Нам не ускакать! Разворачивайся и сражайся, их осталось только пятеро.

— Нет, Бека! — закричал Ниал, но она уже развернула лошадь.

С новым воинственным кличем девушка галопом помчалась навстречу преследователям, высоко подняв клинок. Как она и ожидала, ее неожиданное нападение смутило их. Трое свернули с тропы, но два воина кинулись навстречу. Тропа была узкой, поэтому Бека направила лошадь между двумя всадниками. Увернувшись от удара одного, она ударила второго по голове рукоятью рапиры. Воин свалился с коня, и Бека поскакала к тем троим, которые отстали. Один из них пустился наутек, но двое других не струсили.

Сражаться верхом без седла и стремян, на которые можно опереться, дело опасное. Понимая это, Бека соскользнула с кобылы, так что та на мгновение заслонила ее от противников, и рубанула по ногам коня ближайшего к ней акхендийца. Скакун взвился на дыбы, сбросив всадника. Бека тут же развернулась, чтобы отразить удар второго воина, который чуть не наехал на нее своим конем. Девушка перекувырнулась под брюхом лошади этого акхендийца, нанесла удар ему в бедро и тут же огрела по крупу его коня, так что тот сбил с ног первого, уже поднявшегося воина.

Теперь к ней скакал еще один всадник, и Бека уже приготовилась отразить нападение, но это оказался Ниал.

Схватившись за его протянутую руку, Бека сунула ногу в стремя, которое тот освободил, и Ниал вскинул ее на коня позади себя. Развернув скакуна, рабазиец галопом помчался прочь, оставив раненых врагов в пыли.

Беке ничего не оставалось, как обхватить свободной рукой Ниала вокруг талии. Они скакали по извилистой заросшей тропе. Какой-то частью рассудка Бека отметила, как приятно оказалось прижаться к надежной спине Ниала, но тут же с гневом прогнала эту мысль, заставив себя вспомнить, какими холодными были его глаза, когда он со своими воинами захватил ее в плен.

Несколько миль они проскакали в молчании, потом остановились у ручья, чтобы напоить коня. Бека поспешно соскользнула на землю, не выпуская из руки рапиры, и попятилась от рабазийца.

Ниал спешился, но не попытался приблизиться к девушке. Он просто стоял, сложив руки на груди, и не прикасался к ножнам с рапирой.

— Откуда ты взялся? — резко сказала Бека. — Опять меня выслеживал?

— В определенном смысле, — признал он. — Я видел, где вы попали в засаду, и был уверен, что найду там твое мертвое тело но вместо этого обнаружил следы коня и понял, что тебе удалось скрыться. Я решил, что ты не будешь особенно рада меня видеть, поэтому держался позади: я хотел убедиться, что ты в безопасности. У тебя все шло хорошо, пока эти акхендийцы не напали на тебя. Такого я не ожидал.

Бека не обратила внимания на примирительный тон.

— Если ты заботился о моей безопасности, зачем вообще нужно было меня выслеживать? Ниал грустно улыбнулся.

— Это показалось мне лучшим способом отвлечь других преследователей от поисков твоих друзей, у которых, как я правильно предположил, есть дела по ту сторону гор.

— Ты их нашел? Рабазиец кивнул.

— Их нашла и банда разбойников, но нам удалось с ними разделаться. Я показал Серегилу и Алеку дорогу и вернулся, чтобы убедиться в твоем благополучном прибытии в Сарикали.

— Все это по твоим словам, — прорычала Бека.

— Тали… — Ниал сделал шаг к ней, и Бека заметила темное пятно у него на тунике. Это была кровь, но не настолько свежая, чтобы быть результатом сегодняшней схватки.

— Так ты отпустил их, да? — спросила Бека, показав на пятно.

— Алека ранили, прострелили ему ногу, — объяснил Ниал, оттирая пятно. — Я перевязывал его рану.

До чего же мучительно! Беке хотелось верить ему, для этого даже были основания, но осторожность заставляла держаться начеку.

— Почему акхендийцы напали на меня? Отвернувшись, Ниал уселся на большой камень у ручья.

— Не знаю, — ответил он, и Бека поняла, что рабазиец не лжет.

— Тут замешана Амали, правда?

На этот раз ошибиться было нельзя: Ниал виновато покраснел. «Серегил был прав насчет него с самого начала», — грустно подумала Бека.

— Ты в сговоре с ней, разве не так?

— Нет, — ответил Ниал, упершись локтями в колени и устало опустив голову.

Бека смотрела на него, и сердце предательски заставляло ее вспомнить ощущение его теплой кожи под ее пальцами. Она сказала Алеку, что любовь не ослепляет ее; теперь пришло время доказать это.

— Отдай мне свое оружие, — приказала Бека. Не говоря ни слова, Ниал отстегнул пояс с рапирой и бросил к ногам девушки, потом проделал то же самое с кинжалом. Бека повесила их на плечо, потом обыскала рабазийца, чтобы у того не оказалось еще какого-либо клинка.

Ниал был так терпелив и послушен, что девушка почувствовала себя виноватой. Прежде чем ей удалось сдержаться, она протянула руку к его гладкой щеке. Ниал повернул голову, и прикосновение превратилось в ласку. Бека отдернула руку, словно обожглась.

— Если я напрасно тебя обидела, прости меня, — сказала она сквозь стиснутые зубы. — Я выполняю долг.