За гранью восприятия - Фомичев Алексей Сергеевич - Страница 79

– …Ну что, пошли? – Я вышел из спальни, поставил перед собой сумку и глянул на гостя. – Мы как, на машине или пехом? Не хотелось бы в такую погоду.

За окном как раз громыхнуло, мощный удар сотряс стекла и заставил заработать сигнализацию припаркованной у подъезда машины. Потом сверкнула молния, высветив кусок черного неба. В начале шестого дня на улице было темно, как поздним вечером.

Барил тоже посмотрел в окно, зябко повел плечами и недовольно сказал:

– Придется своим ходом. Здесь не очень далеко. У вас плащ есть?

– Куртка.

– Вот и хорошо. Можно воспользоваться вашими трол-лей-бу-сами, – по складам выговорил он. – Если они еще ходят.

– Угу…

В этот момент запиликал пейджер, лежавший на столе. Барил бросил на меня подозрительный взгляд и спросил:

– Это кто?

– Не знаю. – Я равнодушно пожал плечами, взял пейджер, прочитал сообщение и протянул его Барилу. – Можете посмотреть.

Гость не отказался. Пробежал глазами по строчкам и вслух прочитал:

– Артурчик, милый, уже соскучилась, хочу видеть. Как приедешь, позвони. Целую, Нина.

На малоподвижном лице Барила возникла легкая улыбка.

– Вы пользуетесь большим успехом у слабого пола.

Я тоже улыбнулся и кивнул.

– Несомненно…

…Крышку люка, закрывавшего ход с крыши, слегка заело, и пока он возился с ним, порыв ветра сбросил капюшон с головы, а дождь намочил короткие волосы и лицо. Сергей одной рукой натянул капюшон, а второй наконец смог открыть люк. Над головой в очередной раз прогрохотало, неподалеку блеснул отсверк молнии, и в воздухе запахло озоном.

Он слез вниз, тщательно закрыл крышку, спустился на лестничный пролет и сделал небольшую паузу, чтобы снять мокрую ветровку, вытереть лицо и голову платком и слегка почистить кроссовки.

Покончив с одеждой, Сергей проверил оружие, еще раз осмотрел себя и пошел вниз.

Этого типа он вычислил вчера, когда вместе с Толиком осматривал прилегающие к Артурову дому здания. Простая логика подсказывала, что Барила будут страховать, держа дом и подходы в поле зрения. Наиболее удобным для слежки за подъездом местом оказалась девятиэтажка. Она стояла метрах в семидесяти под прямым углом и позволяла держать в поле зрения все подходы.

А обнаружить самого наблюдателя было просто. За десять минут до визита Барила к Артуру тот занял свой пост в первом подъезде между первым и вторым этажом.

Сергей вошел в соседний подъезд, по крыше перешел в первый и сейчас спускался вниз, готовя встречу с чужаком. Теперь самое главное…

Наблюдатель так и стоял у окна, держа руки в карманах легкого плаща и не отрывая взгляда от улицы. На шаги он отреагировал спокойно – несмотря на погоду, мимо него уже трижды проходили жильцы дома. Повернул голову и увидел молодого человека в больших роговых очках и с сумкой в руках. Потратив секунду на рассматривание местного жильца, наблюдатель отвернулся, вновь беря под контроль соседний дом. А когда сообразил, что с этим очкариком не так, было уже поздно.

ПБ[24] негромко хлопнул, выпуская пулю, та угодила точно в затылок, разнося череп и мозги.

Сергей прыгнул через две ступеньки, подхватил тяжелое тело, быстро проверил состояние наблюдателя, потом поволок его вниз, в подвал.

«Смекалистый, гад, – подумал он, затаскивая тело дальше в подвал. – Сопоставил факты. Если я вышел из квартиры на нижних этажах, то он бы услышал стук двери, из которой я вроде вышел, а если на верхних, то почему топаю пешком, а не еду на лифте? Понял, что не сходится, и потащил руку из кармана. А в руке пистолет. Но не успел…»

Сергей достал радиостанцию и несколько раз нажал на тангетку, посылая частую дробь – сигнал Толику. Теперь его очередь.

…Второй человек Барила стоял в подъезде дома, где жил Артур. Он должен был сопровождать официала и объект до «контура» в непосредственной близости, страхуя на случай непредвиденного столкновения. Оперативник занял позицию в глубине подъезда, изредка выглядывая на улицу, чтобы оценить обстановку. Все было спокойно.

