Горький пепел победы - Иващенко Валерий В. - Страница 82

Молодой волшебник отпихивал любопытную демонячью морду, да продолжал наводить окончательный лоск. И вот уже в руках обнаружилось примерное подобие каприза вспыхнувшего желания. Зато пёс как-то по особому тихо рыкнул, и для убедительности даже легонько потеребил зубами рукав хозяина.

Волшебник едва не выронил свою работу, когда до него дошла мысль демона.

- Не приятель, а приятельница? Ну, ты даёшь, чертяка!

И всё же, на усталое небритое лицо спустя долгое время выплыла осторожная, чуть кривая улыбка. Валлентайн кивнул. Снежная фигурка в его ладонях послушно перевернулась, а мизинец одним стыдливым движением обозначил дырочку в нужном месте.

- А вдруг от таких забав потом щенки заведутся? - строго поинтересовался он у нетерпеливо ёрзающего уже чёрного зверя.

Судя по тут же проявившейся на всех трёх пастях вполне собачьей улыбке, такие перспективы демона как раз не пугали. Потому Валлентайн вполголоса отдал тихо дремлющему в предрассветном мареве замку распоряжение - если что, трёхлавых собачат раздавать только в хорошие, надёжные руки. А потом призадумался на миг, и кивнул. Годится…

- Тебе что, особое приглашение нужно? - взгляд искоса нет-нет да цеплял маячащего над заснеженным плечом бестелесного, который с интересом приглядывался к действу.

Ухватить за шкирку невесть сколько веков скучавшего в бездне демона да сунуть в снежную фигурку, то оказалось полдела. Сверху ещё немного магии воды - и припечатать таким дерзким заклятьем, что неосторожно сунувшийся сюда трёхглавый пёс мгновенно отпрянул, фыркнул и даже прикрыл нос мохнатой лапой.

- А вот не лезь куда не следует, - авторитетно заявил Валлентайн, с интересом присматриваясь к получившемуся.

Доселе творить новую жизнь позволялось только богам. Ну и женщинам, понятное дело - за одну только эту способность он их к небожителям и приравнивал. Однако данный случай, стоило признать, всё же ни под какую классификацию не подходил.

Но тем не менее, что-то не срасталось - и тогда мгновенно возобладавшая гордость чёрного мага сразу же напомнила о себе. Волшебник не мешкая царапнул запястье шпагой и позволил упать на спину диковинной снежной собачке одной-единственной капельке. Достаточно… тут дело не в количестве, а как раз именно в качестве.

Замершая у ноги фигурка шевельнулась. Неуверенно дёрнулась, отчего задние лапки разъехались в стороны, и уже совсем живой щенок с возмущением шлёпнулся на то место, над которым уже вовсю заходил помелом куцый хвост. Ну разумеется, левая голова в одночасье сцепилась с правой, а средняя тут же принялась с упоением таскать обе за уши своей пока беззубой ещё пастью.

Здоровенный пёс разглядывал маленькую белоснежную собачонку у ног хозяина с таким умилением, что с клыков на снег закапал жидкий огонь. А Валлентайн поднял, осмотрел свою первую работу и легонько усмехнулся. Барахтается… Ничего, подрастёт - а так, вполне адская зверушка. Вон, за пальцы уже сейчас примеряется цапнуть.

- Ладно, присматривайте тут без меня за порядком…

Как он исчез, валяющийся у крыльца демон упустил из внимания. Зато под бок удивлённо поглядывающего на этакое диво трёхголового пса приткнулся маленький, ещё пахнущий глубоким подземельем да хозяином, забавный и пушистый белый комочек. Или комочка?

Этим утром она проснулась как обычно - в тот час, когда над маяком только загоралась хмурая полоска стального январского рассвета. Некоторое время понежилась в уютном тепле постели. И лишь затем, так и не оказавшись в силах определить, что же так непонятно теребило, она досадливо пнула оставшуюся неизмятой соседнюю подушку кулачком и выбралась наружу.

