Месть Темного Бога - Флевелинг Линн - Страница 83

Вытащив все три ящика, он поставил их рядом: узкие ящички оказались на целую ладонь короче, чем средний.

Стол со всех сторон был украшен резными панелями, снизу так же, как и с боков и сзади. Заглянув внутрь, Алек обнаружил, что ниша для среднего ящика тянется во всю глубину, отделенная от боковых тонкими деревянными перегородками. К низу ниши были прибиты кусочки кожи, чтобы ящик задвигался плотно. Подобные же приспособления имели и боковые ящички, но обнаружилось и различие: сразу за кусочками кожи виднелись деревянные панели, закрывающие остающееся пространство. Как ни неопытен был Алек, но ему было ясно: такой изысканный и дорогой стол наверняка имеет хотя бы одно потайное отделение.

Сунув руку по очереди во все три ниши, Алек принялся нажимать на стенки в разных местах — безрезультатно. В отчаянии Алек откинулся на спинку кресла, гадая, что на его месте сделал бы Серегил. Его взгляд упал на шкатулку, и тут же всплыло воспоминание: как Серегил осматривал подобную шкатулку, когда они проникли в комнату Мардуса в Вольде, и как нашел потайной механизм.

Алек медленно провел руками по всем поверхностям стола и наконец обнаружил маленький рычажок, скрытый за правой передней ножкой. Но когда он нажал на него, ничего, казалось, не произошло: не раздалось даже щелчка. На лбу Алека выступил пот; он встал на колени и снова осмотрел внутренность стола.

На этот раз он заметил кое-что, пропущенное раньше. Нижняя поверхность средней ниши несла на себе параллельные царапины, оставленные выдвигаемым ящиком; их появления здесь следовало ожидать, Алек их и увидел. Но на середине ниши оказался еще еле заметный полукруглый след, резко обрывающийся у правой стенки. Приглядевшись внимательнее, Алек обнаружил тонкий как волосок просвет между нижним краем перегородки и дном стола. Если бы не полукруглый след, он не обратил бы на это внимания, решив, что дерево просто рассохлось.

Алек снова нажал на скрытый рычаг и одновременно надавил на перегородку. Повернувшись на невидимой оси, перегородка выдвинулась в центральную нишу и наружу; Алек увидел небольшой треугольный ящичек, прикрепленный к ее заднему концу. Ухмыльнувшись в безмолвном ликовании, юноша вытащил из него кожаную папку; в ней зашуршал пергамент. Сунув папку за пазуху, Алек поспешно привел комнату в первоначальное состояние.

Выскользнув в коридор, он снова запер за собой дверь, чтобы все было как следует. Но только он успел это сделать, как услышал шаги на лестнице. У него не было времени ни снова отпереть дверь кабинета, ни скрыться в спальне в другом конце коридора: пламя свечи уже ярко осветило лестничную площадку.

В отчаянии Алек толкнул другую дверь — рядом. Ручка легко повернулась под его рукой. Скользнув внутрь, Алек выглянул в щель.

По лестнице поднялись две женщины. Одна из них несла канделябр, и в его свете Алек увидел, что обе они богато одеты и весьма привлекательны.

— Он сказал, что нужно поискать на второй полке справа от двери: толстая книга в зеленом с золотом переплете, — произнесла более молодая из них, оглядываясь по сторонам.

— Нам сегодня поистине везет, Исмей, — заметила ее спутница. — Так редко удается попасть в его библиотеку. Только какая дверь нам нужна? Я так давно была здесь в последний раз.

В темных локонах молодой женщины, когда она повернула в сторону двери, за которой прятался Алек, сверкнули драгоценности. Потом в свете канделябра засверкало и ожерелье на ее груди. Алек покраснел: ожерелье было единственным, что прикрывало грудь; вырез платья был таким низким, что между камнями и золотом оправы даже был виден один сосок.

— Ах, дорогая тетушка, как я благодарна тебе, что ты взяла меня с собой сегодня! — воскликнула девушка. — Я чуть чувств не лишилась, когда ты представила меня ему. Я до сих пор чувствую его губы на своей руке.

— Надеюсь, твой достопочтенный батюшка никогда об этом не узнает, — с тихим мелодичным смехом ответила вторая женщина. — Когда я в первый раз встретила его, я чувствовала то же самое. Он один из самых очаровательных мужчин в Римини, а до чего красив! Но берегись, моя дорогая: ни одна женщина не могла еще удержать его надолго, впрочем, как и мужчина. Но давай все-таки найдем эту замечательную книгу. Какая комната нам нужна?

