Последнее воплощение - Белозеров Антон - Страница 25

— Я рада за тебя!

Найя ударила дружинника наискосок по лицу скрюченными пальцами. Она вырвала ему брови, щеки, глаза, нос и губы. От сильного удара дружинника развернуло на сто восемьдесят градусов, и его товарищи смогли полюбоваться раскрытым в беззвучном крике безгубым ртом с оголившимися зубами.

Воспользовавшись оцепенением дружинников, Найя прыгнула вперед. Вначале ей казалось, что убивать своих соплеменников будет тяжелее, чем зиганьеров. Все-таки понятия о «своих» и «чужих» слишком глубоко гнездились в человеческом сознании. Но оказалось, что разницы почти не было заметно. Перед собой Найя видела не морских людей, а злодеев, которым не было места в одном мире с ней.

Одного из дружинников Найя оставила в живых. Она прижала его к стене острием копья, которое держала в вытянутой руке. Ближе подходить девушка не хотела, так как от страха воин обделался, и от него исходил крайне неприятный запах.

Дождавшись, когда взгляд дружинника сфокусируется на ее лице, Найя спросила:

— Ты способен меня понимать? Кивни, если понял.

Тот кивнул, не отрывая выпученных глаз от вымазанного в крови лица девушки.

— Так вот, — внушительно произнесла Найя. — Тебе сегодня повезло. Я не буду тебя убивать. Сейчас ты пойдешь… нет, очень быстро помчишься к барону Вайлану и передашь ему, что баронесса Найя Кайдавар требует немедленно явиться в эту таверну. Понял?

Дружинник снова кивнул.

Найя убрала копье от его груди:

— Раз понял, выполняй приказ. И не вздумай сбежать из города. Я найду тебя и на Базайскои архипелаге.

Дружинник начал быстро-быстро кивать и пятиться задом к двери. Открыв ее тыльной частью своего тела (и при этом оставив на чистых струганных досках коричневое влажное пятно), он бросился бежать.

За дверью, ведущую на кухню таверны, раздался шорох. Найя моментально прыгнула и ударила ногой по двери. Раздался звук падающего тела и грохот посуды. Найя вошла на кухню и увидела распростертого на полу Жужбуна в окружении рассыпавшихся сковородок и разбитых горшков. Оказалось, что она недооценила простолюдина. Вместо того, чтобы скрыться через черный ход во время побоища, он до самого конца подглядывал сквозь щелочку приоткрытой двери.

— Вставай, — приказала Найя. — ТЕБЕ я ничего не сделаю.

Хозяин таверны смог подняться лишь на колени. Одной рукой он продолжал опираться на пол, а другой потирал лоб.

— Ты извини, но в зале тебе придется убраться, — сказала Найя. — Я жду в гости барона Вайлана. У тебя есть помощники?

— Найду, — Жужбун встал на ноги, но слегка пошатывался. — А если не найду, вы, госпожа баронесса, и меня… как их?

— Я всего лишь защищалась, — отрезала Найя. — А вообще-то я никому не желаю зла.

— Я видел, — пробормотал хозяин таверны, и Найя не поняла, восхищается он ее поступком или осуждает. — Пойду за подмогой.

— Иди, — разрешила девушка. — Кстати, я заплачу за весь ущерб и за работу.

— Угу, — буркнул Жужбун, выходя через заднюю дверь.

Найя вернулась в общий зал и умылась в бочке с чистой водой, которая стояла в дальнем углу. Она знала, что такие бочки стоят в каждой таверне на случай пожара. Да и в обычных домах простолюдинов подобные предметы не были редкостью. Затем Найя села за стол и приготовилась к ожиданию.

Всего через несколько минут Жужбун вернулся с тремя широкоплечими мужиками. Бросая косые взгляды на девушку, они начали выносить тела, а также собирать оторванные руки, ноги и головы. Найя обратила внимание, что оружие было убрано в самом начале. Она не стала препятствовать этому или задавать ненужные вопросы. Теперь Найя была готова признать, что простолюдины имеют право самостоятельно решать свою судьбу и защищаться как от набегов зиганьеров, так и от грабительских рейдов морского народа.

Также Найя не могла не отметить ту быстроту, с какой Жужбун привел помощь. Это означало, что мужики находились где-то неподалеку. Может, они следили за дружинниками, может — за самой Найей. Как бы то ни было, они не боялись ни крови, ни смерти и были готовы к четким совместным действиям. Об этом также следовало помнить, если Найя собиралась заявить права на свое баронство и в дальнейшем править этим народом.

