Безымянный Бог - Малиновская Елена Михайловна - Страница 84

– Собственно, ты уже ответила и на свой вопрос, – будто не заметив этого, продолжил тем временем Далион. – Теперь глашатая не сможет вырвать из моих уст твое имя, поскольку небеса услышали нашу клятву. Я ведь не по своей прихоти потащил тебя в дом ритуальных церемоний. Хотел быть полностью уверенным в том, что боги не проигнорируют этот обряд. Отныне пытать меня – все равно, что плюнуть в лик божества. Это будет даже большим преступлением, нежели болью вызнать истинное имя у того человека, которому оно принадлежит. И мы наконец-то стали равными. Не тенью и хозяином, не рабом и господином, а, надеюсь, друзьями. Быть может, когда-нибудь я смогу надеяться и на большее…

– Не будем заглядывать в будущее, – испуганно прервала его девушка, понимая, как собирается завершить фразу мужчина. – Боюсь, у меня его все равно нет. Конечно, твоя затея была весьма необычной. Но вскоре я покину Запретные Острова. Пусть не безымянной рабыней, а обычной невольницей. Сути это не меняет. Дэмиен просто примет дополнительные меры предосторожности. Вряд ли мне когда-нибудь посчастливится вновь сбежать от него. Тот раз и так был настоящим чудом.

– Неужели ты думаешь, что я настолько безрассуден и доверил бы тебе свое имя в таком случае? – Далион с видимым удовольствием потянулся и откинулся на спинку кресла. – Пока осуществилась только первая часть моей задумки по твоему спасению.

– Вот как? – Эвелина скрестила руки на груди. – И что же ты намерен сделать дальше?

– Хочешь рассмешить богов – расскажи им свои планы, – вместо ответа напомнил мужчина. – Я пока промолчу. Скоро сама все увидишь. И даже поучаствуешь.

Девушка раздраженно передернула плечами, но настаивать не решилась. Она еще чувствовала некоторую робость при общении с бывшим хозяином. То, с какой быстротой поменялся ее статус, не могло не ошеломлять. Еще вчера слово старшей гончей считалось для нее законом, который невозможно проигнорировать или оспорить. А уже сегодня Далион перестал быть ее повелителем. Более того, сделался человеком, жизнь которого полностью находилась в руках его бывшей тени. Впрочем, и ее жизнь полностью во власти недавнего хозяина. Подобное положение дел даже несколько пугало девушку. Вдруг она не справится и невольно предаст доверившегося ей?

– Не бойся, – с улыбкой произнес мужчина, угадав ее мысли по растерянному выражению лица. – Я уверен – все будет хорошо.

– Надеюсь, – едва слышно шепнула Эвелина.

Продолжить разговор им не удалось. Дверь, скрипнув, приоткрылась, и в комнату проскользнула глашатая в сопровождении двух охранников. Один из мужчин засуетился около стола, зажигая масляную лампу, другой почтительно проводил девочку к ее стулу. Затем, когда она села, недвижной статуей замер подле, не сводя напряженного взгляда с Далиона, видимо сочтя его за более серьезного противника.

– Я недовольна, – негромко произнесла глашатая, постукивая подушечками пальцев по столешнице. – Ты разочаровал меня, Далион. Я не ожидала от тебя подобной глупости.

– Какой? – с показным удивлением выгнул бровь мужчина.

Охранник, стоящий около гончей, уловил в голосе гончей насмешку и, грозно сдвинув брови, положив руку на рукоять меча, словно ожидая приказа покарать наглеца. Однако вестница бога лишь улыбнулась на вопрос Далиона.

– Зачем ты провел обряд? – ласково спросила она. – Это же сумасшествие.

– Я так не считаю, – хмыкнул мужчина. – Теперь никто и ничто не сможет заставить меня открыть истинное имя Эвелины.

– Чужачка дорога тебе настолько, что ты решил подставить под удар себя? – холодно поинтересовалась глашатая. – Не думала я, что какая-то имперка настолько глубоко западет тебе в душу, Далион.

Мужчина промолчал, лишь с некоторым смущением покосился на Эвелину, которая равнодушно покачивалась на стуле, будто не слыша слов собеседницы.

– Значит, Ирра так и не стала твоей избранницей, – после недолгой паузы продолжила девочка. – Что ж, я ожидала этого. Жаль, ведь Ирра на самом деле любит тебя.

– Не меня, – покачал головой Далион. – Она любит покой и благополучие, которые я ей обеспечивал. Ирра – неплохая женщина. Думаю, она найдет себе того, с кем будет по-настоящему счастлива.

– Полагаю, ты даже поможешь ей в этом. – Глашатая перевела тяжелый взгляд невидящих глаз на девушку, отрешенно смотрящую в окно. – Эвелина!

Бывшая ученица императора вздрогнула от громкого оклика и виновато улыбнулась, молчаливо извиняясь за невнимательность.

– Мне интересно, а как ты отнеслась к затее своего уже бывшего хозяина? – спросила вестница бога. – Наверное, приняла его предложение с радостью?

– Нет, – коротко бросила девушка. – Я не знала, что задумал Далион. Иначе не пошла бы за ним.

– Почему? – с искренним изумлением в голосе поинтересовалась глашатая. – Ведь этот обряд служит гарантией, что император не узнает твоего имени. Не скрою, я удивлена тем, что Далион решился на ритуал. Но, честное слово, думала, ты счастлива от подобного развития событий. Разве тебя что-нибудь не устраивает?

Вместо ответа Эвелина неопределенно пожала плечами. Она сама не могла понять, почему сейчас в душе вместо радости поселилась грусть и какое-то неприятное гнетущее чувство. Девушка страшилась признаться, что боится брать на себя ответственность за другого. Легко распоряжаться собственной жизнью. И намного тяжелее – знать, что от твоего неосторожного слова может зависеть чья-то судьба. Тем более если невольно чувствуешь первые робкие ростки привязанности к этому человеку.

– Молчишь, – протянула девочка. – Я понимаю, тебе надо время, чтобы разобраться в своих чувствах. Только, боюсь, его у тебя не будет.

– Когда нас выводили из того дома, – рискнула переменить тему разговора Эвелина, – я видела кровь на снегу. Могу ли я узнать, что с Нором?

– С кем? – нахмурилась глашатая. – Ты имеешь в виду того милого и отчаянно отважного мальчугана, который сделал все, чтобы его сегодня убили?

Девушка побледнела от ужаса неожиданной догадки. Неужели Нор пожертвовал жизнью во имя ее спасения от безымянного рабства?

– Не беспокойся, – поспешила продолжить девочка, уловив смятение в мыслях чужачки. – С ним все в порядке. Мои люди были так поражены его смелостью, что даже перевязали пустяковую рану, которую он получил в том бою. Надо сказать, Далион умеет воспитывать своих учеников. Не часто встретишь подобную преданность у младшей гончей к своему наставнику.