Проклятые башни - Форсит Кейт - Страница 122

– Если бы у нас была Книга Теней! Мы бы узнали, как снять проклятие. – Она обернулась к Майе и сказала: – Ты должна вернуться вместе со мной в долину. Я не могу снять проклятие прямо здесь. Мне нужно посмотреть книги Мегэн и выяснить, как и в какое время это делается. Нужно узнать лучшую фазу луны и сделать свечи с дягилем и зверобоем, возможно, еще с клевером или розмарином. И еще у Мегэн там есть немного драконьей крови, которую используют для таких вещей…

– У меня тоже есть, – к ее удивлению, сказала Майя. – И кое-что другое, не знаю точно, что. – Она указала на сундучок и, слегка покраснев, пояснила: – Он принадлежал одному моему знакомому колдуну…

– Пожалуйста, вернись вместе со мной домой. Я обещаю, что отпущу тебя, если ты позволишь мне снять это проклятие так, как надо. Даю слово.

Майя кивнула.

– Хорошо. Но не пытайся обвести меня вокруг пальца, потому что теперь я знаю выход из этой долины, и если ты меня вынудишь, я превращу тебя в жабу, предупреждаю.

Изабо проглотила горькие и сердитые слова, готовые сорваться с языка, и сказала лишь:

– Я знаю.

Вокруг расположившейся на отдых армии клубился туман, в котором крепкие стволы деревьев казались склонившимися вперед скелетами, протягивающими длинные костлявые руки. Когда из дымки выплыли месмерды, часовые сдавленно вскрикнули, но быстро пришли в себя и забили тревогу. Большинство солдат повскакало на ноги, схватившись за оружие, но мрачный Айен сделал им знак успокоиться и пошел навстречу серым болотным призракам.

Там были многие сотни месмердов, их нечеловеческие лица казались невероятно прекрасными. В воздухе висел многотональный гул, тысячи радужных, с прожилками, крыльев шуршали, тысячи коготков терлись о твердые брюшки. Стоявший рядом с ними Айен казался очень маленьким и одиноким. Потянулись долгие минуты молчания, потом гул изменился. Он стал более низким, мягким, гармоничным, очень похожим на довольное урчание объевшейся сметаной кошки.

Лицо Гвилима слегка просветлело.

– Месмерды приняли предложение Мегэн и обещали нам свою поддержку! Кто бы мог поверить, что это возможно? Должно быть, они очень хотят получить тебя, Хранительница!

Лицо Изолт стало еще более печальными, и она положила руку на плечо Мегэн. Маленький донбег Гита жался к ее шее, коричневое тельце дрожало от горя. Мегэн несколько раз кивнула белой как лунь головой и скривила угрюмо сжатые старые губы, погладив Гиту трясущейся рукой.

Дункан отдал быстрый приказ сниматься с лагеря и выходить, и напряженно стоявшие в боевой готовности солдаты облегченно вздохнули. Они проворно скатали одеяла и закинули за плечи мешки, а ряды месмердов постепенно и не торопясь сняли свои серые колышущиеся одежды и побросали их в болото. Без одежды эти существа выглядели еще более чуждыми – с длинными твердыми членистыми телами, изогнутыми вперед и заостренными на концах. У них было по шесть ног, две длинные и маневренные, а остальные четыре согнутые и прижатые к телу. Их жесткие крылья находились в постоянном движении, и они стремительно носились во всех направлениях, заставляя многих солдат вздрагивать от неожиданности и испуга.

С болотниками, проверяющими дорогу впереди, и месмердами, парящими над головами, они начали передвигаться гораздо быстрее. Солдаты Чертополох не раз пытались напасть на них из засады, но, несмотря на туман, окутывавший их густой душной пеленой, Серые Плащи были предупреждены и смогли отбить их. Самый больший урон им наносили трясинники, которые протягивали свои костлявые руки из болота и утаскивали зазевавшихся солдат под воду раньше, чем товарищи успевали прийти им на помощь. Нескольких укусили ядовитые змеи, и несчастные умерли быстро, но в мучениях, несмотря на все попытки спутников высосать яд.

Большинство Серых Плащей уже поняло, что лучше всего привязывать веревки к поясам, а не нести их в мешках, поскольку почва здесь была ненадежная, и многие солдаты проваливались в трясину или зыбуны, а вытаскивать их нужно было как можно быстрее, пока не засосало.

