Безымянный Бог - Малиновская Елена Михайловна - Страница 51

– Не прибедняйся, – расхохотался мужчина. – Этой ночью ты убьешь многих. Слишком болтливую прислугу, несогласных младших гончих. Даже Ирру прикончишь ударом когтистой лапы.

Эвелина краем глаза заметила, как женщина после этих слов побледнела еще сильнее, хотя это казалось почти невозможным. Ранол же набычился и попытался было выхватить меч из ножен. Шари, не глядя на него, прищелкнул пальцами, и юноша тут же без сознания осел грузным кулем на землю.

– Чтоб не мешал, – жестко пояснил мужчина и добавил, предупреждая дальнейшее действие чужачки. – Даже не смей использовать магию. Как ты уже наверняка догадалась, действие клятвы распространяется и на меня. Очень благородно с твоей стороны рассказать обо всем Нору. А то я голову сломал, как же выкрутиться из сложившейся неприятной ситуации с наименьшим вредом для себя.

– И что придумал? – иронично изогнув бровь, спросила девушка. – Перебить кучу народу, а вину возложить на меня? Очень умно. Но ты так и не сказал, как намереваешься объяснить Далиону его просчет с клятвой.

– Легко, – хмыкнул Шари. – Мой глупый друг и сам знает, что ты при особом желании можешь убить скольких угодно. Потому как, девчонка, у тебя два истинных имени. Да, одно из них данное тобой слово отнимет. Но зверю для убийств с лихвой хватит и второго.

– О чем ты? – с недоумением переспросила чужачка. – Ни у одного человека не может быть двух имен. Ты, верно, бредишь.

– Отнюдь, – ухмыльнулся мужчина. – Считается, что ни один человек не может повелевать силой двух стихий. Однако над твоей головой благословение двух богов. Да кому я рассказываю? Сама же прекрасно знаешь, что ты владеешь магией и огня, и воды. Это ты с легкостью продемонстрировала мне и Далиону при первой схватке с перекидышем. Мой друг сначала не поверил глазам. Потом, когда вытаскивал тебя из объятий смерти, разглядел истинную твою суть. Точнее – две сути под одной оболочкой. Удивился настолько, что рассказал обо всем Ирре, а та, в свою очередь, поведала мне. Тогда у нас еще были более теплые отношения.

– Мерзавец, – прошептала женщина, плотнее закутываясь в шаль.

– Да ладно тебе, – ни капли не смутившись, рассмеялся Шари. – Я полагал, ты поддержишь меня. Но почему-то нашей милой Ирре пришлась не по вкусу идея убить тебя. Настолько не по вкусу, что она наотрез отказалась участвовать в этом. Хотя ранее помогла мне спрятаться от Далиона. Верно, услышала, как я ворковал со своими девочками. Рассказывал настоящую причину своего изгнания.

– Никогда не любила насильников, – выдохнула женщина, с отвращением посмотрев на старшую гончую. – Я-то полагала, что ты поссорился с Далионом из-за происков Эвелины. Будто она наговорила гадостей и глупостей про тебя, а тот и поверил. А на самом деле вон как все оказалось.

– Жаль, – холодно улыбнулся мужчина. – Твое благородство погубит тебя. Ты просто умрешь сразу же вслед за девчонкой. Принципы и мораль – жутко неблагодарное дело. Без них жить намного проще.

Чужачка усмехнулась от последних слов гончей. Затем смерила Дарию и Райю, перешептывающихся за спиной Шари, презрительным взглядом. Те, заметив это, сразу же смолкли.

– Поэтому ты использовал этих дурех? – негромко поинтересовалась Эвелина. – У них уже не осталось принципов и морали?

– Не только, – мягко поправил ее собеседник. – Во-первых, мне всегда было легче найти общий язык с девушками. Любят меня они. А во-вторых, от них ты меньше всего ожидала подвоха. Правда, Нор едва не спугнул тебя. Я не хотел его привлекать. Но Райя рассказала о том, что между вами завязываются какие-то отношения. Она у меня наблюдательная девочка. Вот я и решился. Пообещал денег и свободу. Ведь на самом деле Нор совершенно не хотел быть младшей гончей. Он слишком жалостлив для этого. И слишком любит жизнь. А вот с девочками было проще.

– Пообещал им роль тени старшей гончей? – невежливо перебила мужчину чужачка. – Только их две, а место – одно. Заставишь сражаться друг против друга до победного, пока не останется лишь одна?

– Зачем же? – возразил Шари. – Мне ведь тоже по статусу положена тень. Просто до этого я не хотел утруждать себя личным учеником. Это хлопотно и предполагает отказ от многих удовольствий. Но ради такого дела – почему бы и нет.

Эвелина глубоко вздохнула. Запрокинула голову к небу, выискивая среди облаков полную луну.

– Ну же, – прошипел мужчина. – Призывай своего зверя. Мне будет легче жить на свете, если я убью перекидыша, а не безоружную девчонку. Впрочем, это не помешает мне в крайнем случае собственноручно свернуть твою хрупкую шейку.

Девушка лениво потянулась. Потом прикинула взглядом расстояние. В шаге от нее – Шари, сразу за ним жмутся две гончие. Вполне выполнимая задача для бывшей ученицы императора.

– У тебя был великолепный план, – низким, рокочущим голосом произнесла Эвелина. – Но ты не учел одной маленькой детали.

– Какой же? – удивленно вскинул брови мужчина.

– Вот этой, – любезно пояснила чужачка. Затем одним резким движением метнула в гончих тугой зеленый шар. Шари шарахнулся было в сторону, но заклинание уже обвивало его множеством ловчих нитей, бережно спутывая руки и ноги мерцающим слабым светом. Та же участь постигла и девушек. Миг – и эта троица более не опасна.

Эвелина присела на корточки перед поверженным врагом и прошептала, глядя в налитые яростью и злобой глаза:

– Не всякая магия несет вред. Это заклинание не причиняет вам ни боли, ни каких-либо неудобств. Таким образом, клятву я сдержала. Если бы вы рассредоточились по двору – мне было бы очень трудно охватить такую площадь. Но ты всегда был самоуверен. Самоуверен и слаб в колдовстве. Поэтому и не учел этой малости.

Где-то неподалеку всхлипнула Ирра. Затем, не сдерживаясь более, разрыдалась в полный голос. Застонал, приходя в себя Ранол. Только Нор молчал, не смея поднять взгляд на неожиданную спасительницу. Эвелина слабо улыбнулась и с наслаждением зажмурилась, поймав в плен зрачков лучик лунного света. Зверь удовлетворенно рыкнул и вновь задремал, дожидаясь своего законного времени.

Эвелина окинула еще раз придирчивым взглядом поднос, который ей предстояло нести в комнату. Несколько ломтей хлеба, жареное мясо, овощи и даже три наливных зрелых яблока. Пленники останутся довольны. Если можно, конечно, чувствовать радость, будучи надежно запертыми в одной из комнат дома и дожидаясь скорого справедливого судилища.