О, как здорово - ночью опять шёл снег. И теперь наблюдать через распахнутое в зиму окно за присыпанным и принарядившимся Ферри-Бэем оказалось одно удовольствие. А ведь стоило признать - этот город красив. По его приказу, неукоснительно приведенному в исполнение, кое-что снесли, гораздо больше построили заново. Спрямили несколько улиц да учредили два городских парка - с непременной зеленью и фонтанами. Да и вон тот шпиль срочно возведённого Мореходного Училища, откровенно перенятый у какой-то там адмиральской иглы, необыкновенно хорош…

Проползающая над головой низкая зимняя туча шаловливо уронила на носик красавицы несколько снежинок. Словно игривый щенок, та задорно поймала их, попробовала на язычок и милостиво кивнула - разрешаю. Затем испуганно покосилась по сторонам, уж не застал ли кто её за столь неподобающим поведением? Досужих глаз в утренней серости не оказалось, потому девица собрала с наличника пригоршню снега да в пару движений скатала его в тугой снежок - и до тех пор тёрла и разрисовывала им щёки, пока на те не вымахнул задорный румянец.

В комнате оказалось всё так же тепло и душновато. Пару раз девица потянула носом - да нет, скорее всего просто почудилось после свежего воздуха, будто потянуло сыростью и подземельем. И всё же, что-то мешало, теребило эдак незаметно, исподволь. Положив ладонь на низ живота, хозяйка миг-другой с беспокойством прислушивалась к мягким посылам собственной магии. Да нет, не то - не скоро ещё очередной недуг.

Одежду все объединившиеся в такой диковинной личности прежние любили простую, но удобную. Правда, дракошка предпочитала и вовсе обходиться одним лишь изумрудным блеском - а эльфка Тэлль и откровенно армейскими мундирами. Потому и не удивительно, что хозяйка комнаты споро облачилась в добротную одежду с чуть заметным милитаристским уклоном. И нацепив вызывающе цокающие полусапожки на умопомрачительно цокающих каблучках, спустилась из своей башни.

Тенью прошла мимо зеркала, мельком мазнув по себе взглядом - ага, опять ночью в рыжую перекидывалась… всё ждала… но путь девицы вёл всё ниже и ниже, пока в лицо не пахнуло сырой прохладой подземелья.

Долго она стояла на пороге всегда отпертой с того дня двери, не в силах заставить себя сделать последний шаг наружу. Хотя все мастера и даже втихомолку приглашённый Дей в один голос уверяли, что укрепили оставшуюся часть галереи так, что теперь и элефанта выдержит - а всё же. Слишком уж явственно вспоминался тот животный страх, когда бесцеремонный толчок в бок и под пятую точку таки добросил её наверх.

- И вот - я здесь, а ты… Как ты там?

Всё так же бесстрастно, словно немигающий в ночи маяк, светил фонарь - Чайка присела, потянулась рукой и прикосновением ладони залила в немудрёную светилку новую толику Силы. Пусть горит… может, и нелепо - но уж чертовски символично. Она всё же пересилила себя и вышла на оставшуюся от прежней галереи треть. Неизвестно зачем потеребила уходивший в бездну и по-прежнему безвольно обвисший крепкий морской трос, и горько усмехнулась.

Она сама трижды пыталась туда спуститься - но теряла сознание задолго до того, как чёрная пелена скрывала её от глаз и заклинаний тревожно присматривавшихся сверху. И тогда её, обмякшую, спешно втаскивали на страховочном канате обратно - а потом отчаянно пытались убедить, что никакого позора тут нет. Зепп пытался дважды, Селина тоже - с тем же самым результатом. Верайль попробовала - но маменьку почти сразу начало тошнить, едва наизнанку не вывернулась и долго вся зеленела при одном только воспоминании.

А отчаянно смелую или же безрассудную огненную воительницу попросту выбросило обратно. Да с таким шлепком припечатало о каменную стену, что та полдня поправляла здоровье и расстроенные чувства в пылающем чреве камина…

Вздохнув так тяжко, что по разжалобившейся каменной стене скатилась капля сырости, Чайка куда медленне и в гораздо более задумчивых чувствах направилась обратно. По пути кивнула попавшейся огненной воительнице, отрапортовавшей что в её смену никаких боже-упаси, и вообще, и в частности. Жестом отправила ту отдыхать в жарко натопленный камин, и некоторое время стояла наверху лестницы. Всё же, нечего ещё шастать в такую рань - и каблучки процокали обратно в свою башню.

Снаружи за окном раздались голоса - то всегда первым из солдат просыпался Зепп, не доверявший никому обязанность следить за порядком. Затем шум, какой-то маленький и наверняка весёлый переполох - маменька из своей комнаты тоже выразила вниз своё недовольство, не особо церемонясь в выражениях. Какого-разэдакого спать мешают?