Но хотела ли Найя на самом деле становиться баронессой Кайдавар? Не так давно она заявляла Шуруку, что потеряла право на имя и фамилию. По мере приближения к дому она уже готова была поменять свое мнение, и ей начинало казаться, что возможен возврат к прежней жизни. Теперь, после бойни в таверне, Найя начала по-новому смотреть не только на саму себя, но и на весь свой народ. Она больше не была уверена, что хочет быть его частью…

Найя жестом подозвала Жужбуна и пододвинула к нему по столу горсть монет:

— Бери. Когда появится барон Вайлан, мне будет не до этого. А я уверена, что барон появится очень скоро.

Действительно, не успели простолюдины смыть кровь с пола, стен и потолка, как на улице возле таверны послышался стук множества копыт. Это означало, что прибыл владетельный дюк морского народа, его герольды и воины Избранной Дружины. Простые воины передвигались и сражались в пешем строю.

Жужбун вопросительно взглянул на Найю.

— Можешь подождать на кухне, — милостиво разрешила она. — Но учти, дружинники первым делом окружат дом.

Хозяин таверны правильно понял намек. Он сделал знак своим помощникам, и все вместе они скрылись на кухне. Найя была уверена, что кто-то из простолюдинов останется наблюдать за происходящим в таверне. Ей даже показалось, что на потолке скрипнула доска под ногами грузного или неловкого человека.

Найя завязала узелок со своими сокровищами, чтобы не смущать тех, кто войдет с улицы.

Входная дверь раскрылась, и в таверну осторожно заглянул дружинник в полном боевом вооружении. Внимательно окинув взглядом кровавые пятна и сидящую за столом Найю, он вошел внутрь и голосом опытного герольда объявил:

— Барон Гедейар Вайлан, владетельный дюк морского народа, получивший милость и одобрение во всех своих делах от короля Лайлота Третьего!

Герольд отступил в сторону, и в таверну друг за другом вошли шесть воинов в кольчугах и шлемах с обнаженными мечами. Это были не южане, а самые настоящие жители северных баронств: более светлокожие, широкоплечие и низкорослые. Следом за ними появился и сам барон Вайлан.

Найя сразу узнала его. Последний раз она видела барона чуть больше года назад, когда он по каким-то делам приезжал в замок Кайдавар. Найя встала, приветствуя равного себе по титулу.

Гедейар Вайлан всмотрелся в лицо девушки и округлил глаза. Несомненно, он узнал дочь Гайана Кайдавара.

— Здравия и могущества тебе, барон Гедейар Вайлан, — сказала Найя. — Я рада видеть тебя и твоих людей в моих владениях. Садись и расскажи, что привело тебя в мой город Кабайдон?

Найя нарочно дважды употребила слово «мой». Она заметила, как каждый раз при этом слове непроизвольно подергивается глаз барона.

Тем не менее Гедейар Вайлан ответил спокойно и учтиво:

— Сердечно приветствую тебя, баронесса Найя Кайдавар. Признаюсь, я приятно удивлен и обрадован, увидев тебя живой и здоровой. До сих пор я был уверен, что зиганьеры не пощадили никого в замке Кайдавар…

«Значит, о моем предательстве никто не знает, — подумала Найя. — Впрочем, раз никто не спасся, то и рассказать правду было некому. Да и правду-то знали лишь я и зиганьеры.»

Вайлан тем временем продолжал:

— …Все бароны и лично король Лайлот Третий возмущены этим подлым нападением. Мы собираем силы, чтобы отбить замок обратно и наказать зиганьеров. Согласно воле короля, я возглавляю передовой отряд. Король поручил мне изучить обстановку и начать переговоры с зиганьерами…

— Переговоры?! — Найя перебила барона в нарушение правил этикета, но от возмущения она забыла все уроки матроны Раймилны. — Переговоры с зиганьерами?! Зиганьеров надо уничтожать, как… как бешеных собак!

Барон совершенно спокойно воспринял вспышку гнева Найи. Девушке показалось, что он даже как будто обрадовался этому проявлению человеческих чувств. Возможно, он не поверил рассказу дружинника о бойне в таверне. Найя пожалела, что распорядилась убрать трупы. Они заставили бы Гедейара Вайлана более серьезно относиться к этому разговору.