Честь, шпага и немного волшебства - Иващенко Валерий В. - Страница 114

И все это нежно-серого, почти белого цвета. Но если вглядеться в кажущуюся беспорядочной мешанину прожилок и полосок, то глаз сам собой вычленяет искаженные в муках лица. Раскрытые в беззвучном крике ужаса и боли рты, изломанные и изувеченные тела…

– И даже сток для воды предусмотрен, - деловито проворчал Борг, осмотрев ложбинки, идущие вниз по обеим бокам лестницы, и тоже ступил на срезанную вершину.

Здесь оказались четыре причудливо покрытые завитушками, аспидно-черного камня скамьи, стоящие почти посередине пустого ровного места. Они прямо-таки тянули решившегося завершить восхождение присесть на них и посмотреть на раскинувшийся под ногами город. Дать отдых усталым ногам и немного подумать. А в квадрате, образованном скамьями, ввысь вздымался острый шпиль, словно отлитый из светло-зеленого блестящего стекла и с легким свистом рассекающий ветерок. Но гном ни на миг не усомнился, что этот материал несколько иной природы и свойств - и что в темноте шпиль будет гореть ровным изумрудным светом, создавая красивое и запоминающееся на всю жизнь зрелище. А также ориентир путникам в ночи - наподобие маяка.

А также памятник. Это ведь памятник - сообразил присевший было на край скамьи гном. Хоть он и не питал особо теплых чувств к эльфу Ахеллону - куда прохладнее, нежели к Шныряющей, а все же. Да и много других замучили на этом месте. Каждому, наверное, было бы приятно получить в посмертие такой вот грандиозный и изящный мавзолей. С толком сделал мастер Локси, ладно и надежно. Может, и вправду у него в роду каким-то боком наши мастера затесались?..

Он осторожно потрепал по макушке малышку Жозефину, по запыленной щеке которой скатилась блеснувшая в последних лучах закатного солнца слезинка, и перевел свой задумчивый взгляд на город. Левия уже погрузилась в темноту, и ее уродство, усугубленное недавними пожарами и разрушениями, в сумерках почти совсем скрадывалось. Лишь здесь, на высоте полутора сотен локтей (примерно 50 метров - прим.авт.), светило еще цеплялось за макушку пирамиды последними лучами. А ведь и утренним солнцем это место будет освещаться первым - сообразил гном. И печально, устало вздохнул.

Внизу их дожидался мастер Локси собственной персоной. Гном не смог даже толком призадуматься - как же тот выбрался из подземелий наверх? Ведь что подземелья прочно и надежно завалены да еще и утрамбованы, а то и заплавлены на совесть и их теперь нет, в этом Борг ни мига не усомнился. Он еще помнил, как без аппетита сжевал что-то, запивая безвкусным от усталости пивом, а затем и прикорнул в каком-то ближайшем доме…

Однако, уже постепенно переходящей в манию мечте выспаться всласть сбыться оказалось не суждено. Казалось, не так-то уж много и надо-то тяжело и на совесть поработавшему солдату. Ан не тут-то было!

Сначала где-то снаружи послышались крики, пару раз лязгнуло оружие. Затем остатки окна вылетели, и в феерически светящихся в лунном свете брызгах стекла в комнату влетел некто, яростно размахивающий клинком.

Проснувшийся тотчас Локси не думал ни мига, тело действовало само. Словно развернувшаяся пружина, взлетел он с импровизированной постели. Подсечка, бросок через бедро с одновременным выкручиванием держащей оружие руки - и незваный визитер кувырком улетел в угол. Вернее, визитерша, судя по запаху и приятным округлостям в нужных местах.

– Да дадут нам поспать или нет? - проворчал он весьма недовольно, и вряд ли кто осудил бы его за столь нелюбезную встречу гостьи.