Теперь, когда месмерды стали их союзниками, Дункан с Изолт приняли решение отказаться от всех хитростей и открыто шагали по одной из немногочисленных дорог, вьющихся по болоту. Чертополох не могла обойтись без твердого тракта, по которому телеги вывозили эрранские товары на экспорт и ввозили многочисленные предметы роскоши, которых требовала банприоннса. Прежде Банри даже не пыталась бы пройти по этому тракту, зная, что он усиленно охраняется, предпочитая положиться на Айена и Гвилима, знавших тайные тропы через болота.

Ночлег был неудобным и тревожным, но им удалось обойтись без больших потерь благодаря месмердам, которые реяли вокруг цепочки костров, точно духи, отражая все атаки эрранских солдат. Они легли спать в густом тумане и проснулись все в той же душной непроходимой сырой дымке, такой плотной, что солдаты еле видели своих соседей, шагающих в нескольких шагах впереди.

Они приближались к тракту, и стычки стали более жаркими, а многие Серые Плащи погибли, несмотря на помощь месмердов. Расплывчатые мерцающие огоньки вводили их в заблуждение, и они проваливались в зыбуны или получали удар ножом сзади. Жители болот хорошо знали местность и с легкостью прятались в зарослях тростника и осоки или на огромных водных дубах, во множестве росших в глубоких ямах со стоячей водой. На марширующую колонну могла обрушиться туча стрел, убивая и раня многих еще прежде, чем солдаты успевали поднять щиты или спрятаться.

Хотя ведьмы ощущали разум скрывающихся людей, но они находились в голове колонны, поэтому солдаты Чертополох просто дожидались, пока они пройдут, потом бесшумно переправлялись через ручей в плоскодонных лодках или пробирались по тайным тропинкам и нападали на тех, кто шагал в конце. После нескольких таких бесшумных атак Изолт велела Гвилиму, Айену, Ниаллу и Дайду идти с теми прионнсами, которые не обладали колдовским чутьем, и попросила месмердов пролететь над болотом и уничтожить всех солдат Чертополох, прячущихся неподалеку от них. После этого у них больше не было крупных потерь, хотя нападения продолжались со все возрастающей дерзостью.

Они добрались до тракта только в сумерках. Это была узкая извилистая дорога, построенная на твердом основании из камней и глины, которое приходилось постоянно укреплять, чтобы дорога не осела в болото. Туман еще укутывал все бледной ватой, и у многих Серых Плащей начали сдавать нервы, поэтому Изолт приказала раздать солдатам виски, чтобы они согрелись и немного взбодрились. Лагерь разбили прямо на дороге. Твердая и каменистая, она все же была куда боле удобным местом для ночевки, нежели коварное болото. Они расположились сплошной массой и выставили часовых вокруг всего лагеря, вместо того, чтобы рассеяться по островкам твердой земли, постоянно опасаясь быть затянутыми в зыбун каким-нибудь трясинником.

Тревога поднялась прямо перед рассветом. Изолт резко, точно от толчка, очнулась от тревожных снов и вскочила на ноги, вглядываясь в туманные сумерки. Дункан был рядом с ней с мечом на изготовку, и они с беспокойством прислушивались к топоту марширующих по дороге ног. Казалось, будто на них надвигаются сотни легионов, стуча подбитыми башмаками по камням.

– Можно зажечь свет? – закричала Изолт.

Углями из костра разожгли факелы, а Гвилим зажег на конце своего посоха ведьмин огонь, подняв его высоко над головой. Айен собрал все силы, чтобы разогнать туман, все еще висевший над ними, но к его удивлению, молочная дымка с легкостью разошлась. Красный свет факелов и голубое сияние огня Гвилима озарили дорогу, и у Серых Плащей вырвался всеобщий стон смятения.

По дороге на них надвигалась армия немыслимого размера. В свете факелов холодно блестело оружие, лица под стальными шлемами были суровыми и решительными. На всем обозримом пространстве шагали солдаты Чертополох, выстроенные четкими рядами по двенадцать человек, вооруженные длинными пиками и тяжелыми двуручными мечами. Еще большая армия приближалась к ним с другой стороны, даже не пытаясь прикрываться туманом.