Болеро Равеля. Неожиданный финал - Дмитрук Андрей Всеволодович - Страница 19

19

– Скорее? Но отчего же таковая спешность? – лукаво спросила Елизавета, густыми сливками чай себе сдабривая.

Стана глаза опустила долу, за нее ответствовал Георгий:

– Небываемое свершилось! Давно уже, для работы нашей постылой выполнения, врачи Стану суть бесплодною сделали. И вдруг неведомо как, притом что с самаго Киева мы с нею близки не были…

Пуще зардевшись и рукавом лицо закрывая, Стана от нас отворотилась; Лиза же, в восторге полном ея обнявши, громко возгласила:

– Ах, милочка, какую же мы тебе сделаем robe de mariee!

– Помехи никакой не вижу, – усы подкрутивши, сказал Никита. – Хоть завтра – честным пирком да за свадебку… Вот воротится твой Жорж с войны, а ты его, уж может, уже с сынком либо с дочкою встретишь!

– С войны?! – разом побледневши, со страхом воскликнули наши дамы.

– Да-с… Предстоит супругам вашим, сударыни, подлинное bartemedufou. Ибо по велению Ея Императорскаго Величества, согласно приказу командующего, генерал-фельдмаршала, имеет полк наш вскорости выступить в Тавриду!..

Услышь, услышь, о ты, вселенна!Победу смертных выше сил;Внимай, Европа удивленна,Каков сей россов подвиг был.Языки, знайте, вразумляйтесь;В надменных мыслях содрагайтесь;Уверьтесь сим, что с нами Бог,Уверьтесь, что его рукоюОдин попрет вас росс войною,Коль встать из бездны зол возмог!..

Для не знающих французский даем переводы употребленных напоследок слов и выражений, по порядку: "прихоть"; "вы совершенно правы"; "наряд невесты"; "боевое крещение".

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

Лет пятнадцать назад, будучи на Славянском симпозиуме в Киеве, зашли мы с ныне покойным академиком Никитою Ильичем Толстым в храм Святой Софии. Там шла реставрация. На одной стене, из глубины тысячелетия, на нас смотрели только что очищенные от наслоений времени древнерусские слова: "Да воскреснет Бог!"

– А дэ ж украиньска мова? – простодушно вопросил вислоусый дядька, будто сошедший со страниц "Вечеров на хуторе близ Диканьки". Академик терпеливо разъяснил, что украинское наречие начало зарождаться лишь в XVII веке, впитывая в русскую почву речения польские, турецкие и прочие. Вислоусый не поверил и даже, кажется, обиделся.

Когда я вечером рассказал об этом Андрею Дмитруку, он, немного подумав, сказал:

– К концу нашего века и в Софии святой откопают следы сверхдревней мовы, помяните мое слово. – И улыбнулся грустно.

Как в воду глядел тогда еще молодой фантаст! Теперь, когда на Украине возводятся памятники Мазепе, Бендере и Петлюре, услужливые ученые мужи быстрехонько отыскали корни "самостийности" аж в 3-м тысячелетии до нашей эры. Казалось бы, что за беда, пусть себе тешатся? А беда в том, что идет обвальное нашествие на русско-украинское братство: русский язык изгоняют из школ, институтов, учреждений, русские объявляются "захватчиками", "интервентами". И все это на фоне страшного обнищания народа, чудовищной коррупции, распродажи за бесценок национальных богатств, падения производства, духовного коллапса.

Удивительно, но и российским, и украинским фантастам до проблем современности дела вроде бы и нет. Их герои, как правило, космические спецназовцы, сражаются со злодеями в "тоннелях времени", истребляют галактических пиратов, соблазняют трехполых красоток, и все такое прочее. Исключения в тематике крайне редки.

Но вот минувшей весною я прочитал антиутопию Дмитрука "Битва богов". В ней ожила глубочайшая древность, снабженная дьявольской машинерией XX столетия. Это был совсем иной Дмитрук, весьма далекий от звездно-романтических устремлений своих первых книг, выходу которых в свет я в свое время способствовал. Да, совсем иной – умудренный жизнью мыслитель, свободно владеющий высотами философии, геополитики, лингвистики, психологии. Естественно, я позвонил в Киев и попросил Андрея, с которым мы не виделись целых пять лет, прислать что-нибудь новое для "ТМ" – не зря же на наших страницах начинал он свои писательский путь и даже был отмечен престижной международной премией.

Дмитрук откликнулся на мой зов, как всегда оперативно, и вскоре прислал повесть, которую, в несколько сокращенном виде, вы только что прочли. Не стану рассуждать о ее достоинствах – они несомненны. Скажу главное: одним из первых автор задается вопросом: "Какое такое отравленное вселенскими миазмами межзвездное облако опалило наше общее Отечество, после чего начался цепной распад тела державного на отдельные части – нищие, стонущие, воюющие друг с другом?" Пророчество Андрея Всеволодовича Дмитрука беспощадно: и Русь Великая, и Русь Малая погибнут друг без друга, если продолжать злонамеренно рубить живые вековечные корни, тесно переплетенные в Матери-Сырой-Земле.

Будем же надеяться и мы вместе с писателем, что воскреснет Бог в сердцах сограждан нашего двуединого русско-украинского народа, издревле живущего от Карпат до Курил.

Юрий М. МЕДВЕДЕВ

(c) Техника молодежи N 9-10/1997 г.

ОТ АВТОРА

Что можно написать в автобиографии? Сведения о своей внешней жизни? Они укладываются в несколько строк: родился в Киеве летом 1947 r.; рос как большинство детей среднеслужащих – в вялотекущем конфликте с родителями и школой. Сверхнормативной была лишь яркая, до галлюцинаций, мечтательность. Еще классе в пятом начал писать фантастический роман о межзвездном перелете, понятия не имея, чем окончу (правителя планеты, помню, звали Коуыирео)… Ощутив свежий порыв 60-х, подвизался в молодежных кафе, на роли буйного поэта-модерниста. Слегка остепенился, поступив во ВГИК, на сценарный факультет. Работал на радио, на телевидении, написал массу сценариев для научного кино и даже один – художественного фильма. Выпустил две собственные книги в Киеве, а две – в Москве, в издательстве "Молодая гвардия"; "Ночь молодого месяца" и "Следы на траве". Пока позволяли средства, недурно попутешествовал, был даже в Сингапуре и на Андаманских островах (см. А. Конан Доил, "Знак четырех"). Распад СССР воспринял, как личную катастрофу; с тех пор ощущаю себя эмигрантом в незнакомой и довольно жуткой стране, вернее – высланным насильно… С 1993 г. на украинском государственном телевидении; делаю и веду в эфире передачу "Реальность невозможного", тематика ясна из названия. В прошлом году среди всеобщего хаоса и разрушения набрело на меня наивное частное издательство и за свой счет (!) выпустило мою книгу "Битва богов", написанную в жанре историко-эзотерической фантастики.

Насчет же жизни внутренней процитирую сам себя: Есть лишь весны краткие – успехов, Есть лишь зимы лютые – потерь… Когда дух в порядке, я здоров. И наоборот.

Пожалуй, миссия моя на Земле еще не выполнена,и потому я не очень боюсь падающих балконов и "крутых" летящих машин на дороге. Но и не подставляюсь…

Андрей ДМИТРУК, г. Киев