— Эта, я думаю, — ответила девушка, направляясь прямо к той двери, за которой прятался Алек.

Не имея ни малейшего представления о том, что его окружает, Алек прижался к стене, надеясь, что дверь его скроет.

— Ах, это не она, — воскликнула тетушка, осветив канделябром спальню, похожую на ту, что Алек видел в другом конце коридора.

— Это его комната? — выдохнула Исмей, подходя к кровати.

— Не думаю. Видишь расписной комод? Это майсенская работа. Совсем не в его вкусе. Пойдем, дорогая, кажется, теперь я знаю, куда нам нужно.

Как только женщины исчезли в комнате напротив, Алек бесшумно метнулся в спальню, через которую проник в дом. Не решаясь снова использовать светящийся камень, он двинулся к смутно белеющему пятну окна.

Однако не сделал он и трех шагов, как огромная мозолистая ладонь зажала ему рот, а его правую руку заломили за спину. Алек начал извиваться, пытаясь вырваться.

— Держи его! — прошипел кто-то.

— Поймал! — прорычал глубокий голос прямо в ухо Алеку. Его сжали еще крепче. — Ни звука, ты! И перестань вертеться!

Где-то рядом появился светящийся камень, и противник грубо развернул Алека. Тот еще раз конвульсивно дернулся, потом замер на месте с полупридушенным восклицанием удивления., Опершись рукой на полку камина, перед ним стоял Серегил. По его знаку человек, который держал Алека, отпустил юношу. Обернувшись, тот оказался лицом к лицу с Микамом Кавишем.

— Клянусь Пламенем, малыш, тебя удержать труднее, чем угря! — тихо воскликнул Микам.

— Ты добрался до бумаг? — спросил Серегил.

— Да, они у меня, — прошептал Алек, бросая нервный взгляд на дверь. — Но что вы тут делаете?

— А почему бы мне не быть в собственной спальне? — пожал плечами Серегил.

— Собственной… Твоей спальне! — вспылил Алек.

— Не так громко. Как ты не понимаешь! Нам нужно было удостовериться, что ты справишься с трудным делом.

Алек яростно смотрел на них обоих, его щеки пылали. Вся его тщательная работа свелась к глупой шутке.

— Вломившись в твой собственный дом? Что же это за проверка?

— Не переживай так, — сказал искренне обеспокоенный Серегил. — Ты проник в один из лучше всего охраняемых домов в городе! Признаюсь, я убрал некоторые самые смертоносные ловушки, но неужели ты думаешь, что любой взломщик справился бы со здешними замками?

— Уж это последнее место, куда мы послали бы тебя, если бы сомневались в твоей готовности, — добавил Микам. Алек в гневе скрестил руки на груди, но все же обдумал услышанное.

— Да, потрудиться пришлось. Дверь в кабинет чуть не свела меня с ума.

— Вот видишь! — воскликнул Серегил, обнимая Алека за плечи и встряхивая его. — Для простого грабителя ты справился просто замечательно. Если уж говорить правду, ты удивил нас с Микамом: пролез через такое маленькое окошечко! Напомни мне завтра, что им нужно заняться, ладно? И ты быстро сообразил, что делать, когда появились дамы.

Алек оттолкнул его, глаза юноши угрожающе сузились.

— Это ты их послал!

— На самом деле это была моя идея, — признался Микам. — Все уж слишком гладко у тебя шло. Согласись, это придаст истории дополнительную занимательность, — потом, когда ты будешь кому— нибудь об этом рассказывать.

— И что теперь? — спросил Алек, все еще ожидая подвоха. — Сегодня вечером, хочу я сказать.

— Сегодня вечером? — Серегил улыбнулся своей кривой улыбкой. — Ну как же, нам нужно развлекать гостей.

— Гостей? На этом приеме? Сейчас? Раньше ты говорил, что это будет дня через два. Серегил улыбнулся снова:

— Разве? Ну, во всяком случае, хорошо, что мы уже одеты должным образом. Кстати, как тебе понравилась твоя новая комната?

Алек смущенно усмехнулся, вспомнив замечание женщины о расписном комоде майсенской работы в спальне, где он прятался.