…Толик зашел в подъезд, неся перед собой большую коробку из-под телевизора. Та скрывала фигуру от пояса и до головы, не позволяя толком рассмотреть его.

Оперативника он заметил сразу. Тот сделал шаг в сторону, пропуская вошедшего, цепким взглядом окинул высоченную фигуру и отвел глаза. Когда пустая коробка упала ему на ноги, он машинально отступил и набрал воздуха, чтобы высказать эту неловкому кретину все, что о нем думает, но не успел.

Пуля легко прошила плащ, рубашку, кожу, мышцы и вошла прямо в сердце, разрывая его на части. Уже падая, оперативник тускнеющим взглядом отметил длинный ствол пистолета и даже успел понять, что это наверняка глушитель. И что он – идиот, проворонивший простую подставу…

Получив ответную серию дроби, Сергей удовлетворенно хмыкнул и достал сотовый телефон. Через минуту оператор пейджинговой связи переслал сообщение: «Артурчик, милый, уже соскучилась, хочу видеть. Как приедешь, позвони. Целую, Нина».

«…Брать его надо здесь, в квартире. Меньше хлопот со случайными свидетелями. Значит, в запасе секунд пятнадцать. Потом мы выйдем. И тянуть время нельзя, заподозрит еще…»

Так я рассуждал в тот момент, когда Барил читал сообщение. На душе стало легче от того, что парни успешно провели дело. Как там у Марка и Антона? Они должны снять охрану Периметра…

– Что, пойдем? – спросил Барил, возвращая пейджер. – Дождь будет лить долго, ждать конца нет смысла.

– Угу, – кивнул я и первым шагнул к коридору.

Ну, парни… Мой выход!

…В оптическом прицеле силуэт охранника выглядел смутно и как-то неясно, что, впрочем, было вполне ожидаемо. Тот сидел в глубине полуразрушенной комнаты, той самой, где раньше собирались перед переходом они сами. Там и так темно, а еще полумрак на улице окончательно сводил видимость к нулю. Хорошо хоть прицел на ВСС стоял специальный, ночной. И хоть лица охранника не различить, но фигура видна вполне нормально.

Марк ждал сигнала от Антона. Тот зашел с другой стороны дома, залез на второй этаж и сейчас осторожно пробирался в помещение, под которым и была входная комната. Оттуда можно спрыгнуть вниз, прямо к лестнице, ведущей к Периметру. Там сидит еще один охранник. Он – на Антоне.

Третьего Марк засек пятнадцать минут назад. Невзрачный мужичок пристроился метрах в сорока от дома в старой ржавой беседке. Скрюченная фигура сидела на обломанной скамейке лицом к дороге и фиксировала все передвижения по улице. Ни один нормальный человек не будет сидеть в такую погоду в дырявой, пронзаемой всеми ветрами жестянке. Только тот, кому это очень надо.

Переводя ствол слева направо и обратно, Марк прикидывал траекторию движения и мысленно считал секунды. От первого выстрела до второго. После – работа Антона.

Серия щелчков в радиостанции заставила его выбросить из головы все подсчеты и взять на прицел первого охранника, сидевшего в беседке. Антон готов, ждет его. Пора…

Сгорбленная фигура со спрятанной в плечи головой и поднятым воротником рваной куртки сидела на месте практически без движения, только вздрагивая. То ли от холода, то ли от чего еще.

Точка прицела совпала с центром головы. При попадании тяжелой пули калибром девять миллиметров от черепа почти ничего не останется, так что поражение будет стопроцентным…

Вдох-выдох, задержка дыхания, палец начал выбирать свободный ход спускового крючка.

Один… два… три… – мысленный счет.

На цифре «пять» последует выстрел.

Четыре…

Сидящего человека словно подбросило с места. Он вскочил, дико озираясь, суетливым движением рук поправил воротник и быстрым шагом, почти бегом, кинулся прочь от беседки, вдоль кустарника дальше в тупик. Нескладная фигура ковыляла на левую ногу.

«Бомж! – осенило Марка. – Заснул, мать его! Привык на свежем воздухе, не обращает внимания на погоду…»

24

Пистолет бесшумный на базе пистолета «Макарова».