Очерки о традиции и метафизике - Генон Рене - Страница 48

Чтобы завершить данный очерк, отметим еще раз имеющий отношение, очевидно, к «неблагоприятному» аспекту влияния металлов запрет носить на себе металлические предметы при выполнении некоторых инициатических или эзотерических ритуалов. Такой запрет, например, существует в исламских ритуалах паломничества, хотя сегодня он фактически и не соблюдается; более того, согласно этому запрету, те люди, которые полностью прошли все этапы ритуала, включая и их «внутренний», эзотерический аспект, должны с этого момента воздерживаться от всякой деятельности, предполагающей использование огня, то есть в том числе и от ремесла кузнецов, а также и от других видов металлургии. В западных инициатических ритуалах данный запрет выражается в требовании «отказа от металлов» с момента подготовки посвящаемого. Можно сказать, что в этом случае металлы не только способны вредить передаче «духовного» влияния, но и сами могут оказаться проводниками того, что в Каббале называют «скорлупой», или «оболочкой» (клипот), то есть самых низших сторон тонкого проявления, представляющих собой, так сказать, инфернальное «дно» нашего мира. Разумеется, все подобные предписания обладали прежде всего символическим характером, и именно в этом и заключалось их подлинное значение; следует учитывать, что традиционный символизм (который не следует путать со всеми теми явлениями, обозначаемыми в современном мире тем же самым именем) всегда имеет эффективное применение и его использование в ритуалах всегда оказывает совершенно реальное воздействие, которое современный человек, в силу ограниченности своих деградировавших способностей, совершенно не способен воспринимать. Речь здесь не идет о каких-то туманных «идеальных» предметах, но о вещах, реальность которых проявляется самым ощутимым образом; если бы все было иначе, то как тогда можно было бы объяснить тот факт, что некоторые люди в определенных состояниях высшего уровня не могут переносить ни малейшего соприкосновения с металлами, и даже в тех случаях, когда это делается без их ведома и таким образом, что они об этом даже не догадываются, что совершенно исключает возможность увидеть здесь элементарное психическое «самовнушение». Добавим, что такое соприкосновение может привести к настоящему ожогу, со всеми физиологическими последствиями, и современным людям не мешало бы поразмышлять над этими и другими подобными фактами, если они еще к этому способны.

Сера, ртуть и соль

То, что мы в предыдущих очерках говорили о триаде духа, души и тела, определенным образом связано с алхимической триадой Серы, Ртути и Соли, так как термины этих триад соединяются друг с другом приблизительно одним и тем же способом, с тем небольшим различием, что взаимная дополнительность двух первых терминов в последнем случае усиливается до отношения симметрии, которой, как мы ранее говорили, нет в первой триаде между терминами духа и души. Это обстоятельство вызывает одно из самых больших затруднений при понимании алхимических и вообще герметических рукописей, поскольку одни и те же термины часто имеют в этих рукописях различные значения, в зависимости от той точки зрения, которая в них представлена; однако Сера тем не менее всегда представляет собой активный, или мужской, принцип, в то время как Ртуть всегда рассматривается в качестве принципа пассивного, или женского; что же касается Соли, то она в каком-то отношении остается нейтральной и уравновешивает собой противоположные тенденции, свойственные природе дополняющих друг друга Серы и Ртути.

