Икона - Форсайт Фредерик - Страница 98

— Беда в том, Умар, что их всех можно купить. Они увидят Гришина, поймут, что могут заработать вдвое больше, и тут же перейдут на другую сторону и выполнят работу сами.

— И вы использовали моих людей, потому что знали, что они не предадут вас?

— У меня не было выбора.

— Вы понимаете, что Гришину теперь прекрасно известно, кто вас прикрывает? Если он не мог догадаться раньше, то теперь он знает. С этого часа наша жизнь станет очень трудной. Уже ходят слухи, что долгоруковским велели готовиться к большой войне между бандами. Вот чего мне совершенно не нужно — так это такой войны.

— Если Комаров придёт к власти, долгоруковские станут самой мелкой из ваших проблем.

— Какую заваруху вы устроили здесь, вы и ваша проклятая чёрная папка!

— Что бы мы ни устроили, мы не можем это остановить, Умар.

— Мы? Что значит «мы»? Вы обратились ко мне за помощью. Вам требовалось укрытие. Я предложил вам своё гостеприимство. Таков обычай моего народа. А теперь мне грозят открытой войной.

— Я могу попытаться помешать этому.

— Каким образом?

— Поговорю с генерал-майором Петровским.

— С этим чекистом? Вы знаете, сколько моих операций сорвали он и его ГУВД? Вы знаете, сколько налётов он устраивал на мои клубы, публичные дома, казино?

— Он ненавидит долгоруковских сильнее, чем вас. А ещё мне надо встретиться с патриархом. Последний раз.

— Зачем?

— Есть вещи, которые необходимо сообщить ему. Но на этот раз мне потребуется помощь, чтобы уйти.

— Никто не подозревает его. Оденьтесь священником и идите.

— Это сложнее, чем кажется. Я думаю, что англичанин воспользовался лимузином из отеля. Если Гришин проверит журнал вызовов машин — а он это, вероятно, сделает, — то станет ясно, что англичанин ездил к патриарху. Дом в Чистом переулке, возможно, находится под наблюдением.

Умар в изумлении покачал головой.

— Знаете, мой друг, этот ваш англичанин — старый дурень.

Полковник Гришин, сидя за столом в особняке, рассматривал увеличенную фотографию с нескрываемым удовлетворением. Наконец он нажал кнопку интеркома.

— Господин президент, мне нужно с вами поговорить.

— Заходи.

Игорь Комаров посмотрел на фотографию, сделанную с письма, найденного в атташе-кейсе сэра Найджела Ирвина. Было ясно, что это официальный документ Патриархии, и начинался он словами: «Ваше королевское высочество». Под текстом стояла подпись и печать его святейшества Алексия Второго.

— Что это?

— Господин президент, совершенно ясно, что против вас создаётся за границей заговор. Он состоит из двух частей. Внутри России — это подрыв вашей избирательной кампании, распространение страхов и мрачных прогнозов, основанных на вашем секретном манифесте, который показывают отдельным избранным лицам. Результат — разрушение печатных машин, давление банков на телевидение, прекратившее широкую трансляцию ваших выступлений, и разоблачения этого старого дурака-генерала. Все это повредило, но не может помешать вам победить на выборах. Вторая часть заговора по-своему даже более опасна. Она предполагает заменить вас российским троном. Ради своих интересов патриарх клюнул на это. То, что лежит перед вами, — это его личное письмо к некоему принцу, живущему на Западе, в поддержку восстановления монархии и с согласием, в случае принятия такого решения Церковью, прислать ему приглашение.

— Твои предложения, полковник?

— Очень простые, господин президент. Без наличия кандидата заговор развалится.

— И ты знаешь человека, который может… разубедить благородного джентльмена?

— Навсегда. Он вполне подходит. Привык работать на Западе. Он работает на долгоруковских, но его можно нанять. Его последний контракт касался двоих изменников, которым поручили положить двадцать миллионов долларов в банк в Лондоне, а они решили присвоить эти денежки. Две недели назад их нашли в квартире в Уимблдоне, пригороде Лондона.

