Домовина с привидениями - Полунин Николай Германович - Страница 2

- Минутку… простите, Василь. Внимание, дамы и господа! Внимание, уважаемые телезрители! Вход в Домовину начинает открываться! Вот он, вот шлюз, за которым ждет Неведомое! Вот, где поджидают они за порогом, злобные и ужасные! Дерзайте, Василь, вперед! А мы станем наблюдать за вами, болеть за вас и, конечно же, не забудем делать ставки! Ставки на время, дамы и господа, сколько минут, а может, и часов продержится наш претендент в компании с настоящими призраками! Канал ТСТ-13 приглашает участвовать всех! А может, кто-то хочет сразу поставить на выигрыш? Ставка на выигрыш, сделанная прямо сейчас, фиксирована! Тринадцать к одному! Шоу начинается!!!

Снаружи знаменитая Домовина действительно напоминала колоссальных размеров гроб. Или старенькую «хрущевку» - дальняя родня, у кого Василь остановился в Москве, жила как раз в такой.

Под гримом Василю было жарко. Первое, что он сделал, отвернувшись от слепящих софитов, за которыми терялась и огромная студия - павильон в Юном Дворце, и улюлюкающие зрители широкого амфитеатра, - это потекший грим с лица платком стер. На платке была еще бабкина вышивка.

Двери шлюза, не пропускавшие привидения в мир, сомкнулись за Василем. Он очутился в кромешной тьме.

- Привет, - сказал наугад, - где вы тут, привидения, покажитесь. Ему ответило сразу несколько голосов, и все нечеловеческие:

- А-а-вау-вау-а!..

- Порс-с-стык!..

- Фрр-р-р-ш-шит!..

Впереди замаячил неясный зеленоватый полусвет. Мелькнула фигура в белом и развевающемся, она плыла, не касаясь пола. Кто-то загремел цепями, отвратительно заскрежетал.

Из тьмы сотворилась плоская гадкая рожа и захохотала могильным хохотом. Василь легко проткнул рожу пальцем. Рожа внезапно обиделась:

- Поаккуратней нельзя?

- А ты не пугай. Мы пуганые. Куда идти-то, не видно ни зги.

- Тычут всякие. Вон туда хромай. Будет тебе там… светло. Глаза начали привыкать. В проходе то и дело попадались ниши,

несло склепом. Василь миновал несколько прикованных скелетов, которые пытались его ухватить. От одного еле вырвался.

Потом коридор превратился в запутанный лабиринт. Василя продолжали пугать всевозможные кошмарные существа. С потолка свешивалась противная паутина, попала в рот, Василь с отвращением выплюнул - синтетическая. Волосы искрили, вставали дыбом, кожу кололо тысячами игл. «Наведенная статика, - догадался Василь, - не испечься бы, как в микроволновке». Стало очень жарко, а потом бросило в холод. Раз из бокового прохода выскочил громадных размеров зверь, облитый фосфоресцирующим огнем.

«Сабака-Босс Кирвилей» - было написано светящимися буквами на табличке-нагруднике. Василь отмахнулся небрежно, но «Сабака-Босс» еще долго бежала по пятам, цокая когтями, взрыкивая ужасным рыком.

- Ты чего, по правде не боишься? - вдруг шепнуло над самым ухом. Василь ощутил на плече мягкое и пушистое. А возможно, и белое.

- Кого бояться? Вы сами всего боитесь. Держат вас, как в тюрьме…

- Чш-ш! Не вслух! Тут повсюду «жучки». И скрытые камеры на каждом углу. И вообще, весь наш Дом снаружи прозрачный, как стекло, чтоб ты знал.

- Я знаю. На вас смотрят. Зрелище модное.

- Ну, пойдем тогда. Есть тут одно местечко. Мы его еле отыскали, непросматривающееся.

Оказалось неблизко. Мягкий и пушистый (а возможно, и белый) привел Василя в самую сердцевину шоу-гроба. Нечисти по дороге не убавлялось, но вся она была какая-то вялая, наскакивала без энтузиазма. «Конечно, - думал Василь, - соки из вас повыпили. Шоу-бизнес, ребята, потогонная система, не раз-два в сто лет по родовому замку прошвырнуться, впечатление оставить».

Невысокая, все в той же паутине, дверца вела в тесную комнатушку. Вокруг кривого стола расположились привидения. Сидели, пригорюнившись. Они показались Василю испуганными, как потерявшиеся дети. Увидя, загалдели:

- О! Человек! Ты зачем его сюда-то, Шкалик?..

- Это наше место!..

- Нигде в Доме покоя нет, теперь и тут!..

- Ну, Шкалик, мы тебя сейчас!..