Подобрав упавший на пол легкий меч, волшебник еще пару мгновений приходил в себя. Затем, едва не вывихнув от зевоты челюсть, зажег свой магический светильник и осмотрелся. Борг спал как убитый, положив под голову вывороченный из кладки стены камень, и непохоже было, чтобы его можно каким-либо образом добудиться. Жозефина, которой не договариваясь уступили кровать, найденную в полуразрушенном доме, приподнялась и теперь очумело хлопала глазами, пытаясь проснуться и спросонок сообразить хоть что-нибудь. А в ногах ее котенком спал свернувшийся в клубочек и невесть откуда взявшийся… кажется, мальчонку зовут Тигги. Ну да, точно, братец той малолетней воришки как-там-ее.

А в углу глухо ругалась спортивно сложенная деваха, бережно баюкая и прижимая к себе вывихнутую в плече руку.

В проем двери, звякнув короткими копьями, сунулись запоздавшие стражницы.

– Извиняемся, ваши милости, не доглядели, - и азартно нацелились на нежданую гостью.

Судя по поведению, та вовсе и не питала зловещих замыслов по поводу занявших здание пришельцев. Но зачем-то же вломилась именно сюда, рискуя своим не только здоровьем, но и существованием? А посему Локси, чуть подумав, жестом остановил ретивых воительниц и шагнул ближе к тихо постанывающей девице. Засветил поярче магический шар и оглядел по новой.

– Ну, и чем же вы, почтеннейшая, объясните свое столь оригинальное появление? Сам не знаю, отчего спросонья шею не свернул… - промолвил он, мимолетно прикидывая, что сноровку он, похоже, потихоньку теряет.

К его удивлению, гостья сверкнула сузившимися от боли глазами и негромко простонала сквозь зубы:

– К мастеру Боргу. Хочу наняться в услужение.

Поразмыслив и не найдя объяснения, Локси озвучил вопрос.

– Горит, что ли? До утра нельзя подождать?

Но ответила здоровенная, вся исчерченная ломаными пунктирами татуировок стражница. Хохотнув, она заметила:

– Да к утру она уж остынет на виселице. Не стоит она вашего внимания, ваша милость - то ж бывшая стражница из охраны царицы.

Приглядевшись, волшебник вспомнил, где он видел эти красивые, чуть припухлые губы и ладную фигуру.

– Погодите-ка, с ней же Борг на арене дрался. Вроде бы ее ж из той банды давно уволили?

Лицо стражницы на миг сделалось злым.

– За такие преступления срока давности не будет, ваша милость. Охранка царицы бывшей - да то ж хуже бандиток всяких. Душегубки такие, что не приведи боги перед сном вспомнить про их злодейства.

Покивав гудящей от недосыпу головой, волшебник прикинул все же, что хороший солдат навряд ли будет отличаться излишней кротостью и благонравием. По неуемности характера да широте души наш брат вечно да чего-нибудь учудить норовит… Работа такая. Сами понимать должны, что тихоням и чистоплюям оружие в руках противопоказано. И посему Локси еще раз всмотрелся в глаза на смазливой, изукрашенной красно-зелеными рисунками мордашке. А глазищи красивые, да и сама девица словно кошка породистая. Этакая слегка повзрослевшая, но не потерявшая прелести копия Бин…

– Ладно, оставьте под мою ответственность, до утра.

Недовольно переглянувшись и пожимая плечами, стражницы ретировались. К тому же следом оказалось, что Жозефина отменно лечит даже не раскрывая глаз. Разбудить ее не удалось, а вот придать сидячее положение - запросто. Эльфийка безошибочно, легонько пробежавшись кончиками пальчиков, нашла плечо воительницы. Чуть нажала в нужных местах, сильно и резко дернула за руку, вправляя вывихнутый сустав. Та пискнула сквозь зубы, побледнела, отчего на лице особенно сильно выступили цветные рисунки, а по щекам потекли слезы. Но хлопнуться в обморок, как не преминула бы сделать любая из наших дамочек, даже и не подумала.

Надо ли и говорить, что последнее несколько возвысило гостью в мнении стремительно и неудержимо засыпающего волшебника?