— Думаю, нам требуются услуги этого человека, полковник.

— Предоставьте это мне, господин президент. В течение десяти дней кандидат исчезнет.

И тогда, думал Гришин, возвратясь в свой кабинет, когда драгоценный принц сэра Найджела будет лежать под мраморной плитой, а Джейсон Монк, выслеженный ФАПСИ, — висеть в камере, мы пошлём сэру Найджелу Ирвину целый пакет фотографий в качестве подарка к Рождеству.

Когда зазвонил телефон, начальник ГУВД сидел с маленькой дочерью на коленях и смотрел её любимый мультфильм. Трубку сняла жена.

— Это тебя.

— Кто?

— Он только сказал: «Американец».

Генерал поставил дочь на пол и поднялся.

— Я возьму трубку в кабинете.

Когда он, закрыв за собой дверь, снял трубку, то услышал щелчок, означавший, что жена повесила трубку параллельного аппарата.

— Слушаю.

— Генерал Петровский?

— Да.

— Мы разговаривали на днях.

— Да.

— У меня есть информация, которая может оказаться для вас полезной. У вас есть ручка и бумага?

— Откуда вы говорите?

— Из телефонной будки. У меня мало времени. Пожалуйста, побыстрее.

— Продолжайте.

— Комаров с Гришиным убедили своих друзей из долгоруковской мафии начать войну между бандами. Они собираются послать вызов чеченской мафии.

— Итак, волк против волка? Очень мне нужно беспокоиться!

— Если бы не один факт. Делегация Всемирного банка ведёт в Москве переговоры об очередном предоставлении кредитов на развитие экономики. Может получиться, что, если на улицах будут свистеть пули, исполняющий обязанности президента Марков, старающийся хорошо выглядеть в глазах всего мира и ввиду предстоящих выборов, будет весьма огорчён. Он может заинтересоваться, почему это должно было случиться именно сейчас.

— Дальше.

— Шесть адресов. Пожалуйста, запишите.

Монк перечислял их, а генерал-майор Петровский записывал.

— Что это за адреса?

— Первые два — арсеналы, забитые оружием долгоруковских. Третий — казино; в подвале хранится большинство их финансовых документов. Последние три — склады. Там на двадцать миллионов долларов контрабандных товаров.

— Откуда вы это знаете?

— У меня есть друзья в разных местах. Вы знаете этих офицеров? — Монк назвал два имени.

— Конечно. Один — мой заместитель, а другой — командир подразделения войск СОБРа. А в чём дело?

— Они оба на службе долгоруковской мафии.

— Вам бы лучше знать это наверняка, американец.

— Это абсолютно верно. Если вы хотите произвести какие-то рейды, я бы не говорил о них заранее и держал этих двоих в неведении.

— Я знаю, как делать свою работу.

Линия разъединилась. Генерал Петровский задумчиво положил трубку. Если этот странный американец прав, то его информации нет цены. У генерала был выбор. Допустить, чтобы началась война между бандами, или нанести ряд ударов по главному синдикату мафии атакой момент, когда велика вероятность получения поздравлений от президентской власти.

В его распоряжении находились три тысячи человек отрядов быстрого реагирования — СОБР, в основном состоявших из молодых и энергичных солдат. Если американец только наполовину прав в отношении Комарова и его планов захвата власти, то в новой России для Петровского не будет места, как и для его борцов с преступностью или его войск. Он вернулся в гостиную.

Мультфильм закончился. Теперь он никогда не узнает, получил Уайли-койот на ужин Бегуна или нет.

— Я должен вернуться на работу, — сказал он жене. — Пробуду там ночь и весь завтрашний день.

Зимой городские власти обычно заливают дорожки и аллеи парка Горького водой, которая, быстро замерзая, превращается в самый большой ледяной каток в стране. Он тянется на несколько километров и пользуется популярностью у москвичей всех возрастов, приходящих на каток с коньками и хорошим запасом водки, чтобы на ледяном просторе забыть на время о своих бедах и заботах.