Шкалик - так Василь узнал, как зовут мягкого и пушистого - соскочил с плеча, выкатился на середину стола. Оказался вовсе не белым, а розовым и переливчатым.

- Ша! Это наш человек! Он НЕ БОИТСЯ!

По тому, как было произнесено, Василь понял, что сообщение из разряда крайне важных.

- Как это - не боится? Нас все бояться обязаны. Не одно, так другое до смертного ужаса доведет. Людишки - народец пугливый.

- Вот и не обязательно, - заявил Василь, шагая к столу, - не все пугливые. Попадаются очень даже ничего. У вас, я вижу, проблемы, ребята. Излагайте, будем думать вместе. Да подвинься, призрачное племя, присесть дай!

И привидения подвинулись, место человеку за своим столом уступили.

- Куда картинка подевалась?! Шеф, у нас ЧП!

Генеральный и его спутник с серьгой пришли в аппаратную. Высокий в бандане усмехнулся краешком тонких, как шрам, губ.

- Не суетитесь, - посоветовал, - там имеется помещение, не оборудованное камерами. Я распорядился… от своего имени, извини.

- Как от своего имени? Кто тебе разрешил - от своего имени? - вскинулся толстячок генеральный. - Он седьмой час внутри! Интернет, тотализатор трещат по швам! Зрители вне себя! Знаешь, сколько проиграно ставок?!

- Что ж, хозяева должны быть довольны. Я лично еще до шоу ставил на абсолютный выигрыш. И тебе советовал, если помнишь. Поставь сейчас, еще не поздно. Хотя выплата, конечно, будет не та…

- Какая выплата? При чем здесь выплата! Мы вообще не имеем права играть, закон запрещает.

- Законы пишутся, чтобы их обходить. - Высокий тронул свою серьгу - на счастье. - Но, в конце концов, даже не в этом дело…

- Стыдно сказать, чем занимаемся. Давеча была… финалистка «Фактора страха» какого-то. Не знаю, какой фактор, но наши упыри ее за полчаса в истерику застращали. А ведь ничего не делали. И вообще мы не такие…

- Один в прошлом месяце кричал: «Вия мне, Вия! Пусть подымет веки!». Ну, вышел к нему Вий, растолкали мы дядьку, отдыхал он. Этот смелый кнопку на своем пульте, вот, как и у тебя тоже, нажать не успел, в обморок хлопнулся. Самим за него нажимать пришлось, чтобы спасатели вытащили…

- А я…

Привидений в каморку набилось невпротык. Сидели друг на дружке, некоторые совмещались в одном объеме трое, пятеро и больше, выглядывая поочередно. Слух о том, кто НЕ БОИТСЯ, облетел Дом с быстротой мысли. Каждое из заключенных здесь привидений торопилось выговориться о наболевшем.

Маленький призрак в тирольской шляпе сокрушенно хлюпал носиком:

- Меня одиннадцать раз перепродавали. Спекулянты, толкачи, пушеры черные проклятые. В сатанинских мессах заставляли участвовать. Там, на Брокен-хилл. Решил, попробую к вам, в Россию, мне один ваш домовой-эмигрант рассказывал, что у вас вроде пока еще поспокойнее. Какое там!

Шкалик, взявший на себя роль добровольного распорядителя, подкатился к Василю.

- У нас и американочка имеется. Салемская ведьма. Познакомить? Аделаида! - завопил сквозь стены и переходы. - Аде-лаида-а-а! Тут русский мужчина, который НЕ БОИТСЯ!

- Не тревожь Адьку, - посоветовал кто-то, девушка в депрессии. Ее последний раз эксклюзивом на клиента кинули, до судорог довела. Теперь совесть гложет.

- Самое главное, надежды никакой нет. Заперли на веки вечные с помощью продвинутых технологий. Подумать, лучше бы по старинке, как джинн какой-нибудь в кувшине на дне морском. Может, кто выловит хоть через тыщу лет, откупорит, распечатает…

- Я вот, например, в точности знаю, чей я Дух, - сказал печальный полупрозрачный Дух. - А толку?

- Попали вы братцы, - кивнул на горькие излияния призраков Василь, - но отчаиваться рано. Вечного ничего не бывает, а уж в шоу-бизнесе и подавно. Все меняется по сто раз. Надо, однако, вас вызволять.

- Эх, земеля! - махнул мохнатенькой лапочкой то ли леший, то ли чертик из придорожных обманщиков, свой, в общем. - Эх, куды бечь-то? Кругом, етти ее, цивилизация сплошная, не приткнешься. Вон, даже нас приспособили денежку качать. По всему миру отлавливают, собирают, спецгруппы шастают, эти, как их… охотники…