Не вникая в детали, что было бы здесь совсем неуместно, можно сказать, что Сера благодаря своему активному характеру становится подобной элементу огня и представляет собой главным образом принцип внутреннего действия, который можно рассматривать как луч, берущий свое начало в самом центре универсального существования. В человеке или в существе, подобном ему, эта внутренняя сила часто отождествляется с силой воли; однако это отождествление будет точным только в том случае, если понимать волю в гораздо более глубоком смысле, нежели в обыкновенной психологии, и видеть в ней нечто похожее на то, что, например, имеют в виду, когда говорят о «Божественной воле» или, в соответствии с терминами дальневосточной традиции, о «Воле Неба», поскольку источник ее действительно находится в центре всего существующего, тогда как все, что изучается психологией, находится на периферии и относится только к внешним и поверхностным проявлениям бытия; заметим по этому поводу, что греческое слово тейон, обозначающее Серу, имеет также и значение «божественный». Мы, кстати, нарочно упомянули здесь о «Воле Неба», так как если и нельзя саму Серу рассматривать в качестве подобия Небу дальневосточной традиции, то «внутренний» характер действия, символизируемый Серой, принадлежит, очевидно, к категории небесных влияний; что же касается ее отождествления с волей, то можно сказать, что если оно и не применимо по отношению к воле обыкновенного человека (психику которого психология и рассматривает как предмет своего исследования), то это отождествление тем не менее в полной мере относится к человеку «истинному», который сам находятся в центре всего, что существует, и воля которого, следовательно, соединяется с Волей Неба. «Трансцендентного Человека», то есть того, кто достиг полной реализации и стал «Универсальным Человеком» (эль-инсанул-камил), на языке исламского герметизма называют «красной Серой» (эль-кебритул-ахмар), чему также соответствует символ Феникса; между этим состоянием и состоянием «истинного человека», или «примордиального человека» (эль-инсанул-кадим), существует то же самое различие, что и между «работой в красном» и «работой в белом», которые в свою очередь соответствуют «великим» и «малым» мистериям.

Что же касается Ртути, то ее пассивность, взятая в сравнении с активностью Серы, позволяет рассматривать этот элемент как начало влажное, реагирующее на внешние воздействия, представляющее собой центростремительную и сжимающую силу, противоположную по своему характеру центробежному и экспансивному действию Серы, и поэтому в каком-то отношении это действие ограничивающую. Благодаря всем этим дополняющим друг друга характеристикам таким как активность и пассивность, «внутреннее» и «внешнее», экспансия и сжатие, становится очевидно, что в дальневосточной традиции Сере соответствует Ян, а Ртути — Инь, и поскольку действию первого элемента соответствуют небесные влияния, то действию второго должны соответствовать влияния земные. Однако следует остерегаться рассматривать Ртуть в качестве простого вещества, то есть в качестве элемента телесной, вещественной, а не тонкой и психической манифестации если характеристика «внешнего», применяемая в отношении этого элемента, и предполагает представление о некоторой «окружающей среде», то имеется в виду именно область тонкого проявления, совокупность тех двойственных космических сил, о которых мы ранее уже говорили. Напомним здесь о том, что ранее нам уже приходилось говорить о символах двойной спирали и кадуцея: Ртуть герметиков в целом совпадает с тем, что Парацельс называл «астральным светом»,[104] а также с тем, что некоторые более близкие к нашему времени авторы, такие, как, например, Элифас Леви[105] называли «великим магическим агентом», хотя на самом деле оперативное значение этого понятия в традиционных науках далеко не ограничивалось тем узким применением, которое ему находили в магии; такое совпадение само по себе не случайно и вполне объяснимо благодаря двойственной природе Ртути. Между прочим, двойственность этого элемента, как и вообще всего, что относится к «среднему миру», позволяет понять, почему Ртуть, которая чаще всего, как мы уже сказали, рассматривается как влажное начало, иногда тем не менее описывается как «пылающая вода» (а также как «жидкий огонь»), так как подобным способом можно передать, что этот элемент уже оказался подвержен воздействию со стороны Серы, которая «выворачивает» наружу двойственность Ртути и увеличивает тем самым силу ее действия. Действие любых тонких сил способно на самом деле вызвать столь противоречивые впечатления у того, кто их воспринимает, и, возможно, именно в этом заключается одна из причин иллюзорного представления о «флюидах», не говоря уже о других причинах, благодаря которым это иллюзорное представление возникает и поддерживается. Что же касается Ртути, уже испытывающей на себе воздействие Серы, то именно ее герметики называли «живой», чтобы отличить ее от Ртути обыкновенной, которая взята так, как она существует сама по себе.